Лаврентий Берия. 1953. Стенограмма июльского пленума ЦК КПСС и другие документы. - В. Наумов

Возьмем вопросы производства картофеля и овощей. Мы снизили цены на картофель и капусту, а картофеля и капусты в магазинах нет. Капуста стала дороже или в одной цене с бананами. Разве наши колхозники разучились выращивать картофель и капусту?

Авантюрист Берия все предложения по сельскому хозяйству упорно срывал. Например, три месяца обсуждался вопрос об увеличении производства картофеля и три месяца мы не могли принять решения. Как только поставим на обсуждение, Берия предлагает доработать. Так действовал этот провокатор. Он тормозил решение многих вопросов. Я думаю, что он считал, что если где-нибудь возникнут осложнения на почве недовольства населения, то это будет для него лучше. Ух, какой это мерзавец!

Товарищи, я полностью согласен с тем, что говорил товарищ Маленков по поводу тех решений, которые были приняты по Западной Украине, Белоруссии, Литве и Латвии. Нам надо отозвать записки Берия. Надо посмотреть эти решения, и, может быть, придется внести в них коррективы.

Совершенно очевидно, что Берия стремился подорвать дружбу народов, он пытался подогреть и активизировать буржуазно-националистические элементы. В последние дни в ЦК поступают письма, в которых сообщается об искривлениях в этом вопросе. Мною получено письмо от одной женщины — работника райкома партии из Станиславской области. Она обращается ко мне: «Вы говорили, что теперь нет двух Украин — Западной и Восточной, а есть одна Советская Украина. Я 13 лет работаю в Станиславской области, а теперь меня, украинку, выгоняют с Украины». И это делается по нашему решению. Вот как бывает, товарищи. Такие письма пишут и из Литвы. Один коммунист сообщает, что в последнее время националистические элементы обнаглели и стали выступать против русских работников. Дело дошло до того, что в магазинах продавцы, знающие русский язык, не отпускают товаров, если к ним обращаются на русском языке. О чем говорят эти факты? О том, что предложения Берия были направлены на то, чтобы поссорить русских с другими национальностями, чтобы разжечь вражду между народами нашей страны.

Голоса с мест. Правильно!

Хрущев. Берия выступает под видом проведения сталинской национальной политики, а по существу вносит раскол между нациями. Теперь все выступления Берия надо рассматривать в другом свете. Возьмем его выступление, когда он говорил о русском народе. Ведь это гнусность! Не определениями Берия велик русский народ, не его волей великий русский народ поднялся и создал себе величие. Ему нужно было погладить по голове русский народ. Он уже себя рассматривал преемником Сталина. Сталин провозгласил тост за великий русский народ, а Берия на словах говорил о величии русского народа, а на деле он давно имел вражеские намерения. Взмах он взял большой, но сорвался и разбился, дух выпустил.

Наиболее ярко Берия показал себя как провокатор и агент империалистов при обсуждении германского вопроса, когда он поставил вопрос о том, чтобы отказаться от строительства социализма в ГДР и пойти на уступки Западу. Это означало отдать 18 миллионов немцев под господство американских империалистов. Он говорил: «Надо создать нейтральную демократическую Германию».

Разве может быть нейтральной демократическая буржуазная Германия? Возможно ли это? Берия говорил: «Мы договор заключим». А что стоит этот договор? Мы знаем цену договорам. Договор имеет свою силу, если он подкреплен пушками. Если договор не подкреплен силой, то он ничего не стоит, над нами будут смеяться, будут считать наивными. А Берия не наивный, не глупый, не дурак. Он умный, хитрый и вероломный. Он вел себя не как коммунист, а как провокатор, черт его знает, может быть, он получал задания от резидентов иностранных разведок.

Товарищи, наглость этого человека просто невозможно было терпеть. Недавно мы слушали немцев. Руководители ГДР допустили ошибки, их надо было поправить, но не третировать. Когда мы обсуждали этот вопрос, Берия орал на товарища Ульбрихта и на других немецких товарищей так, что стыдно было слушать. Здесь присутствуют министры, они знают, какие оскорбления получали от Берия и при этом другой раз были вынуждены улыбаться (оживление в зале), думая, что это дружеская пилюля. Сейчас я думаю, что вы по-иному относитесь к этому нахалу.

Берия считал, что МВД у него в руках и если даже захотят его арестовать, то кто же арестовывать будет? Обратятся к Кобулову, чтобы арестовать Берия, то он вместе с Кобуловым может арестовать раньше кого угодно. Он был убежден в этом. Но когда мы увидели, что дело имеем с провокатором, то у нас не было никакого разногласия и разобщения, на которое он надеялся. Мы обменивались мнениями друг с другом, спрашиваем: слушай, тебе нравится этот человек? Сначала некоторые удивленно смотрели и, наверное, думали: «А почему он задает этот вопрос, с какой целью?» (Смех.) Тогда мы продолжали: «Что ты смотришь так, ведь это провокатор, ты посмотри и сам убедишься, что это негодяй». После этого следовал ответ: «Да, это правильная постановка вопроса, принципиальная». Когда мы друг с другом поговорили, то оказалось, что мы все одного мнения. После этого мы организовали заседание Совета Министров, а членов Президиума ЦК, которые не входят в Президиум Совета Министров, пригласили на это заседание, а потом открыли заседание Президиума ЦК и там все выложили, прямо в лоб Берия сказали: ты провокатор, не коммунист и не был коммунистом, терпеть дальше не будем. И вот вы бы посмотрели на этого героя, как он сразу обмяк, а может быть, даже и больше. (Смех.)

Товарищи, принимая это решение, мы были глубоко убеждены в том, что Центральный Комитет правильно поймет нас и одобрит наше решение. (Продолжительные аплодисменты.)

Единодушного решения Президиума ЦК о Берия надо было добиться. Об этом надо прямо сказать, чтобы не шептались потом. Некоторые говорили: как же так, Маленков часто под руку ходит с Берия, наверное, они вдвоем обо мне говорят. А другим, наверное, говорили, что Хрущев с ним также ходит. (Смех.) И это правильно. Ходили, и я ходил. Вячеслав Михайлович Молотов как-то даже сказал: «Вы ходите и что-то все время обсуждаете». Я ответил: «Ничего путного, он гнусности всякие говорит, противно даже слушать».

Я считаю, что до поры до времени это хождение нам пользу приносило и было нужно. В четверг мы — Маленков, я и Берия — ехали в одной машине, хотя мы знали, что он интриган, что он меня интригует против Маленкова и против других, а главным образом против Маленкова. Прощается он, руку жмет, я ему тоже отвечаю «горячим» пожатием: ну, думаю, подлец, последнее пожатие, завтра в 2 часа мы тебя подожмем. (Смех.) Мы тебе не руку пожмем, а хвост подожмем.

Товарищи, с таким вероломным человеком только так надо было поступить. Если бы мы ему сказали хоть немного раньше, что он негодяй, то я убежден, что он расправился бы с нами. Он это умеет. Я об этом некоторым товарищам говорил. И когда мне сказали, что я преувеличиваю, то ответил: смотри, не будь чудаком, похоронит тебя, речь произнесет и табличку повесит: «Здесь покоится деятель партии и правительства», а потом скажет: «Дурак, покойся там». Он способен на это. Он способен подлить отраву, он способен на все гнусности. Мы имели дело не с членом партии, с которым надо партийными методами бороться, а с заговорщиком, провокатором, а поэтому нельзя было раскрывать себя. Мы считали, что если он узнает о том, что на заседании будет обсуждаться о нем вопрос, то может получиться так: мы на это заседание придем, а он поднимет своих головорезов и черт его знает что сделает, ведь мы имеем дело с авантюристом и провокатором. Поэтому надо было хорошенько продумать все эти вопросы. Обстановка такая создалась, что нельзя было иначе действовать. Ведь дело дошло до того, что если начальник МВД сообщит в ЦК о непорядках в органах МВД, то его считали «агентом» ЦК.

Теперь вы видите, какая была это «дружба» и чем она кончилась. Думаю, что нас правильно поймут члены партии. Теперь надо хорошо поставить работу, чтобы впредь не было ничего подобного. Во-первых, надо поставить в МВД честных людей, а во-вторых, усилить контроль партийных организаций за работой МВД.

Нужно отметить, что при решении вопроса о Берия все мы были единодушны — товарищ Маленков, товарищ Молотов, товарищ Булганин, товарищ Каганович и все другие товарищи. Я считаю, что эта операция, если так можно выразиться, не ослабит, а усилит руководство ЦК. (Аплодисменты).

Голоса. Правильно.

Хрущев. Никаких опасении на этот счет не должно быть. Некоторые сомневались: а как это будет расценено в партии, не будет ли это понято как слабость? А если мы не решаем вопросов сельского хозяйства, когда в стране недостача мяса, молока и даже не хватает картофеля и капусты, то разве это-то сила? Это, товарищи, позор. Ведь нам могут сказать наши друзья: слушайте, дорогие товарищи, вы нас учите, как строить социализм, а вы у себя картофель выращивать не умеете, не можете обеспечить свой народ, капусты у вас в столице нет. А почему? Потому что не могли решить, срывает провокатор.