Похищая жизни. - Валерия Чернованова

Откашлявшись, шепотом просипела:

-- Извини, потом поговорим. Нужно бежать. -- И не оглядываясь, припустила вниз.

Чуть ли не кубарем скатившись с лестницы, ворвалась в комнатушку и без сил опустилась на пол. Только бы эта незапланированная встреча не поломала мне все!

Джесс должен был явиться в бордель около двух. Я опередила его всего на четверть часа. Симпатичная блондинка-дриада провела меня в комнату и сказала, что как только парень появится, она тут же отправит его ко мне. Поблагодарив девушку, приступила к обыску. Интерьер спальни был выполнен в слащаво-розовых тонах. Даже бархатные сидения на стульях и туалетные принадлежности навевали мысли о молочных поросятах.

Поставив один из стульев посреди комнаты, на мягкий гламурный коврик, небось догадываетесь, какого колера, стала изучать содержимое шкафа. Отыскав несколько ярких шарфиков, проверила их на прочность и решила, что смело могу доверить им Джесса. Найденные там же черные подвязки с алыми бантиками тоже должны сгодиться. Даже наручники, украшенные лебяжьим пухом, удалось нарыть. Но при детальном рассмотрении поняла, что замок у этой бутафории никудышный. Шарфы куда надежнее.

Только закончила с подготовкой, как из коридора послышались голоса.

-- Дальше я сам, -- остановил Джесс дриаду, широко распахнул дверь и беспечно шагнул внутрь. И тут же получил по макушке увесистой книгой, непонятно каким образом оказавшейся в комнате проститутки. Начитанные нынче пошли куртизанки.

Пришлось треснуть еще раз, потому как парень никак не желал отключаться. Наконец он бухнулся на колени и плавно осел на ковер, приглушивший звук падения.

Повернула в замке ключ. Кряхтя и чертыхаясь, подтащила гостя к стулу и, обливаясь потом, с горем пополам усадила на него. Завела безвольно свисающие руки назад, крепко связала. То же самое проделала и с ногами. С импровизированным кляпом -- ажурными подвязками -- решила повременить. Хотелось на прощание поболтать с бывшим приятелем.

Времени ждать, пока Джесс очухается, не было. Поэтому поднесла к его лицу нюхательную соль и поводила склянкой перед веснушчатым носом. Парень чихнул, длинные, по-девичьи изогнутые ресницы дрогнули. Джесс начал приходить в себя. Смекнув, что почем, несколько раз отчаянно дернулся, едва не перевернувшись вместе со стулом, но, поняв тщетность своих попыток, яростно прошипел:

-- Совсем оборзела?! Ты хоть понимаешь, что с тобой сделает босс?!

Присев на корточки возле разъяренного приятеля, беззаботно проговорила:

-- Рене я не боюсь. И если он решил, что может запугать дешевым шантажом, то, выходит, плохо меня знает. -- Глянув на часы, прикинула, сколько времени понадобится на дорогу до вокзала, и, не разводя сантименты, деловито продолжила: -- В общем так, малыш, слушай меня внимательно. Артефакт я, как ты, наверное, уже догадался, тебе не отдам. Стоуна такой поворот событий, полагаю, не обрадует, но посоветуй ему не рыпаться и не терять зря времени на поиски украшения. Это в его же интересах. Не он один владеет полезной информацией. У меня тоже имеется на него компромат. Поверь, за годы нашего тесного сотрудничества я успела узнать о нем и его темных делишках массу преинтереснейших фактов. Совет будет на седьмом небе от счастья их получить.

Поэтому! Если меня начнут искать, вся информация тут же окажется на столе у начальника Бюро. Если Стоун попытается изменить прошлое, дабы таким образом добраться до медальона, финал будет тот же. Так ему и передай. Да, и еще! Если со мной что-нибудь случится...

-- Инфа попадет к твоему шефу, -- вяло промямлил рыжий.

-- Молодец! Соображаешь, -- ласково потрепала парнишку за щеку.

-- Откуда мне знать, что это не блеф?! -- дернулся пленник, стараясь избавиться от моих нежных прикосновений.

-- Обижаешь, -- прикинулась огорченной. -- Разве я когда-нибудь тебя обманывала?

-- Всегда!

Изобразив оскорбленный вид, поднялась с колен и сунула под нос рыжему раскрытую папку. У парня чуть глаза не повылазили из орбит, когда он прочел первые строки.

-- И здесь лишь малая толика того, что мне известно о Рене Стоуне. Оставляю ее вам, почитаете с шефом на досуге. Я девушка предусмотрительная и запасливая. Не поленилась сделать несколько экземпляров.

Для пущего эффекта продемонстрировала Джессу артефакт, который так жаждал заполучит его хозяин, затем повесила медальон обратно на шею, запихнув за высокий ворот платья. Рыжий аж рот раскрыл от возмущения, чем я и воспользовалась, сунув туда скомканные подвязки. Натянула перчатки, послала Джессу, пунцовому от гнева и что-то невнятно блеющему, прощальный поцелуй и, бросив напоследок:

-- Не обижайся, приятель, ничего личного, -- вышла за дверь.

Внизу моего пленника поджидали два шкафоподобных дегенерата. Зато черный ход оказался свободен, и я беспрепятственно покинула бордель, а оттуда сразу махнула на вокзал. Нэтти с моим багажом должна была быть уже там.

Назад пути не было. Все мосты сожжены.

Девин

Слуга доложил о визите гостя. С трудом мне удалось спровадить заботливую маменьку за дверь. Та надеялась услышать историю Браза из первых уст и ни в какую не желала уходить. Пришлось сослаться на чрезвычайную секретность.

-- Неплохо выглядишь, -- усевшись в кресло возле кровати, отметил Ник.

-- Если не считать сломанных ребер, вывихнутой челюсти и кучи синяков, -- улыбнулся я. -- А вообще да, быстро поправляюсь. И все благодаря заботам любимой родительницы. Продолжи она и дальше торчать в моей спальне, мой отпуск закончился бы сегодня.

Николас подавил смешок и свернул разговор об альвессе.

-- Девин, я рад, что ты жив. Хотя в первый момент, когда тебя увидел, появилось желание настучать тебе по башке.

-- Еще успеешь. Дай сначала оправиться.

Я попросил рассказать, как обстоят дела в Бюро. От друга узнал историю Софии и Браза, о приговоре, вынесенном ему и его сообщнику-альву, о том, что рано поутру казнь была приведена в исполнение.

-- Жаль, не увидел, какого цвета душа у этого негодяя. Наверное, чернее сажи.

-- Главное, преступник получил по заслугам, а тебя оправдали. Жизнь постепенно налаживается, -- оптимистично заключил Росс и как бы между прочим добавил: -- Утром виделся с Алексис.

-- Счастливчик! -- саркастически хмыкнул я.

Думал, Брук будет первая, кто придет меня навестить. И, как обычно, ошибся. Хотя еще вчера она из кожи вон лезла, пытаясь защитить меня перед Блейком, демонстрировала заботу и участие. Наверное, никогда не научусь понимать эту женщину!

Николас почему-то скис.

-- Она тебе так и не написала?

-- Не написала о чем?

-- Алексис взяла бессрочный отпуск. Сегодня она уезжает.

Меня так и подбросило с кровати. Поморщился, ощутив острую боль в груди. Проклятые переломы!

-- Куда?!

-- Не в курсе, -- неохотно отозвался Ник. -- У нее вроде поезд в четыре.

Я решительно скинул одеяло.

-- Нет, Девин, это плохая идея! -- попытался вразумить меня приятель. -- Врач прописал постельный режим.

-- К черту врача и твои советы, -- не размениваясь на нежности, огрызнулся я.

Игнорируя зудение друга, кое-как собрался. Часы на каминной полке отбили три удара. Еще могу успеть.

В коридоре к ворчащему Нику присоединилась охающая мать. Даже Хэтч осмелился что-то вякнуть. Прикрикнув на спевшуюся троицу, велел подать экипаж. Но Маделин, отличающаяся редким упрямством, загородила мне дорогу и, уперев руки в боки, пафосно заявила:

-- Только через мой труп!

-- Ну, матушка, трупов уже в избытке. -- Я легко подвинул хрупкую альвессу, спустился на первый этаж и, столкнувшись с жующим сэндвич Сетом, сказал: -- Шевелись. Едем на вокзал.

Кучер проглотил остатки позднего ленча и, не задавая лишних вопросов, поспешил на улицу под низвергающийся дождевой водопад. Из холла доносились причитания матери, перемежающиеся с несмелыми попытками Николаса ее успокоить.

Экипаж на предельной скорости несся по шумной столице, разрывая холодный пьянящий воздух. Сет подстегивал лошадей, вклиниваясь своими криками в многоголосье стихии. На вокзале царила привычная суета. Я стоял, обтекаемый ни на миг не останавливающимся людским потоком, оглядывался, пытаясь увидеть ее. От мелькающих повсюду лиц рябило в глазах. Зажмурился, стараясь справиться со слабостью. Приказал себе не раскисать и ринулся на перрон, увлекаемый галдящей толпой. Кто-то с силой пихнул меня в бок, и я чуть не потерял равновесие.

Снаружи плескался сумрак, разбавляемый лишь отблесками газовых фонарей. Крупные капли барабанили по навесам, взрываясь множеством ледяных брызг, пузырились на платформе, хлестали по крыше Миствильского экспресса, словно подгоняя поезд скорее трогаться в путь. Алексис стояла под зонтом, нисколько не страшась осеннего ненастья, и равнодушно следила за действиями носильщика, затаскивающего ее саквояж в вагон. Вокзальные часы показывали без трех минут четыре.