Сокровище Единорога - Нелла Тихомир

- Давай сюда! - Инис неожиданно возник за плечом, выхватил из рук срезанные пряди и метнулся прочь.

- Куда он? - спросила Нимве появившегося Сэтнара.

- В костер бросит, - принц пристально смотрел, в глазах отражалось крохотное пламя. - Так тебя и узнать нельзя.

Нимве коснулась своих волос. Непривычно короткие пряди щекотали шею, торчали во все стороны, падали на щеки и глаза… Нимве закусила губу, но сказать ничего не успела: у входа раздался шум, хриплые голоса и ругань, по утоптанному до звона полу застучали шаги.

Барак стал наполняться людьми. Скоро вернулся Инис, и принцы сели на широкие нижние нары рядом с Нимве. Она диковато озиралась, но почти никто из каторжан не обратил на нее внимания. Только какой-то заросший мужик со шрамом на щеке пробовал задираться, однако принцы оборвали так грубо и решительно, что мужик сразу исчез, а Нимве подивилась про себя, как быстро они научились такому обращению, что даже Ларра позавидовал бы.

Вошел охранник с керосиновым фонарем, зашагал по проходу. Близнецы устроили Нимве посередине, улеглись с боков, накрылись с головой рваной дерюгой. Еще долго лежали без сна, перешептываясь, изредка замирая, когда шаги надзирателя раздавались поблизости.

Принцы рассказали Нимве, что сбежать отсюда невозможно, что-то доказывать тоже бессмысленно: убьют. На их глазах убили троих, отволокли в ров у леса и бросили, едва забросав землей. Барон Грид вначале пытался доказывать, и вот результат.

Постепенно усталость брала свое, близнецы замолчали. Нимве услыхала их ровное дыхание. Охранник все ходил, и Нимве, лежа между принцами, укрытая вонючей дерюгой, слушала его шаги.

Внезапно вспомнился замок, в памяти всплыли лица спутников. Эх, и почему я не дождалась Мафхора. О чем я только думала… Нам не выбраться отсюда без его помощи.

Словно наяву, перед внутренним взором встало лицо мага. Она видела его твердо стиснутые губы, видела глаза, внимательные и умные, блестевшие, словно черные звезды. И, собрав все силы, словно для последней в жизни молитвы, Нимве подумала, расширенными глазами уставясь в темноту: где ты? Может, ты уже меня ищешь? Приезжай! Мафхор! Приезжай! Пожалуйста, прошу тебя…

НАЙДИ НАС!!!

Нимве очнулась от протяжного вопля и странных резких звуков. Распахнув глаза и покрывшись испариной, долго не могла понять, что происходит.

Было темно и холодно, она лежала, стиснутая с обеих сторон, а над головой, очень близко, лишь руку протяни, виднелось что-то, похожее на деревянный потолок. Где я, подумала она, приподымая голову - и тут же услыхала звук ударов металлом по металлу, а следом крик:

- По-одъе-ем!

Рядом зашевелились. Из-под покрывала вынырнула темная всклокоченная голова. Сперва Нимве пришло на ум, что это Чик, но человек повернулся, и она узнала принца Иниса. Потерев глаза, юноша тихо молвил:

- Буди Сэта. На работу пора.

Барак просыпался. Проход между рядами нар заполнился людьми, которые зябко ежились от утреннего холода, кашляли и переговаривались хриплыми, надсаженными голосами. Проснулся Сэтнар. Ни слова не говоря, слез с постели и нагнулся над Гридом, который по-прежнему лежал на полу.

- Сдох он у вас, - сказал парень с соседних нар. Свесив худые босые ноги, он наблюдал за принцем. Звеня кандалами, Нимве села. После вчерашнего дня тело ломило, разбитая охранником губа опухла и саднила. Но думать об этом времени не было. Нимве подобралась ближе, наклонилась, стараясь заглянуть раненому в лицо.

- А ты откуда? - спросил сосед. - Тебя я тут не видал.

- Не твое дело, - обойдя нары, сказал Инис.

- Что, свежее мясцо, а? - сосед сплюнул наземь. Нимве подняла глаза и встретилась с ним взглядом.

- Хорошенький щенок, - сосед ухмыльнулся. - Не хочешь ко мне на постельку? Место есть… - он похлопал по грязному матрасу. - Даже бить не буду.

От его пристального взгляда Нимве смутилась. Сэтнар произнес:

- Кажется, я тебе уже раз велел заткнуть хлебало, нет?

- Ох, ох, ох, - парень осклабился и, сунув пятерню за пазуху, с наслаждением заскреб грудь. - Какие мы благородные, скажите на милость. Ну, гляди, как он вам надоест, так я завсегда готов. За полчашки табаку отдашь?

- Ну, продолжай мечтать, свинья, - Инис присел на корточки, и, не обращая больше внимания на соседа, тихо, с тревогой спросил:

- Как он?

- Плохо, - угрюмо отозвался Сэтнар.

Раненый был без сознания, горячий, будто долго лежал на солнце. Он умрет, поняла Нимве, приложив ладонь к его груди. Сухой совсем… Если не забрать его отсюда, он умрет.

- Эй, вы! - перебил мысли громкий голос. Все трое вскинули головы. В проходе стоял надзиратель. Увидев, что они смотрят, рявкнул:

- Чего, особое приглашенье требуется? А ну, живо! А то щас вашего дохляка свиньям выброшу, чтоб не отвлекались! Живо в строй, собаки!

Во дворе был полумрак, солнце еще не встало. Рабы, вздрагивая от холода, построились в неровную шеренгу. Все в лохмотьях, всклокоченные, заросшие и тощие, они показались Нимве близнецами. Надзиратели пререкались в стороне, тоже небритые и нечесаные, с опухшими глазами и носами.

Сэтнар, стоявший справа, тронул Нимве за локоть и прошептал:

- Держись около нас. Поняла?

Она обернулась, и принц добавил:

- Тогда, может, попадем на один участок.

Через минуту надзиратели пошли вдоль строя, тыча пальцами, определяя людей на разные работы. Нимве повезло остаться с принцами, им велели отойти направо, где уже стояла группа людей.

Когда сортировка закончилась, их построили и куда-то повели.

Нимве разглядывала серую пустошь. От каждого шага в воздух поднималась едкая пыль, подолгу висела, не спеша оседать.

Дорога пошла в гору, рабы пробирались между вывороченными каменными глыбами, которые еще не накалило солнце. Добрались почти до вершины высокого холма, пока не прозвучала команда остановиться.

К ним подошел невысокий лысоватый человек, не похожий ни на раба, ни на надзирателя. Отдав каждому распоряжение, обернулся к Нимве. Критически оглядев, сказал:

- Да-а… Этот пацан только на тачку и сгодится.

Нимве смотрела, не понимая.

- Ну, чего пялишься? - вмешался один из надзирателей. - Хватай тачку, сказано. Будешь вниз породу возить, вон туда, - он махнул рукой в пространство. Нимве проследила за его жестом. Узкая тропа, над которой висело облако пыли, петляя, вела к подножию крутого холма, а внизу, страшно далеко, копошились люди, казавшиеся черными букашками.

Нимве молча взяла тачку и, с трудом отыскав принцев среди однообразно серых лиц, подошла ближе.

Рабы начали долбить кирками скальную породу, которая оказалась неожиданно податливой. Поднялась пыль, такая, что невозможно сделалось дышать. Поснимав рубахи и замотав лица, рабы всё врубались, врубались в холм, а Нимве, уткнувшись носом в рукав, следила, как Сэтнар мерно работает киркой, а Инис лопатой сгребает щебень.