Судебный дознаватель фараона - Анна Трефц

ситуации уместна? Подарок от будущей свекрови — это жертва, которую стоит приносить с достоинством.

— Как это мило, — пролепетала Неферет, за что он был ей безмерно благодарен.

Затем они прогулялись по рынку, прошли по главной улице от храма Ипет-Сут до реки и оказались на третьем причале. Еще издали Гормери заметил красивую ладью с ажурной беседкой, покрытой розовым балдахином в центре. Нос ее украшала изящная деревянная женская головка с коровьими ушками. Лодка предназначалась только для местных прогулок. Доплыви она до Ахетатона, ее тут же бы арестовали, а ее владельца в лучшем случае оштрафовали, потому что недопустимо украшать ладьи ликами древних богов. А Хатхор, как бы миловидна она не была, одна из них.

Богиня Хатхор — древнеегипетская богиня любви, красоты, материнства, радости, музыки и танцев. Традиционно изображалась в парике с буклями и коровьими ушками, так как ее вторая ипостась корова.

Писец облегченно выдохнул — дядя Тамит не подвел, действительно исполнил просьбу племянницы.

— Куда бы ты хотела поплыть, моя радость? — успел спросить он Неферет, прежде чем их зыбкие планы разрушила жестокая рука судьбы.

Видимо узнав столичного гостя, с борта лодки соскочил и радостно улыбаясь к нему навстречу кинулся сам Анен. Он махал ему рукой и оборачиваясь, что-то кричал тем, кто остался в лодке. Гормери лишь расслышал:

— А что я вам говорил! Вот же они!

Однако по мере приближения радость его сменилась недоумением, а потом и растерянностью. Столичный писец с досадой подумал, что надо было сразу прояснить скользкий момент с арендой лодки. Потому что по всей видимости Тамит слукавила и дяде ее вовсе не все равно, с кем будет кататься на его лодке судебный дознаватель. Конечно, ему совсем не хотелось втягивать невинную Неферет в неприятные объяснения, но поделать он уже ничего не мог. Придется, видимо, все-таки отказаться от речной прогулки. Но теперь, когда в его руке доверчиво покоилась ее хрупкая ладошка, ему это уже не казалось катастрофой. С ней он готов был проводить время, как угодно. В конце концов, можно просто пройтись по берегу реки, где проложена широкая набережная.

— А где Тамит? — Анен остановился в десяти и насупился, сдвинув брови.

Гормери совсем не понравилось, как хмуро он глянул на Неферет, а потому он слегка выступил вперед, загородив собой девушку.

— Мы расстались с ней у старого храма. Я послал ее за подкреплением. Разве она не нашла своего отца?

Он спиной чувствовал, как растет напряжение между ним и Неферет. Конечно, ей не терпелось выяснить, о ком речь.

— Нашла, — Анен сглотнул и сцепил в замок руки, волнуясь, — Маху собрал отряд и отправился к храму. И Тамит увязалась с ними. Все твердила, что ты их ждешь там. А когда не увидела тебя, то почему-то решила, что ты отправил ее только чтобы вернуться в храм. И юркнула под землю.

— Он подошел чуть ближе, опустил голову и вздохнул, уже не скрывая разочарования, тревоги и вины.

— Мы понадеялись, что она нашла тебя. Вы ведь собирались кататься на лодке. Вот я и решил, что может быть вы вышли другим путем и теперь явитесь на пирс. Сидел тут, ждал вас целый час. А мог бы искать ее вместе со всеми.

— Мы не собирались кататься на лодке. Она попросила ее для меня и… — он обернулся к дочке ювелира и ободряюще ей улыбнулся, — Неферет.

Анен сдержанно кивнул.

— Но теперь, мы плывем к храму, конечно. Могу ли я попросить одного из твоих людей, чтобы он проводил мою девушку до дома? Чтобы нам не терять время?

Повернувшись к Неферет он взял обе ее руки в свои и заглянул в глаза полные грусти:

— Прости, моя радость, но я должен немедленно заняться делами. В городе происходят страшные события, и мне необходимо принять участие в расследовании. Я обещаю, что вернусь к тебе как только разберусь с делами.

Однако девушка оказалась с характером. Она вздернула подбородок и завила голоском настолько твердым, что сразу стало понятно споры тут бесполезны:

— Твои дела все еще нельзя равнять с военным походом. А значит ничего страшного мне не грозит, если я составлю тебе компанию. К тому же лишней я точно не окажусь, так как владею некоторыми навыками врачевания и способна оказать помощь нуждающимся. Если таковая потребуется.

— Но Неферет, ты можешь испачкаться.

— И что с того? Это не последнее мое платье, — она передернула плечами и перевела горящий взгляд на крайне удивленного Анена, — Не будем терять ни минуты. Если девушка заблудилась в подземелье, наше промедление может стоить ей жизни.

С этим она пошла вперед мужчин по направлению к ладье. Да так резво, словно боялась, что ее остановят.

— В этом городе все странное, — буркнул Гормери, — Даже женщины!

— Только не говори, что тебя что-то не устраивает, — ухмыльнулся Анен и потопал следом за Неферет.

Дознаватель тоже поспешил за ними. В этом городе его многое не устраивало. Но своевольные девицы были скорее его пикантным украшением. Тут с Аненом спорить не хотелось.

Когда ладья отчалила от берега и благодаря усилиям четырех гребцов заскользила вниз по течению, Гормери с силой сжал перила палубы и зажмурившись, проговорил про себя, обращаясь к тому темному и неведомому, в которое он и сам до конца не верил, но существование которого уже не смел исключать:

— Я знаю, ты меня слышишь! Потому что ты всегда рядом. Я чувствую тебя! И я требую, чтобы ты отпустило Тамит. У нас договор, я обещал покинуть Уадж на рассвете, и я это сделаю. Но только если Тамит вернется домой. Если же нет, я разнесу ваш подземный притон по камню, я вытащу тебя на поверхность и развею под солнцем.

Его руки нежно коснулись. Он вздрогнул и открыл глаза. Неферет стояла рядом, вглядываясь в его лицо с таким вниманием, словно пыталась прочесть мусли, наполняющие его сердце.

— Прости меня, Гормери, — прошептала она, — Прости, что увязалась за тобой. Но мне показалось, что мы расстаемся навсегда. Это все странно, да?

Он сглотнул. Неферет со свойственной всем влюбленным женщинам проницательностью была совсем не далека от истины. Поиски Тамит могут продлиться до утра, а в таком случае он должен будет покинуть Уадж, даже не зайдя в город. Если, конечно, он не решит исполнить свою угрозу и не остаться, рискуя жизнью