Принцесса с планеты Сприс (СИ) - Моури Эрли

— Куда теперь, — спросила Ивала, нюхая моа-моа в топазовом флакончике.

— Еще не решил, — отозвался капитан. — Хочется взлететь повыше, к чертовой матери. И напиться. Основательно так напиться. У меня есть ящик коньяка.

— Я буду, — галиянка опустила флакон и прикрыла глаза.

— Я бы тоже хотела, — сказала Ариетта, покручивая пластмассовый лимб настройки.

Она сидела на месте Арканова перед консолью энергоконтроля, которую теперь обслуживала бездушная автоматика.

— И я из солидарности. Прикажите ящик в рубку, кэп? — осведомился Арнольд.

— Не сейчас, — Глеб увеличил скорость, отрываясь от надоедливых перехватчиков и уводя «Тезей» по ломаной траектории вверх.

Облачный слой провалился, открывая синее небо и пылающий шар солнца. Скоро горизонт стал бледно-фиолетовой полосой, над ее краем проступали звезды.

— Может теперь в Южную Америку? — предложила Ваала. — В леса, где большая река. Там тепло, и места похожие на Листру.

— Меня беспокоит вопрос: как милькорианцы вычислили корабль, — пассом руки Быстров отдал команду бортовому компьютеру. — И почему они так скоро вышли на нас? Вроде в команде «Орэлинов» больше нет.

— Госпожа Ариетта, тебе нужно провериться в медмодуле на микрочипы, — сказала галиянка, посматривая на серп Луны над голубой вуалью атмосферы. — Мы с Глебом уже проверялись.

Внезапно громко и резко зазвенел сигнал тревоги.

— Мы на прицеле! — выдохнула Ваала, роняя флакон с моа-моа.

— Комбинированный щит по максимуму! — прорычал Быстров, и вспомнил, что безотказного Арканова на своем месте нет.

Он отдал команду компьютеру, одновременно включая форсаж и уводя разведчик по крутой дуге.

— Агрессора не вижу! — отрапортовала галиянка. — Его нет! Нет на радарах!

— Высокочастотный режим! Оптике программу обнаружения! — пальцы капитана летали по сенсорам с непостижимой быстротой.

Высокочастотный сигнал скоро начертил на радаре длинное тело, похожее на струйку тумана. Оптическая система перестроилась согласно новым параметрам. На боковом экране появилось изображение имперского корвета.

— «Хорф-6»! О, черт вездесущий! — воскликнул Быстров.

Теперь этот стремительный и могучий хищник, построенный специально для охоты за наиболее важными целями, появился над Землей. Глеб даже не мог предположить, как он отыскивает «Тезей» в бесконечных пространствах космоса. В неожиданном появлении корвета была какая-то мистика с темным оттенком неотвратимости. Быстров бросил беглый взгляд на отчет по системам энергоконтроля: чтобы разогнать генераторы защитного поля требовалось еще четыре минуты — слишком много перед лицом опытного врага, когда его оружие уже наведено и в любую из этих минут готово превратить «Тезей» в куски оплавленного металла. Если прошлый раз у Быстрова при встрече с «Хорф-6» имелось весомое преимущество — корвет был вовремя обнаружен, а разведчик летел на приличной скорости, — то сейчас «Тезей» только вышел за пределы атмосферы и висел на прицеле как малоподвижная мишень.

Что Роэйрин в этот раз не собирается их прощать, Глеб понял, едва у борта корвета сверкнула фотонная пушка. Уклонение разведчика сработало безупречно, и луч прошел в сотне метров от кормы, вонзился в атмосферу огненно-белым кинжалом, прошил облака и, наверное, достиг земли. Быстров бросил звездолет в сторону, уходя по ломаной траектории, одновременно пуская две ракеты с мьюронной начинкой. Они не могли повредить «Хорф-6», одетый в несколько энергощитов, но должны были кое-как дезориентировать его системы наведения.

Второй фотонный импульс имперского посланца разрезал пополом крыло разведчика, и «Тезей» кувыркнулся подстреленной птицей.

— Нам не уйти? — тихо спросила Ариетта. — Скажи правду, капитан.

Капитан не ответил, спешно разворачивая космолет. Пущенные ракеты взорвались малиново-синими вспышками, срывая внешний слой защиты «Хорф-6», оставляя темные кляксы на срединном экране.

— Я понимаю, у нас нет шансов. И вы погибните из-за меня, — не дождавшись ответа, проговорила принцесса. — Простите.

Быстрову казалось, что Роэйрин играет с ним как кот с пойманной мышкой, чувствуя свою многократно превосходящую мощь. Наверное, в этом заключалась месть, затянутая месть за обидную оплеуху возле Сприса. Корвет давно мог разделаться с разведчиком одним слаженым бортовым залпом. Вместо этого, он снизил скорость до низкоорбитальной и бил всего лишь из одной фотонной пушки, нанося очень болезненные тычки. Следующая яркая вспышка вонзилась в корму «Тезея», прожигая прочный корпус, разрывая девз-генераторы и нижнюю энергомагистраль. Пронзительный сигнал тревоги не переставал терзать рубку, на системном экране появились зоны, пульсирующие красным.

— Там что-то происходит, — сказала принцесса, не перестававшая следить за имперским кораблем.

Быстров тоже заметил: защитные экраны его противника пошли мелкой рябью и будто лопнули.

— Черная пирамида! — вскрикнула Ваала, глядя, как прямо по курсу разведчика возникло нечто такое же черное, как космос. Только солнечный блик, скользнувший по гладкой грани выдал присутствие неведомого корабля.

С вершины пирамиды вырвался луч, похожий на продолжительный импульс деструктора. Он без труда прошил поврежденные энергощиты корвета, и могучее тело «Хорф-6» вздрогнуло, словно наскочив на невидимое препятствие.

— Стальная Алона! — с восхищением и страхом воскликнула галиянка.

Нос имперского звездолета разлетелся на куски, длинный корпус переломился перед антенной надстройкой. Передняя часть еще попыталась огрызнуться залпом ультрафауззеров, однако их рассосредоточенный заряд унесся куда-то в сторону Луны. Обломки могучего хищника Присты вошли в верхние слои атмосферы и падали где-то над востоком Евразии.

С одной из граней пирамиды снова ударил луч. Бледный, цвета туманного неба. Он сорвал облачко едва обозначившееся защитного поля «Тезея». Следом Быстров увидел на радаре три быстро приближавшихся точки. Они разорвались километрах в трехстах от разведчика, разошлись яркими волнами.

— Фоновые бомбы, — догадалась галиянка.

Экраны «Тезея» вспыхнули белым светом, радары и широкополосные сканеры захлебнулись в мощной волне, датчики за бортом несли чертовщину. В ту же минуту ослепли многие спутники Земли, в радиодиапазоне прошел такой шквал, что вышла из строя большая часть теле и радиоканалов, и станций сотовой связи. Глеб не видел, как черная пирамида приближается к его ослепшему кораблю. Не видел, как образовалась щель на одной из ее антрацитовых граней, и как петля силового поля, втянула «Тезей» внутрь неведомого корабля.

Энегогенератор «Тезея» Быстров заглушил: после ударов «Хорф-6» нарушились магистрали и системы контроля, и это могло обернуться чем-нибудь неприятным, даже взрывом. В разведчике работало только аварийное энергоснабжение. Рубку освещал тускло-голубой свет, пульсировали столбики с данными о бортовых системах, большей частью нарушенных. Обзорные экраны и радары были мертвы, показывая черную пустоту.

— Где мы? — тихо спросила Ариетта.

— Думаю, внутри пирамиды, — Быстров, откинулся на спинку кресла и уставился в потолок.

— Такое ощущение, будто мы на дне бездны Краак, — пристианка скрипнула ногтем по сенсору выключенной консоли. — Нас не уничтожили сразу, значит, им нужна я. Есть два варианта: выйти из корабля и сдаться или принять сильный токсин. Я не хочу доставаться им!

— Мы еще не знаем, кто они, — ответила Ваала. — Знаем только одно: это самый странный корабль в известных нам частях галактики. Странный и удивительно сильный. Так быстро расправиться с корветом, пожалуй, смог бы не каждый линкор.

— Неизвестное часто вызывает удивление и страх, кажется неодолимым, — Глеб закинул руки за голову и прикрыл глаза. — А потом начинаешь замечать, что и в чужой силе можно найти брешь и выйти победителем в безнадежной схватке. Так было, когда мы разбили эскадру кохху. Кто-то боялся и был готов бежать, а кто-то сумел воспользоваться ошибками проклятых насекомых. И мы…