Игра - Алина Распопова

– Ну и хорошо! Хоть отдохнём до следующего полигона! – обрадовался БаЛаБоЛ. – Нет оружия, нет и войны.

Ребята расположились на ледяных выступах рядом с ущельем. Здесь можно было не беспокоиться о том, что выстрелы мотов достанут их. Гораций давно уже запустил программу-шпион и знал, что у мотов, также, как и у них самих нет дальнострельных установок.

Холодало… На самом деле температура опустилась ниже всего на полградуса, но привыкшим к комфорту жителям Пространства этого было достаточно, чтобы почувствовать холод. В этих ледяных пещерах с их узорчатыми содами ребятам так захотелось теплоты, что ВИЧ разобрал огнемет и соорудил из него горелку. Теперь сидя вокруг неё кружком, ребята по очереди грели свои застывшие от мнимого мороза руки и потягивали остатки чудесного напитка доктора.

– А в Пространстве сейчас наверно вечер…, – задумчиво, как будто погружаясь в свои воспоминания, произнес БаЛаБоЛ.

– Да, самое время порубиться в «War Craft»…, – поддержал его Путч***.

– Клубы, дискотеки, музыка на каждом углу, море огней…, – продолжал БаЛаБоЛ.

– Ага, ага, ага, куча девчонок, – подхватил его Молоtок.

– Холодно… Слушай Путч, а почему у тебя в имени три снежинки?

– Это не снежинки, а следы от пуль! – возмущался Путч***.

– А меня М!А!Р!И!Ш!К!А_блонд дома сейчас ждёт, – мечтательно сказал Василий-Васильевич.

– Это новенькая что ли? – спросил у него Туф&Туф&Туй.

– Почему новенькая? – удивился Василий-Васильевич. – Мы уже почти месяц вместе.

– А мне по возвращении обещали подогнать новых вирутальщиц, – похвастался Лохище2147. – Последняя разработка. Всё умеют и всегда молчат.

– Ха, то же мне новая разработка, – фыркнул БаЛаБоЛ. – Новая, это когда всё умеют, в том числе и говорить то, что ты хочешь слышать. Интуитивно-предугадывающая активность – ИПА – вот что сейчас на пике моды. Вернемся, продам тебе парочку таких.

– А может я не люблю, когда девки говорят, – возражал Лохище2147, не желающий выглядеть в глазах друзей идиотом, хвастающимся старьём.

– Так в этом же вся фишка. Они угадывают…

Гораций уже не слушал. Он вспомнил о Миринде. В этом холоде, во время этой случайно выдавшейся передышки перед очередным боем он особенно остро почувствовал, как сильно ему её не хватает. Ему очень захотелось, чтобы она была рядом. В Пространстве был вечер, и организм Горация требовал привычного общения с женой.

– Гораций, какого… вы расселись, – раздался в динамике разъяренный голос Каволса. – Я вам… Я вас……., живо поднять всем свои… и бегом вниз.

Пространство не успевало фильтровать речь Каволса, и только после того, как голос его затих, выдало Горацию литературный перевод всего сказанного: «Командиру Горацию приказывается спуститься со своим взводом вниз и вступить в бой с мотами. В случае промедления, его отряд будет переведен на полигон с более тяжелыми условиями, где вероятность гибели всех бойцов взвода будет составлять 99 %, а не 58 %, как на текущем полигоне».

– Подъём! – скомандовал Гораций.

Ребята недоуменно посмотрели на него.

– Подъём, я сказал! Быстро всем вниз! – заорал Гораций.

Ребята удивленно переглянулись.

– Ты чего командир, – заговорил БаЛаБоЛ. – Мы же разобьемся, ты сам видел обрыв.

Гораций видел, Гораций знал, Гораций злился…

– За мной! – приказал он и приблизился к обрыву.

Посмотрев внимательнее вниз, он понял, что обрыв представляет собой не отвесную скалу, а скорее крутой склон горы. Расположенные на нём ледяные глыбы не давали возможности рассмотреть его полностью, но, выпустив вновь камеру, Гораций понял, что пройти между выступов можно. Стоя на краю обрыва, Гораций сделал шаг, тут же поскользнулся и покатился вниз.

– Да уж, не думал, что в бою мне это пригодиться, – сказал БаЛаБоЛ, доставая из кармана доску для слалома. – Забыл из кармана выложить перед боем, – пояснил он, поймав на себе удивленные взгляды друзей.

Видимо все остальные в бой взяли только оружие, поэтому вниз последовали тем же способом, что и Гораций, БаЛаБоЛ же помчался вперед, умело огибая заснеженные уступы и ямы.

Проехав на животе почти полкилометра, напоровшись на пару глыб, со звоном разбив несколько попавшихся на пути сосулек, порвав одежду, потеряв по дороге автомат и умудрившись на ходу достать из кармана новый, Гораций, набрав скорость, приближался к мотам. Через бурю поднятых им же самим осколков льда и снежной пыли, Гораций не видел, что твориться вокруг, моты же с удивлением смотрели на несущуюся прямо на них лавину. Пролетев сквозь толпу изумленных мотов, Гораций остановился. Враги не успели опомниться, как Гораций открыл по ним огонь, а через пару секунд рядом с ним уже стоял БаЛаБоЛ. Скоро уже и остальные ребята палили по растерянным мотам. Те, видно увидев, как алливийцы мирно расселись в начале боя у костра, давно перестали наблюдать за отрядом Горация, и, не ожидая никакой угрозы сверху, ждали очередного переброса. Не давая мотам придти в себя, друзья добивали их. Они остановились только тогда, когда лёд стал красным от крови, а все моты были уничтожены. Глядя на их безжизненные тела, Гораций опустил оружие.

Ко всеобщему удивлению, этот бой оказался невероятно удачным. Только один Лохище2147, напоровшись при спуске на ледяной шип, лишился одной жизни, все же остальные остались совершенно невредимыми.

– Ну кто бы мог подумать, – разводил руками БаЛаБоЛ, прохаживаясь между телами мотов. – Слышь, командир, что говорю. Вот уж никто не ожидал, что мы так удачно в этот раз повоюем. Ведь вообще не хотели спускаться. Ты, молодец! Мы ведь специально сначала там наверху посидели?

Гораций промолчал. Он уже получил сообщение об очередном перебросе. Времени оставалось немного.

А в это время бой бушевал уже на всех уровнях. Полетели головы первых стратегов. Из всего военного состава, они всегда умирали последними. Смерть капитана наступала только с гибелью последнего бойца его роты, подполковника – своего полка, генерал погибал вместе со своей армией. Только Вершители, развернувшие войну, не умирали никогда. Они не отдавали приказаний, не разрабатывали стратегий, не участвовали в сражениях, они наблюдали за всем происходящим и делали то, что им было нужно…

– Приготовить оружие! – скомандовал Гораций своим солдатам.

Те, моментально собравшись, достав автоматы, выстроились в шеренгу. Ребята были готовы принять новый бой.

Переброс произошел быстро. Темнота, потряхивание, толчок, и перед глазами ребят развернулся обычный городской пейзаж. Гораций удивился. Видно Каволс, сжалившись над его отрядом, отправил его в столь хорошо знакомое по прочим играм место. Сегодня оно называлось «Городская пустошь». В разных играх оно именовалось по-своему, но выглядело всегда одинаково – безлюдные городские кварталы, безликие здания, заброшенные многоэтажные дома с обшарпанными клетками квартир, запах асфальта, грязные улицы, легкий ветерок, прибивающий к ногам мусор и обрывки газет, в каждом из которых – сообщение о произошедшей здесь катастрофе. Всё так и есть. Гораций поднял чистенький лист газеты с кучи мусора. Радиация… Жителей этого мегаполиса Создатели уничтожили радиационным выбросом. Такая ситуация была ему хорошо знакома. Гораций, не медля ни минуты надел радиационную защиту. Защита показалась ему необычно тяжелой, однако без неё находиться в этом месте было невозможно, счетчик Гейгера отчаянно защелкал. Гораций уже понял, что бой состоится прямо на городских улицах. По всем правилам жанра неподалеку должны были находиться пустынные цеха завода, куда плавно должна была бы перетечь игра. Гораций открыл карту… Так и есть. Завод находился в нескольких кварталах оттого места, куда выбросило его взвод. Ребята Горация были готовы к бою, мотов же пока не было. Их выброс, видимо, задерживался, и Гораций не замедлил воспользоваться таким преимуществом.