Конь-призрак - Ричард Кнаак

— Мне хотелось показать тебе, на что я способен. Я неизмеримо сильней тебя. Хватит гнаться за смертью — за своей смертью, Темный Конь.

— Ты всего лишь подкрепил мою решимость не дать тебе ускользнуть.

— Твои усилия тщетны. Я могу запереть тебя в такое место, где Пустота покажется тебе раем. Я могу скатать тебя в крошечный шарик и бросить на дно океана, — почти умоляющим голосом говорил Сумрак, словно не желая дальнейшей битвы с бывшим товарищем. — Я могу все, что угодно, но в этом нет никакого смысла. Я хочу, чтобы мы забыли прошлые распри.

Темный Конь с пренебрежением встретил и угрозы, и слова примирения.

— Боюсь, нам будет нелегко забыть прошлые распри — ведь они стоили жизни слишком многим. Изгони меня — я выберусь обратно. Запри меня в темнице — всякая темница рано или поздно разрушится, а я бессмертен. Уничтожь меня… и ты погубишь самого себя, — жеребец ударил копытом об пол, — и останешься беспомощен перед проклятием, которое сам на себя навлек.

Волшебник насторожился. Все же он не был до конца уверен в успехе.

Видел ли Сумрак свое лицо?

— Я свободен от прошлого. Я обрел цельность. — Статуя, стоящая ближе всего к волшебнику, упала и раскололась. В мозгу Темного Коня раздался резкий крик — то, что было замуровано в статуе, погибло. Пол в пещере покрылся трещинами.

Темный Конь понял, что происходит, но сомневался, что это понятно Сумраку.

— Послушай…

Но было поздно. Все надежды на мирное соглашение рухнули, и виноваты в этом были они оба.

Сумрак в растерянности и недоумении решил, что Темный Конь напал на него, а его слова — лишь уловка, чтобы выиграть время. Он почувствовал легкую грусть. «Как мог Темный Конь так поступить со мной!» Волшебнику и в голову не пришло, что причина в ином. Он вновь стал непоколебимым Сумраком. Он настоит на своем, даже если придется убить того, кто некогда был ему так близок.

Пространство вокруг Темного Коня начало сжиматься. Будь на его месте обыкновенная лошадь, ее бы уже раздавило в лепешку. Даже Бессмертный становился все меньше «меньше. Сумрак не бросал угроз на ветер. Если Темный Конь не устоит, Сумрак превратит его в крохотный комок и забросит туда, где его не найти никому. Или оставит на память у себя в пещере.

Темный Конь сопротивлялся изо всех сил, но чуть ли не половина его энергии уходила на то, чтобы поддержать едва теплившуюся в Эрини жизнь. Ему пришлось потрудиться, прежде чем он сумел освободиться из тисков Сумрака.

Но не успели развеяться остатки прежних заклинаний, как волшебник нанес следующий удар. В пространстве открылась дыра, в которую Темного Коня всасывало с чудовищной силой. Наконец он запечатал разрыв. Это длилось достаточно долго, и Темный Конь успел понять, куда Сумрак пытался отправить его.

В загнивающий мир, который враады когда-то называли своим домом. В Нимт. Теперь ему осталось последнее средство — коварное и безжалостное. Он не хотел применять его, но Сумрак не оставил выбора.

Все случилось именно так, как представлял Темный Конь. Сумрак, ощутив, как между ними возникло препятствие, ударил по нему что было сил. Преграда разлетелась на десятки блестящих осколков, тут же увеличившихся в размерах, и Сумрак не мог не взглянуть на них. Наблюдавшего за этим Темного Коня передернуло.

Сумрак замер, глядя, как мимо него вновь и вновь проплывает его расплывчатое лицо. Зеркала заполнили всю пещеру, и в каждом отражалось то, чего он видеть не желал.

Его истинный образ.

Сумрак закричал, и крик его не смолк, даже когда вырвавшаяся из него сила расплавила зеркала, как снежинки, залетевшие в бушующее пламя. Необузданная сила придавила к земле Темного Коня, и он с трудом удержал связь с Эрини. Ему хватало сил лишь на то, чтобы не дать ей растаять в воздухе клочком тумана. Оставшейся силы едва хватало, чтобы выдержать последний, самый свирепый натиск.

— Не-е-ет!!! — выл Сумрак, царапая лицо ногтями, в тщетных попытках восстановить невосстановимое.

С потолка срывались глыбы, не задевая волшебника — его защита по-прежнему была сильна.

Он не может удержать в себе силу, и она разрушает его самого! Самое худшее, что могло случиться! Колдовство враадов разрушило уже один мир. Оно сокрушает законы природы вместо того, чтобы действовать в согласии с ними. По сравнению с волшебством Драконьего царства колдовство враадов свершается почти незаметно, и чем чаще оно употребляется, тем больший хаос создает.

Волшебник упал на колени и уставился в землю, не обращая внимания на порождаемые им разрушения.

Похоже, сила прежнего проклятия только умножилась!

— Сумрак! — крикнул Темный Конь, заглушая грохот падающих глыб. — Послушай меня! Ты должен понять, что за хаос ты выпустил в этот мир! Я помню, раньше ты хотел покончить с этим! Если ты прислушаешься к моим…

Волшебник поднял голову. В его движениях сквозило безумие. Он слышал голос, но смысл слов Темного Коня не доходил до него. Во взгляде Сумрака разгоралась ярость. Он больше не мог отличить факты от домыслов.

— Ты! — Охваченный яростью Сумрак вскочил на ноги. Его измученный рассудок метался из стороны в сторону, стремясь уцепиться хоть за что-нибудь. — Зачем ты это сделал со мной?

Большего абсурда Темному Коню не доводилось слышать. Сумрак не смог признаться себе, что его грандиозное волшебство опять не удалось, что он не избавился от давнего проклятия. Для того, чтобы сохранить последние капли рассудка, ему нужно было хоть на ком-нибудь отыграться.

« То, что он обрушит на меня, способно стереть с земли целые континенты, — понял Темный Конь. — Мы сейчас в Тиберийских Горах, так что удар может прийтись по Талаку!» Король-Дракон захватит королевство Меликарда, и оно уйдет под землю или попросту исчезнет!

Эта картина пронеслась в сознании Темного Коня, и он исчез…

И появился в забытом людьми пустынном краю — в Северных Пустошах.

Вслед за ним возник Сумрак. Он словно знал, куда улизнет его противник. Несмотря на пронзительный ветер, плащ окутывал его плотно, как саван.

Темный Конь когда-то гадал, как будет выглядеть его смерть. Теперь он это знал. От Сумрака не спастись. Волшебник будет преследовать его повсюду, уничтожая все, что попадется ему на пути. Пускай уж его удар обрушится здесь — по меньшей мере, Драконье царство может уцелеть, обреченно решил Темный Конь. Оставалось только надеяться, что измученный волшебник сможет выплеснуть все сумасшествие за один раз.

— В память о нашей прошлой дружбе, — заговорила призрачная фигура, и эти тихие слова были страшней всяких угроз, — я хотел оставить тебя в покое. Я так этого хотел… А ты так поступил со мной! Теперь мне осталось только…