Свободное владение Фарнхэма - Роберт Хайнлайн

К тому же, он сообразил, что у них есть еще одно преимущество, которое может здорово помочь им, невзирая на их неискушенность в жизни этого общества. Беглецы редко достигали своей цели просто потому, что их выдавала внешность. Белую кожу еще можно было скрыть, но слуги всегда были на несколько дюймов ниже и на несколько фунтов легче, чем их Избранные.

И Барбара и Хью были высокого роста. В этом отношении они вполне могли сойти за Избранных. Черты лица? У Избранных лица тоже отличались значительным разнообразием черт. Индусские черты смешивались с негроидными и многими другими. Проблему представляла собой его лысость. Значит, придется украсть парик. Или сделать его. Но если у них будет краденная одежда, припасенная пища, хоть какое-нибудь оружие (пусть даже руки) и грим, они вполне могут сойти за «нищее черное отребье» и отправиться в путь.

Если путь только не окажется слишком длинным. Если их не настигнут собаки. Если только они по неведению не допустят какого-нибудь дурацкого ляпсуса. Но слуги, которых сразу выдает телосложение, не имеют права хоть на шаг выходить за пределы имения, фермы, ранчо или своего рабочего места вообще, без пропуска своего повелителя.

Возможно, ему удастся увидеть такой пропуск и даже подделать его. Но ни он, ни Барбара не могли путешествовать в качестве слуг по поддельному пропуску по той же причине, которая позволяла им смутно надеяться сойти за Избранных: у них были слишком крупные габариты, и их сразу же задержали бы.

Чем больше Хью размышлял, тем больше приходил к мысли, что побег следует отложить по крайней мере до следующего лета.

Если бы только они оказались среди слуг, которых отберут для поездки в Летний Дворец на будущий год… Если бы они все четверо оказались… Об этом-то он и не подумал. Господи Исусе! Да ведь их маленькая семья может никогда и не собраться больше под одной крышей. И возможно, что из-за этого им придется бежать сейчас, в тот короткий промежуток времени, который отделял их от переезда. Бежать, несмотря на собак, на медведей, на этих злобных мелких леопардов… бежать, да еще с двумя младенцами на руках. Боже! Было ли когда-нибудь у мужчины меньше шансов спасти свою семью?

Да. У него самого… когда он строил убежище.

Подготовиться, насколько это возможно… и молить о чуде. Он начал припасать еду из тех блюд, которые ему приносили в комнату – то, что можно было хранить. Он стал присматриваться, где бы украсть нож, или что-нибудь, из чего его можно изготовить. Все эти приготовления он тщательно скрывал от Киски.

Гораздо раньше, чем он ожидал, ему удалось достать грим. Праздник всегда означал оргию слуг в большом зале, на которой рекой лилось Счастье. Настал праздник, в который устраивались силами слуг небольшие представления. Хью выпало играть комическую роль Лорда Протектора в небольшой веселой пьесе. Он не колеблясь согласился, потому, что даже сам Мемток отметил, что его комплекция делает его самой подходящей кандидатурой на эту роль. Хью проревел свою роль, размахивая жезлом, раза в три большим, чем тот, который носила Их Милость.

Он имел успех. Он заметил, что Понс наблюдает за его игрой с балкончика, где они с Мемтоком как-то наблюдали за раздачей Счастья слугам. Понс смотрел и смеялся. И Хью, будучи повелителем, пусть даже и на сцене, крикнул:

– Эй, там, на балконе! Потише! Мемток, а ну-ка всыпь этому насмешнику!

Тут Их Милость расхохотался пуще прежнего, слуги чуть ли не катались по полу от восторга, и на следующий день за бриджем Понс похлопал его по плечу и сказал, что лучшего Лорда Чепухи он еще не видывал.

Результат: украденный пакетик краски, которую достаточно было смешать с обыкновенным ароматным кремом, чтобы он стал точной копией Их Милости; парик, который отлично скрывал его лысый череп под копной черных волнистых волос. Это был не тот парик, в котором он играл – тот он вернул Главному Управляющему, даже попросив померить его на себя. Нет, этот парик он выбрал из нескольких, из года в год накапливавшихся после представлений, он тоже отлично подходил ему. Он примерил его, бросил, даже поддал ногой, а затем украдкой подобрал и сунул под балахон, где и держал несколько дней, не зная, хватятся его или нет. Когда стало ясно, что пропажа осталась незамеченной, он спрятал его под стеллажом в рабочем кабинете вечером, задержавшись там немного дольше своих помощников. Он продолжал подыскивать что-нибудь, из чего можно было бы выточить нож.

После их встречи прошло уже три недели и за это время он ни разу не видел Дьюка. Иногда от него поступали переводы, иногда день или два ничего не было. Хью прощал ему эти перерывы. Но когда прошла целая неделя, а от Дьюка не поступило ни одного перевода, Хью решил проверить.

Хью подошел к комнате, которая была одной из «привилегий» Дьюка, как «исследователя истории». Постучав в дверь, он не получил ответа.

Он постучал еще и решил, что Дьюк или спит, или отсутствует. Тогда он приоткрыл дверь и заглянул внутрь.

Дьюк, хоть и не спал, но витал совершенно в ином мире. Он растянулся на постели совершенно голый, пребывая в самом сильном опьянении Счастьем, которое только приходилось когда-нибудь видеть Хью. Когда открылась дверь, Дьюк поднял голову, глупо хихикнул, взмахнул рукой и произнес:

– Приэтт, старый мшшенник! Кээк тыи ддделла?

Хью приблизился к нему, чтобы получше рассмотреть то, что, как он подумал, ему просто показалось, и тут, когда он убедился, что глаза его не обманывают, его чуть не стошнило.

– Сынок! Сынок!

– Все нноешшш, Хьюги? Старрый ппдлюка Хью, выжжига чертофф!

Судорожно сглатывая, Хью попятился и чуть не налетел спиной на главного ветеринара. Хирург улыбнулся и спросил:

– Пришли навестить моего пациента? Сейчас он вряд ли в этом нуждается. – Пробормотав извинение, он проскользнул мимо Хью, подошел к кровати и поднял Дьюку веко, затем обследовал его еще несколькими способами, шутливо похвалил его:

– Дела идут отлично, кузен. Давай-ка примем еще процедурку, и можно будет посылать тебе вкусный обед. Как ты насчет этого?

– Ааатлична, док! Зазамечатьно! Я тття увжаю! Оччень уввжаю!

Ветеринар покрутил циферблат на каком-то маленьком приборчике, прижал его к бедру Дьюка, подержал немного и удалился. Уходя, он улыбнулся Хью:

– Практически здоров. Еще несколько часов он пробудет в забытьи, затем проснется голодным и даже не заметит сколько прошло времени. Тогда мы покормим его и дадим еще порцию. Прекрасный пациент – никакого беспокойства. Он даже не знает, что случилось. А когда поймет, не будет иметь ничего против. – КТО ПРИКАЗАЛ СДЕЛАТЬ ЭТО?

Хирург явно был удивлен.

– Конечно, Главный Управляющий. А что?