Пленница - Бренда Джойс

Алекс послушно распростерлась под ним, как только он скинул свои шаровары. Обнимая податливое тело, он растерянно подумал, что никогда в жизни не чувствовал ничего подобного. И слился с нею воедино.

Он входил медленно, осторожно, упиваясь каждым мигом.

Она охнула.

Их глаза встретились. Они замерли, глядя друг на друга.

— О Боже, — вырвалось у Ксавье.

— Ксавье, — шепнула она, сияя влажными глазами.

Он не смог удержать контроля над своими чувствами, как только начал двигаться. Зажмурившись, он отдался самым диким инстинктам мужской натуры. Распаленный, неистовый, он раз за разом проникал все глубже.

И упивался тем, как страстно, слитно с ним движется ее тело — словно они уже давно были любовниками.

И вот Ксавье, сделав последний рывок, выкрикнул ее имя.

А мгновением позже она забилась под ним от экстаза.

Он не верил в то, что случилось здесь, сию минуту. Он был потрясен до глубины души.

Поспешно отвернувшись, капитан принялся одеваться. Она оказалась чрезвычайно опасна. И не только потому, что была шпионкой. Из-за нее он полностью перестал контролировать себя. Она лишила его даже способности рассуждать.

Честно говоря, он до сих пор не мог себе доверять — в отличие от нее.

— Это было чудесно, — хрипло промолвила она. Правда, в ее тоне прозвучала и вопросительная нотка.

Он не смел обернуться, боялся того, что могло быть написано сейчас у нее на лице.

Нахлынуло запоздалое сожаление о допущенной слабости. Запоздалое — ибо отныне он всю жизнь не сможет отделаться от воспоминаний о том, что почувствовал в эти минуты.

А сейчас нельзя было отвлекаться по пустякам.

— Ксавье?

Он обернулся. Алекс уже надела шаровары и теперь пыталась справиться с завязками бурнуса, чтобы прикрыть грудь. Он не мог оторвать взгляда от этой неземной, ошеломляющей красоты.

Их глаза встретились. И она первая отвела взор.

— Нам надо поговорить, — еле слышно прошептала Алекс.

Он заставил себя не смотреть на эту грудь, на эти локоны, на эти губы — и заглянул ей в глаза. Они были полны растерянности и страха. Это были глаза Веры.

Он не хотел обсуждать то, о чем собиралась говорить она. И постарался вести себя как можно более учтиво.

— Надеюсь, тебе не было больно?

— Это было чудесно. — Несмелая улыбка мигом угасла на ее губах.

Он поспешил отдернуть в сторону циновку над входом. И продолжал стоять к ней спиной.

В каморке стало очень-очень тихо. Ксавье машинально поправил циновку, всматриваясь в ночную тьму. Он услышал ее шаги и невольно оглянулся. Алекс уже была одета.

— Не забудь закрыть лицо, — неохотно сказал он.

— И что теперь будет?

Было ясно, что Алекс имеет в виду их двоих.

— Совершенно очевидно, что ни о каком побеге не может быть и речи.

— Ксавье, ты же знаешь, что я имела в виду наши отношения, — нахмурилась она.

— Нет и не будет никаких отношений. То, что случилось, — большая ошибка. — У капитана было такое чувство, будто он ударил ее, но, увы, поступить по-другому он не мог. — И во всем виноват я один. Больше такого не повторится.

— Понимаю, — всхлипнула она.

И как он мог быть столь жестоким? Она изо всех сил старалась сдержать слезы.

— Я не могу тебя понять. Совершенно.

— Я не шпионка. Я обыкновенная женщина — просто у меня достаточно ума и смелости.

По крайней мере второе утверждение было чистой правдой.

— Если ты не шпионка, то тогда объясни, почему лгала все это время и откуда ты так много знаешь о морском деле?

— Нет, не могу.

— Я так не думаю. — Ксавье удивился собственному разочарованию. Ее плечи бессильно поникли.

— На место коммодора Морриса назначат Эдварда Пребла. — И вдруг изумрудные глаза блеснули надеждой: — Это давно не секрет, весь дворец об этом знает!

— Но ты об этом знала еще в прошлый раз!

Чувственные губы скривились. Она промолчала.

Блэкуэлл старался дышать как можно ровнее, чтобы не дать овладеть собой неожиданному отчаянию.

— Наверное, мне лучше уйти.

— Пожалуй. — Скрестив руки на груди, он отступил в сторону.

Она задержалась около него. Оба старательно избегали прикосновений. Алекс поежилась.

— Прошу, не убегай без меня. Пожалуйста!

— Если только мне представится возможность бежать, я позволю тебе присоединиться. — Он все же заглянул в блестевшие влагой глаза. Она кивнула:

— Ксавье, бежать отсюда надо скорее. Чем скорее, тем лучше.

— Ты знаешь еще что-то?

Она не ответила.

И это само по себе можно было считать ответом. Он откинул циновку.

— Прощай… — Он замялся, так как с его уст едва не сорвалось имя Вера.

Она проскользнула мимо Блэкуэлла и быстрым шагом пошла к Мураду. И снова Ксавье следил, как необычная парочка пересекает тюремный двор — только на этот раз она оглянулась.

Их взгляды встретились. А в следующую минуту ее уже и след простыл.

Блэкуэлл вернулся на террасу, к своему первому помощнику. Таббс спал. Ксавье наклонился и легонько потряс его за плечо. Тот со стоном открыл глаза. И моментально очнулся.

— Что случилось, капитан? Что-то не так?

— Морриса отстранили от командования, — хмуро сказал Ксавье. — Побег придется отложить. Утешает лишь то, что на место Морриса назначен Пребл. И я надеюсь от всей души, что он согласится помочь нам бежать.

— В этой проклятущей каменоломне сегодня погибли еще двое, — напомнил Таббс. — Как по-вашему, капитан, сколько еще наши парни способны выдержать, прежде чем и они начнут помирать, как мухи?

— Не знаю, — мрачно откликнулся Блэкуэлл.

Опять все идет кувырком.

— Тюремная охрана уже получила взятку и выпустит нас в город в ночь на пятнадцатое. Мы раздобыли два пистолета и пять кинжалов. Этого хватит, чтобы прорваться.

— Но вы не можете всерьез надеяться на побег! — удивленно воскликнул Таббс.

— Нет. И я не имел в виду побег.

— Но если вы не имели в виду побег, то что же, капитан?

Ксавье выпрямился во весь рост.

— Я имел в виду уничтожение «Жемчужины», — отчеканил он.

Таббс промолчал.

— Но не в ночь на пятнадцатое. — Взгляд капитана потемнел. — Завтра. Завтра ночью мы взорвем ее.

Глава 26

Триполи, ночь

— Ты где пропадал? — накинулась Алекс на Мурада, едва тот закрыл за собой дверь.

— Уже совсем поздно, почему ты до сих пор не спишь? Алекс сидела на кровати.

— Мне не спится.

Мурад молча смотрел на хозяйку.

— И дело не в том, что случилось прошлым вечером. — О, она не забудет тех чудесных минут, когда слилась в экстазе со своим любимым. Ибо то было не просто физическое слияние — это было слияние их сердец, их душ. Но в тот вечер Алекс не могла найти себе места от снедавшей ее неясной тревоги. — Что-то должно случиться, — сказала она. — Если уже не случилось. — Мурад замялся. Алекс тут же вскочила: — Что такое? Ты что-то узнал про Блэкуэлла, верно?