Карачун 3.5 - Алексей Малиновский

— Сдавайтесь! Нам нужен только ветряк! — заявил их предводитель — высокий седой старик, одетый в смачную коричневую мантию.

— Ты еще, что за пидор? — властным голосом спросили из дома. Похоже сам мэр!

— А может быть, ты — пидор? — усмехнулся предводитель.

— Я копромаг высшего ранга! Настоятель церкви Препозорного Милонова. — гордо выкрикнул он.

В него тут же ударила молния, толщиной с ногу Стаса Барецкого. Защитники особняка явно готовились - такой атакой можно пробить очень и очень мощные щиты! Хотели одним выстрелом устранить главаря, но не тут-то было! Главкопрофил был не прост - он умудрился создать над собой блин из булькающего бурого материала, и атака прошла втуне. Лишь в воздухе явно запахло палеными трусами.

Между тем обороняющиеся приняли новую угрозу всерьез и врубили защиту – особняк окутал мыльный пузырь магического щита. В наступающих копрофилов вновь полетели магические атаки и стрелы.

— Ах так! Ну, я вас предупреждал! Теперь не надейтесь на пощаду! — крикнул главарь.

— Готовьтесь к ритуалу! — приказал он.

Главарь воздел руки к ночному небу и принялся нашептывать себе под нос какие-то пошлые гадости. Еще несколько колдунов в мантиях менее сочных расцветок выстроились вокруг него и принялись водить хоровод, перодиески приседая и поднимая вверх руки.

В это время пехота копрофилов построилась линиями, боец каждой нечетной линии стянул штаны и загнулся раком в направлении особняка. Пехотинцы четных рядов встали по левую и правую руку от «рака» и к чему-то приготовились.

Отделившийся от бойцов мужик в черном рваном пальто, подбежал к главарю и отдав честь, выкрикнул :

— Товщь настоятель, артиллерия к бою готова!

Не выходя из транса тот кивнул. Колдуны вокруг него завершили хоровод и выстроились в какую-то хитрую фигуру. Из их посохов выстрелили тонкие коричневые нити и сплелись в клубок над головой Верховного Копрофила.

— Священные Лучи Поноса! Активация! — открыв глаза, торжественно произнес он.

Тут же задницы «раков» извергли из себя тугие струи полужидкой субстанции с вкраплениями зерен кукурузы и кусочков цуккини. Взлетев в воздух, притянутые сияющим клубком над головой настоятеля, они быстро сформировали огромный шар – солнце, объятый гнилостным свечением. Настоятель кинул зигу, и солнце исторгло из себя мощный луч, облаченный грязно-желтым сиянием. Магическая атака ударила в центр сферы, окружившей особняк, пятно бурой жижи накрыло мыльный пузырь и тот начал быстро угасать. Через несколько секунд раздался громкий хлопок и защита лопнула. По крыше особняка забарабанили тяжелые капли фекального дождя.

Стоящая раком артиллерия также продолжала действовать : два бойца смещали «рака» в нужном направлении, выставляли угол и по команде « Пли!» он исторгал из себя мощный продолговатый снаряд, навылет пробивавший кирпичную кладку.

— Да с таким силами они и королевскую армию разбить могут! — ужаснулся Лос.

— От них всё королевство разбежится! Кому захочется жить под пятой этих оригиналов? — возразил фей.

Тем временем, парадные двери пали под натиском артиллерии и пехота копрофилов вновь пошла на приступ. Охрана особняка пыталась сопротивляться, но таинственная копро-магия сводила на нет все их потуги.

— Вот же уроды! Не могли потерпеть денек? — обозлился Лос.

— Да какая разница? Пока все заняты — предлагаю проникнуть в кабинет. Если полезем в окно — копрофилы стрелять не будут, примут за своих. — сказал я.

— И правда. Что ж, гордостью придется пожертвовать — идем! — кивнул он.

Окно в кабинет оказалось разбитым и нам никакого труда не составило залезть в него. Закинув в него веревки с кошками, мы быстро поднялись наверх. Как и ожидалось, пробегавшие мимо копрофилы не обратили на нас никакого внимания.

Помещение кабинета сильно пострадало от атаки : виднелось множество сквозных дыр, мебель превратилась в рухлядь, а у дальней стены лежала дюжина неразорвавшихся артиллерийских снарядов.

Лос тут же кинулся к закопченному камину – над ним висела картина обнаженного Якубовича с палкой сервелата в руке. Небрежно откинув в сторону шедевр изобразительного искусства, он явил нашим взорам металлическую дверцу сейфа с кучей крутяшков. Сверившись с бумажкой, он принялся выставлять нужные циферки, буковки, изображений овощей и половых органов. Вскоре что-то щелкнуло, но сейф не открылся.

— Сука, он успел сменить шифр! Какого хрена? — выругался Лос.

— Ладно, не кипятись! Если гора не идет к Карачуну, то Карачун достает базуку! — ухмыльнулся я и вытащил из сумки пару прозрачных жабьих гранат.

— Надеюсь, в сейфе ничего горючего нет? — спросил я.

— Нет, там...а не важно! Не расплавится...надеюсь...- ответил Лос.

Быстро собрав баррикаду из находившихся в кабинете раздолбанных шкафов и столов, мы спрятались за ней, и я метнул гранаты.

Жмыхнуло так, что у меня заложило уши! С потолка посыпалась известка, а стена с вмурованным сейфом наполовину обрушилась . Однако сам он выглядел целым и невредимым.

— И что делать? — задумчиво почесав подбородок, спросил я.

— Похоже, так его не взорвать! — выдвинул гениальную мысль Жека.

— Ломай стену! Если не получается открыть — заберем весь сейф! Сейчас уже все равно никто внимания не обратит. — сказал Лос.

— Ну, хозяин — барин. — ответил я и принялся крушить стену сияющим урановым ломом.

Через несколько секунд я вспомнил о своём шахтерском умении и дело пошло гораздо быстрее – Несколько «сильных ударов» и стена превратилась в куски бетона и кирпичей. Дом издал подозрительный скрип, жалобно ухнул и задрожал, будто школьница которую не отпускают в туалет с урока математики.

— Бля, походу стена несущая была! Бежим, пока не раздавило! — выкрикнул я.

Лос подхватил тяжеленный сейф, как пушинку и резво выскочил в окно. Фей и Жека метнулись за ним. Я же немного задержался - соорудил из взрывного сервелата и еще двух гранат подарочек и, как добрый санта оставил его возле камина.

***

На город опускалось облако желтой вони, скрывая под собой то, что осталось от роскошного особняка мэра : горы кирпичей, ржавые ребра арматуры и серая плоть старого бетона. Повсюду были рассыпаны покореженные тела мертвецов, присыпанные будто пудрой цементной пылью. Под останками ветряка, упавшего на площадь виднелись окровавленные коричневые робы и раздавленные в смятку конечности. Ночную тишину разбивали непритяные звуки идущие от развалин. На горе из кирпичей и