Броненосцы победы. Топи их всех! - Вячеслав Коротин

К тому же "Адзума" давно и безрезультатно нащупывавший дистанцию до русского крейсера, добился наконец сразу нескольких попаданий. Замолчала носовая башня "Баяна", а от близкого взрыва попадали все, находившиеся в его броневой рубке.

— Мехи! Немедленно доклад о повреждениях! — заорал в переговорную трубу Иванов вскочив на ноги. — Право руль!

Обратный доклад был совсем неутешительным:

Не везёт так не везёт! Практически одновременно с попаданиями в "Баян", "Такасаго" прошёлся своими несколькими оставшимися скорострелками по корпусу и палубе "Богатыря", что за несколько минут ополовинил его огневую мощь… А тут ещё и…

— Мина с правого борта! — истошно заорал сигнальщик и командир "Богатыря".

Стемман сдержано выматерился и немедленно скомандовал "лево на борт!".

— Ещё одна… Две! С правого крамбола! — не унимался сигнальщик.

— Дьявол! Машина! — заорал каперанг в переговорную трубу. — Левая стоп, правая самый полный!

Действительно "Тацута" и "Адзума" не сговариваясь одновременно разрядили свои минные аппараты в "Богатыря", который опасно сблизился с ними. Хоть стрельба с десяти кабельтовых обещала мало шансов на успех японским минёрам, но отвернуть с курса русский крейсер они заставили.

А вообще-то не просто отвернуть. Пытаясь принять кормой одну пару мин "Богатырь" неизбежно подставлял борт другой паре. И если прицел был взят точно, то русскому крейсеру из пролива не уйти…

Все замерли в ожидании результатов атаки и смотрели как неумолимо приближаются пенные следы японских мин. Одна из них попала в бурлящую за винтами "Богатыря" воду, сбилась с курса и пропала за кормой. Три остальных прошли мимо. В рубке флагмана Ухтомского все облегчённо перекрестились.

— Опередили нас макаки! А ведь как хорошо мы по "Микасе" уже примерились! — с сожалением вздохнул Ухтомский.

— Не гневите Господа, Павел Петрович! — недовольно отозвался Стемман. — Счастье, что сами сейчас вывернулись. Ещё чуть-чуть и кормить нам местную подводную фауну.

А Тóго "шлёпнул очередным козырем по игровому столу": с севера на русских ринулась армада эсминцев. К месту боя подходила тройка пожилых русских броненосцев, которые теперь стали самыми сильными кораблями в Японском море ибо практически не были повреждены за время сражения – не стреляли по ним почти. И вот теперь, когда их новейшие собратья были избиты в хлам, эти старички могли "ходить гоголем" по волнам и уничтожать всё, что способны были догнать.

Именно их и хотел выбить японский командующий этой немыслимой минной атакой. Атаковать днём три неповреждённых броненосца истребителями было безумием. И русские совсем недавно продемонстрировали бесперспективность такой попытки: из восьми русских миноносцев выходивших в атаку боеспособными осталась ровно половина.

Но у японцев атаковали пятнадцать миноносцев. Больших миноносцев. Эсминцев, как их будут называть позже. К тому же два бронепалубных крейсера лидировали эту атаку, вызывая на себя огонь и угрожая вместе со своими "меньшими братьями" атаковать минами отряд Фелькерзама.

Русские прекрасно поняли опасность, угрожавшую их броненосцам, "Полтава", "Сисой Великий" и "Наварин" немедленно отвернули на восток и открыли бешеный огонь из всех калибров по приближавшимся японским истребителям. Четвёрка оставшихся в строю русских миноносцев выдвинулась прикрывать их отход. "Громобой", "Паллада" и даже "Олег", находившийся достаточно далеко от места атаки, загрохотали всеми оставшимися в строю орудиями, выстраивая огненную стену защиты.

А тут ещё, как в дешёвом американском вестерне… Кавалерия из-за холмов…

Все давно уже заметили приближающийся с запада дым, но что за корабль спешит присоединиться к сражению, было неясно ни русским, ни японцам. Теперь же стало очевидно, что это возвращается "Жемчуг".

Японцы хорошо помнили на что способны крейсера этого типа: несколько более слабый "Новик" под Порт-Артуром, в одиночку, разогнал как-то СЕМНАДЦАТЬ японских миноносцев.

Игнорировать присутствие такого корабля японцы, естественно, не могли. "Касаги" и "Читосе" отвернули ему напересечку и миноносцам пришлось атаковать без своих лидеров.

И плотный (хоть и недостаточно) огонь русских стал вносить свои коррективы в атаку: рвануло в носовой части "Фубуки" и он стал скатываться в циркуляцию, вывалился из строя "Ариаке" и, с дифферентом на корму с трудом пристроился в кильватер "Акацуки", которого до этого имел за кормой, сел носом "Харусаме", был выбит из строя "Араре"… Но грозная лавина миноносцев продолжала настигать отходящие броненосцы. Было понятно, что относительно молодые командиры японских истребителей не пощадят ни своих жизней, ни жизней своего экипажа, лишь бы хоть одна мина настигла хоть одного из троих…

Головному "Оборо" до заветной цели оставалось всего пятнадцать кабельтовых, а с трёх-пяти, можно уже стрелять минами (лучше с трёх, поскольку бить придётся вдогон, а значит и скорость сближения мин с кораблями будет меньше).

Но четвёрка русских миноносцев, подставив свои борта под японские снаряды, погасила первый порыв японцев и броненосцы Фелькерзама уже подтягивались под защиту своих крейсеров, а значит их минная атака уже почти не имела шансов на успех и капитан первого ранга Ядзима, командовавший японскими истребителями, приказал отвернуть к югу. На этот раз массированного удара минами русским удалось избежать…

А на юге разыгрывалась ситуация абсолютно "зеркальная":

Камимура со своими крейсерами всё-таки соединился с "Сикисимой" и "Асахи" и, для японцев, отходящие на север русские побитые броненосцы показались "лакомым кусочком", тем более, что воодушевлял предыдущий эпизод боя, когда два японских броненосца практически победили в бою с шестью русскими. Разделившись на два отряда ("Асама", начерно починившись, присоединился к броненосцам), они начали преследование противника. Неожиданно удачное попадание "Осляби", выбившее "Сикисиму" из сражения всерьёз и надолго, несколько спутало карты: "Асахи" сначала тоже послушно отвернул за передним мателотом, и только разобравшись в ситуации, лёг на прежний курс преследования.

Русские, напрягая все силы, пытались поскорее соединиться с отрядом тихоходов, которые хоть и потеряли значительную часть своей скорости, оставались всё ещё весьма грозными в боевом отношении кораблями. Японцы старались за оставшееся время максимально "покусать" концевые русские корабли. Небезуспешно. Здорово получил "Ослябя", горел "Пересвет", отмечались попадания и в "Победу". И хотя "Асама" с "Идзумо" тоже горели, ситуация была не в пользу русских.