Детский сад. Книга 10 - Ульяна Каршева

ножками и хитро улыбаясь: а Селена, испугавшись, даже не заметила, что она босая! — драконишка вернулась в постель и натянула на себя одеяло…

Глава двадцать первая

Он, высокий, внешне худой от недоедания подросток, легко придерживал под мышки повисшего на его руках без сознания, довольно грузного старика Бернара, ощерясь и бросая по сторонам злобные взгляды, словно затравленная бездомная собака.

Со стороны деревни в него целились из ружей собравшиеся у изгороди жители. Драконы, со своими “пассажирами”, опустились на луговине, ближе к пейнтбольному полю, отрезая ему путь к погибшей в войну деревне. Армия храмовых машин подъезжала, неумолимо беря его в полукольцо. А с обеих сторон от Тёрна стояли вконец растерянные Мика и Колин.

Оправившись от приземления, Коннор огляделся. Возле ближайшей к нему машины уже стоял Дрок. Мальчишка-некромант хотел отвести от него взгляд, чтобы проверить, как чувствуют себя младшие братья, но уловил вроде как мельком брошенный на него настойчивый взгляд Белостенного. Незаметно подошёл к нему ближе. Встал рядом — двое храмовников даже потеснились, чтобы дать ему эту возможность.

— Поговори с ним… — прошелестело от Дрока, который, показалось, даже не посмотрел на него.

— Я?..

— Ты подрос, но ты выглядишь младше своих лет. И умный. Отвлеки его, — опять-таки не глядя на Коннора, велел Дрок. Мальчишке некроманту почудилось даже, что он не двигает губами, говоря с ним.

— Он стянет с Бернара, если поймёт…

— Ему не нужна магия Бернара. Иди к нему. Ты дерзкий — сумеешь отвлечь.

Коннор с сомнением уставился на Тёрна. Не нужна магия Бернара? Почему? Впрочем, другой вопрос гораздо важней. Дрок уверен, что Коннор сумеет отвлечь Тёрна от его жертвы. Опять сбросили проблему на него… А ему решай… Удобно: что бы ни случилось, храмовники останутся не при чём… А что делать ему, Коннору? Как заговорить ему зубы? Тёрн — Паук. Может, в этом всё дело? Этот эльф самоуверен, но не боец. Он именно что Паук, таящийся по глухим углам и оттуда плетущий свою паутину для слабых, но жирных мух… Но не боец.

Именно это застряло в мыслях Коннора, когда он улучил момент — Тёрн скосился на деревенскую изгородь. И мальчишка-некромант рывком отошёл от Белостенных. И только тогда понял Дрока: несмотря на уверения в магической неспособности Тёрна взять силу от Бернара, Дрок боится за старика-целителя. Боится, что Паук где-то прячет другое оружие — холодное, например. И может убить Бернара чисто физически. А потому нужно отвести внимание Тёрна и…

Почувствовав упорный взгляд, Коннор приподнял бровь: на него умоляюще смотрел Мика, который был в полной растерянности. И тогда Коннор решился. Ловя частые паузы, в которых Тёрн нервно озирался, он быстро перешёл от машин к драконам. А уже от них позвал:

“Колин! Мика! Уходите от него! Быстро!”

“Но Бернар!..” — плачуще отозвался мальчишка-оборотень.

“Тёрну не нужна обычная магия! Ему нужна только некро!”

“А как же там — в пригороде?”

“Тамошние некромаги снятую с магов силу пропускали через себя! Они-то могли это сделать! Но Тёрн брал готовую некро уже у них, для чего и устроил паутину! Он не убьёт Бернара — он только пугает!”

До младших дошло — и оба немедленно порскнули в разные стороны от Тёрна. И потом рванули к Селене — к изгороди, которая, “узнав” обоих, пропустила их и без пропускных браслетов — они же братство! Селена бросилась им навстречу, обливаясь слезами, обняла. А потом вернулась вместе с ними встать во главе мужчин, готовых оборонять деревню.

Коннор точно не знал, так ли всё то, что он им о паутине сказал, на самом деле. Но высказанное выглядело логично — для него: а зачем иначе Тёрн создал паутину? Только для того, чтобы перерабатывали для него омолаживающую силу другие.

Да и пусть бы его выводы были ложью! Ему необходимо было обезопасить младших братьев, а потому говорил убеждённо. И они этой убеждённости поверили. Тёрн остался перед деревенской изгородью в полном одиночестве.

Правда, недолго. Из ближайшей к нему машины вышел Дрок и уверенно подошёл к нему. Коннор тоже постарался не отставать, хотя вокруг и так было много защитников для главы ордена Белой Стены.

— Отпусти старика, Тёрн! — повелительно сказал Дрок, и Коннор про себя даже в такой ситуации умудрился смешливо фыркнуть: сам-то, небось, постарше Бернара будет!

— А что взамен? — оскалился Тёрн. — Что взамен? Я хочу этого мальчишку-некромага! — И ткнул пальцем в Коннора.

— Подавишься! — презрительно и достаточно звучно, чтобы услышал убийца, ответил тот.

— Отпусти старика, — монотонно повторил Дрок.

Они стояли в трёх шагах друг от друга: “подросток”, с чёрными (непривычно для эльфа) глазами, которые прятались в жёстких, морщинистых веках — и крепкий седовласый старик, в белых одеждах, с ярко-синими глазами, в которых даже нет намёка на долгие годы жизни. И сбоку — Коннор, уставший, голодный, но злой.

— У нас тупик, — криво ухмыльнулся Тёрн. — У нас тупик, если ты не понял, Дрок. А ведь ты считаешь себя лучшим из лучших! Так почему же ты не понимаешь, что наша ситуация проигрышная по всем параметрам? Если я отпущу старика, вы наброситесь на меня, будто натасканные на кроликов псы. Не отпущу, убью его — будет то же самое.

Коннор собрался, как перед прыжком. Вот оно! То, с чего можно начать говорить!

— Того же самого не будет, — сквозь зубы процедил он. — Если ты убьёшь Бернара, я тебя никому не отдам. Я буду убивать тебя лично. Каждый день — понемногу. Я буду добавлять физическую боль к той боли, которую ты будешь чувствовать, в считаные дни превращаясь в старика и умирая от старости. А ты знаешь, Тёрн? Процесс старения начался! Отпусти Бернара, Тёрн! Белостенные будут к тебе милосердней, чем я!

— Кто ты такой, чтобы я поверил, что ты настолько жесток?! — хрипло завопил “подросток”, от ярости плюясь слюной с каждым словом. — Я тебя не знаю! Кто ты такой, если я впервые вижу тебя? Почему я должен верить твоей болтовне? Почему я должен верить какому-то сопляку, который мне интересен только тем, что носит вокруг себя отличную порцию некромагии?!

Коннор встал в шаге от Бернара, которым Тёрн прикрывался, как щитом.

— Я убийца, — вновь сквозь зубы проговорил он — и распахнул часть личного пространства, где пряталось прошлое.

Тёрн жадно качнулся к нему. Поначалу, едва он “увидел”, как мальчишка раскрывает личное пространство, кажется, он решил, что неизвестный мальчишка-некромант всё-таки готов отдать некромагические силы взамен на жизнь старика-эльфа.

Но он — “видел”, а потому внезапно для себя оказался