Белый Меч - Иар Эльтеррус

– И всё-таки, никакой романтики в существовании вампира нет, – повторил он первоначальный вывод. – Может, это смешно, может быть страшно, но ничего вдохновляющего я в такой работе не вижу.

Меч выдал по этому поводу какой-то острый комментарий, но Владимир даже не стал вслушиваться. Он уже научился различать по интонациям, когда клинок говорит что-то действительно важное, а когда собирается подколоть или поругаться.

– Гелла, ты уже проголодалась?

Вампирша немного растерянно хлопнула глазами.

– Вообще-то да, а как ты догадался? Я же тебе о большем времени говорила…

– Чёрт его знает, если честно. Почувствовал как-то. Я теперь много всего чувствую… Пей, – он протянул девушке запястье. – И никаких возражений! – быстро добавил, заметив, что она собирается что-то сказать против. У меня этой энергии всё равно сейчас вагон и маленькая тележка, а тебе этих капель хватит надолго. Полудохлая спутница, сходящая с ума от воздержания, мне не нужна.

Его голос был настолько уверенным, что Инна проглотила возражения, которые явно хотела высказать, и послушно наклонилась к бледной коже. Для человеческого глаза это была обычная плоть трупа, холодная и лишённая пульса. Но в глазах молодой вампирши она сейчас сияла, как ослепительное солнце, и текущие в ней потоки энергии грозили испепелить, разорвать на части слишком слабый сосуд. Поэтому девушка пустила в ход клыки очень осторожно, оставив следы меньше булавочной головки. Отверстия мгновенно затянулись, а на коже осталась горящая алая капелька. Инна бережно слизнула её.

Вспышка чистейшего удовольствия пронзила её с головы до ног. Она слышала, конечно, что кровь старых и могущественных вампиров более вкусна и питательна, чем у человека. Но кровь основателя всей вампирской расы… Тем более, для молодой и слабой особи… Это было невыразимо словами, в убогом человеческом спектре ощущений и близко нет подобного наслаждения! Секс, наркотики, изысканнейшие явства, отдых после многих дней изматывающей работы, глоток воды в пустыне – ничто по сравнению с этим. Ближе всего, пожалуй, был религиозный экстаз – но если бы его удалось перевести из эмоциональной сферы в сенсорную. Багровые волны заливали её разум, и девушке пришлось сломать себе палец, чтобы боль хоть немного отвлекла от этого невыносимо сладкого чувства.

– Воланд, – прошептала она, – что ты со мной сделал? Я ж теперь не смогу мыслить адекватно, всё этот вкус буду вспоминать… Мне будет противно пить смертных, а за ещё одну каплю я… Нет, против своих понятий о чести не пойду, но многое сделаю, очень многое.

– Блин, думаешь я знал, что оно так подействует? – проворчал Владимир, ошарашенный лишь немного меньше подруги. Он ведь стоял рядом и чувствовал всё, что испытывала она, только в ослабленном виде. Но достаточно, чтобы объяснять ему ничего не требовалось.

– А думать надо сначала, мессир хренов, – проворчала Инна, постепенно обретая привычный самоконтроль. – Хотя я тоже хороша – должна была первая сообразить. Всё-таки, не один год среди нечисти крутилась, легенды знаю… Но ты так надавил, что я и сообразить не успела.

– Гелла, если я на тебя ещё хоть раз попытаюсь по любому поводу наехать – дай мне в лоб.

– Ага, сейчас, – хмыкнула девушка. – А потом из-под земли себя по кусочкам выкапывать? Нет уж, Володя, правильное решение, или ошибочное – остановить себя можешь только ты сам. Ну, ещё может быть Меч, хотя ты уже и его в бараний рог начинаешь гнуть. Ты слишком большая сила, так что учись отвечать за свои решения сам, а не ждать, пока тебя поправят.

Владимир вжал голову в плечи. Права Гелла, как ни крути. Когда ему чего в голову втемяшилось, мир наизнанку вывернет, а своего добьётся. И в кого он такой упрямый пошёл? Видимо, народное. Сначала долго комплексуешь перед тем, как взять топор, но уж если взял – берегись, старушки! Причём зачастую потом сам не рад будешь…

– Если я чего решил, то выпью обязательно… – пробормотал Хранитель. – Специфически звучит в отношении вампира, не находишь? Ладно, буду почаще самому себе в лоб давать…

«Если что, я помогу, – радостно предложил Меч. – Ты себя и так слишком часто колотишь, несолидное для Владыки занятие. А я как дам – мало не покажется. И всегда только по делу».

«Большое спасибо за участие. И что бы я без тебя делал? Ладно, будем считать, что подколка прошла успешно, а пока к делу. На сколько времени Гелле хватит этой порции?»

«Минут на десять, может, чуть больше».

«Не понял! Почему так мало?! Ты эффект видел?!»

«Одно дело вкус, а другое – реальная концентрация. Сейчас один миллилитр твоей крови по энергетической плотности примерно соответствует литру человеческой. Она выпила микролитр, один кубический миллиметр. А ей нужно в сутки в полторы сотни раз больше. Видишь же, эйфория уже проходит постепенно. Если бы она выпила суточную дозу, кайф бы длился не меньше часа».

«Блин, чувствую себя драгдиллером с твоими разъяснениями. Ты другие термины выбрать не можешь? Доза, кайф… Скоро небось ещё ломка добавится…»

– Кровь – это мой наркотик, долг – мой флаг. Я как заложник долга расстрелял свой страх, – неожиданно пропела Инна. Владимир резко обернулся к ней.

– Ты что, слышишь наши разговоры?

– Только те, что Меч дублирует. Чтобы потом не тратить время на повторение вслух.

Мужчина скрипнул зубами, однако признал справедливость такого решения. Действительно, пересказывать каждый раз результаты их споров – это можно снова застрелиться.

– Давай кружку. Ты говорила, что если пить не из тела, то пьянящий эффект слабее?

– Да.

– Отлично. Значит будем, как лекарство, каплями отмерять. Думаю, сотни пока хватит…

Чёрная ладошка дроу легла на гладкий, бледный лоб вампира. Это было единственное место на лице, к которому она могла прикасаться без брезгливости. От глаз и ниже кожа покраснела и растрескалась от прикосновения огня. Этому кровососу определённо не везло с пламенем – ещё до прибытия на Внутреннее Кольцо кто-то его опалил сзади, а теперь ещё её магия…

– Что же мне с тобой делать? – вслух произнесла Назиль. – В тебя влили столько крови, что хватит на барратха, испробовали такие пытки, что зомби заорал бы от боли… а ты всё ещё без сознания. Это мне не нравится, кровосос. Я не думаю, что ты сам такой стойкий. Скорее, кто-то очень не хочет, чтобы ты заговорил. И я даже догадываюсь, кто именно.

Не нужно быть особо искушённой в интригах дворянкой, чтобы разгадать планы дядюшки. Похоже, одним мифриловым клинком там дело не ограничилось, были и другие сюрпризы, по каким-то причинам не сработавшие. Вампир – единственный свидетель подставы. Кроме самой Назили, конечно, но её слова особого веса не имеют, так как лицо заинтересованное не может свидетельствовать объективно. С другой стороны, убрать кровососа сейчас – означало слишком явно указать на себя. Вот Лапарт и заткнул ему рот, каким-то образом погрузил в бессознательное состояние, не убивая. Не насовсем, конечно, ровно до того момента, как найдёт подходящего виновника для несчастного случая с гладиатором. В поиске виновников у него опыт большой, связи в криминальных кругах такие, что контрабандистам не снились, так что вряд ли до появления наёмных убийц осталось больше двух-трёх дней.