Влюбленная Джейн - Рейчел Гивни

Джейн и Дерек попытались воспротивиться, но их протест был проигнорирован.

– Вот. Это тут, – сказала София, когда они остановились перед одной из витрин на Вестгейт-Роуд.

Джейн ахнула:

– Я здесь уже была!

Вывеску сменили, но название осталось прежним: «Maison Du Bois». Именно в этой модной лавке матушка купила для Джейн муслиновое платье. У двери, как и двести лет назад, красовалась табличка с королевским гербом.

Внутреннее убранство магазина не изменилось: та же лепнина в виде роз на потолке, те же латунные карнизы, те же до блеска отполированные шкафы. Изменились только товары. Продавцы, как и раньше, носили красные галстуки – несмотря на то что теперь это были женщины. София велела одной из них принести самое красивое платье. Продавщица кивнула и исчезла.

Вскоре она вернулась с измерительной лентой и тремя бокалами шампанского для гостей. Когда мерки были сняты, другая женщина принесла платье на шелковой вешалке. Продавщицы принялись суетиться вокруг Джейн и поздравлять ее с блистательной победой на любовном фронте. Ей помогли надеть платье.

– Это стиль ар-деко, – сказала одна из женщин, – шелковый креп, косой крой.

Джейн повернулась к своим друзьям. Из зеркала, стоявшего рядом с их креслами, на нее глядел белый ангел.

– Что за жидкость вдруг потекла у меня из глаз? – сказала София, улыбаясь.

– Какой это цвет? – спросила Джейн, изучая свое отражение.

В ее времена подвенечные платья, как правило, бывали голубыми с золотой, кремовой или лимонной отделкой.

– Слоновая кость. Идеальный вариант для майской свадьбы, – ответила продавщица.

– Все ваши платья белые… – удивленно заметила Джейн.

– Да, мисс, потому что они свадебные.

София пояснила:

– Сейчас все свадебные платья белые. Белый цвет символизирует непорочность невесты.

– Понимаю, – пробормотала Джейн, покраснев.

– За правдой мы не гонимся.

Джейн опустила голову.

– Ну как вам? Нравится? Какие ощущения? – спросила одна из продавщиц.

Джейн пожала плечами и снова поглядела в зеркало. Нравилось ли ей платье? Оно было прекрасно и словно бы струилось по ее телу. Всю свою прошлую жизнь она надеялась найти мужа, имея, однако, довольно смутное представление о том, какова будет награда в случае успеха. Джейн никогда не представляла себя ни невестой в подвенечном уборе, ни женой.

– А какие ощущения у меня должны быть? – спросила она.

– На твоем месте я бы ощущала триумф, – сказала София. – Ты выглядишь потрясающе. Фред будет в восторге. – Подмигнув Джейн, она обратилась к продавщице: – Теперь займемся моим платьем подружки невесты. Если у нас ар-деко, то и я должна быть как из экранизации «Великого Гэтсби» семидесятых годов. Или из «Бонни и Клайда». В общем, хочу, чтобы было стильно и дорого: бриллиантовые броши, жемчужные серьги. Покажите мне все это.

Продавщица бросилась исполнять волю звездной клиентки. София пошла за ней, на ходу осыпая ее новыми распоряжениями. А Джейн все смотрела на себя в зеркало.

– Вы действительно выглядите восхитительно. Ваша будущая родственница не преувеличила, – сказал Дерек и улыбнулся.

– Спасибо. Вы женаты, Дерек?

– Уже четыре года.

Он поднял руку и показал золотое кольцо.

– Поздравляю. На вашей жене в день свадьбы было нечто подобное? – спросила Джейн, указав на свое платье.

– Вообще-то у меня муж.

– Вот как… – произнесла она, широко раскрыв глаза.

Дерек добродушно усмехнулся:

– Он действительно хотел надеть что-то наподобие, но, к счастью, я его отговорил.

Джейн ничего не понимала.

– Вы женаты… на мужчине?

– Да. Что с вами? Вам нехорошо?

– Дядя Энтони, – проговорила Джейн и невольно ахнула, пораженная внезапным воспоминанием.

– Что, простите?

– У меня был крестный, дядя Энтони. Друг нашей семьи, адвокат. Я его очень любила за веселый нрав и остроумие. Он писал такие славные письма! Ни один праздник в нашем кругу не обходился без его добродушных шуток и щедрых подарков. Так вот дядя Энтони водил дружбу с одним джентльменом… Как-то раз сосед застал их вдвоем. После этого дела́ в конторе дяди Энони разладились, и он уехал со своим другом за границу. Мне запретили ему писать. С тех пор в нашей семье никогда не упоминали его имени.

– Печально, – сказал Дерек и посмотрел на Джейн с удивлением, как будто бы другими глазами.

Конечно же, он не знал, кто она и откуда взялась, а значит, не представлял себе, какое расстояние отделяло ее от современных нравов. Не понимая, насколько она поражена его признанием, он все же был с ней терпелив и дружелюбен. Видя, что перед ней хороший человек, Джейн благодарно улыбнулась ему и спросила:

– Вероятно, такие истории вам не в диковину?

Дерек пожал плечами:

– Отец не разговаривает со мной с тех пор, как я ему сказал.

– Боже милостивый! – воскликнула Джейн.

Дерек улыбнулся:

– Зато я живу с человеком, которого люблю.

Джейн снова повернулась к зеркалу. Продавщицы поставили ее на пьедестал (чтобы ей было видно все платье целиком), и теперь она чувствовала себя статуей.

– Дядя Энтони тоже стал жить со своим другом. Думаю, они были счастливы. – Сделав над собой некоторое усилие, Джейн широко улыбнулась. – Вам, сэр, я тоже этого желаю. Вы живете той жизнью, которую выбрали, не сообразуясь с мнением остальных. Всем бы нам обладать хотя бы половиной вашего мужества!

– Ой, – улыбнулся Дерек. – Спасибо.

Джейн опять поглядела на свое отражение. Прежде она не спешила делать все то, что общество предписывало ее полу. Но сейчас ей не хотелось ничего опровергать. Друзьям не терпелось нарядить ее в белое платье. Почему бы и нет, если это всем в радость?

Вернулась София в сопровождении продавщиц.

– Ну, что скажешь?

Джейн ничего не сказала, а только смахнула слезу. Дерек тоже прослезился.

– Какая счастливая! – заворковали все.

– А мама невесты одобрит наш выбор? – полюбопытствовала одна из женщин.

– Не знаю. Как вы думаете, Джейн? – тихо сказала София.

– Думаю, да, – ответила Джейн.

– А где она? – спросила продавщица.

– Здесь ее нет, – отчеканила София так, чтобы пресечь дальнейшие расспросы.

Джейн отвела взгляд.

– Тогда давайте сделаем для нее фото, – предложил кто-то.

Джейн надели фату и дали цветок. Пока она позировала для снимка, Дерек украдкой сжал ей руку. Вторая ее рука потянулась к щеке, чтобы смахнуть очередную слезу.

Глава 51

На следующий день Фред обнаружил в почтовом ящике несколько конвертов.

– Что это? – спросил он, показывая Джейн один из них.

– Судя по всему, почта. – Она посмотрела внимательнее. – Письмо. Адресованное тебе.

– От Джеймса Блэкхита, – прочел Фред.

– Ну так что ж? – сказала Джейн.

– С чего это я вдруг получаю письмо от издателя? – Глаза Фреда расширились. – Я ничего ему не посылал.

– Однако письмо тебе все-таки пришло, – ответила Джейн, приподняв подбородок, и больше ничего не сказала.

Фред еще раз изучил конверт.

– Как ты могла? – проговорил он с яростью в голосе, однако эта ярость была, вероятно, не вполне искренней: очень уж жадно он смотрел на письмо.

– Может быть, откроешь?

– И не подумаю! Я его выброшу!

Письмо действительно оказалось среди мусора, но было не столько выброшено туда, сколько осторожно помещено – подальше от объедков.

– Тебе даже не любопытно? – спросила Джейн.

– Нисколько, – сказал Фред и с тоской поглядел на мусорное ведро.

– Довольно глупо выбрасывать нераспечатанные письма.

Несколько раз измерив шагами комнату, Фред достал письмо и, сердито фыркнув,