Месть - Джек Вэнс

Герсен, которому уже не терпелось снова перейти к активным действиям, рывком поднялся из-за стола. Пересек комнату, чуть приоткрыл дверь, глянул направо, глянул налево - коридор был пуст. Глэдхорн-Роуд, согласно плану города, упиралась в Аллею, а затем постепенно поворачивала на северо-восток.

Как только Герсен вышел из "Скоун-Тауэра", какое-то такси подкатило прямо к бордюру и остановилось, как бы само предлагая услуги, будучи хорошо осведомленным о привычках Герсена. Герсен пошел пешком по Аллее и вскоре глянул через плечо. Такси, старое и вполне заурядное, единственным отличием которого была выцветшая белая полоса на заднем крыле чуть ниже кабины водителя, отъехало от бордюра, влилось в поток машин и вскоре исчезло из вида. Водителем его был коренастый мужчина с плоским лицом неопределенного возраста и непонятного расового происхождения.

Герсен выполнил целый ряд тщательно продуманных маневров, чтобы сбить с толку любые отслеживающие устройства, которые могли быть к нему прикреплены. На Глэдхорн-Роуд он зашел в магазин готовой одежды и приобрел серые брюки из саржи, светло-голубую рубаху, коричневую куртку с поясом и черный матерчатый берет, и все это тут же на себя надел. Оставив прежнюю свою одежду в магазине, он вышел на улицу в повседневном наряде мастерового.

Сворачивая мало-помалу на восток, Глэдхорн-Роуд шла мимо небольших магазинчиков и таких разношерстных заведений, как меблированные комнаты, таверны, рестораны, антикварные лавчонки, аптеки, парикмахерские, нотариальные конторы, юридические консультации. Уже на самой окраине города Герсен наконец наткнулся на промплощадку корпорации Джаркоу, где фирма содержала свое оборудование: транспортеры, роторные сварочные автоматы для монтажа трубопроводов, портальные краны, передвижные буровые вышки, пневмопробойники, транспортные платформы, несколько передвижных подъемных кранов. Вдоль одного из заборов выстроился ряд небольших зданий. Вывеска на одном из них гласила: "Контора по найму". Поперек дверей объявление: "Сегодня приема нет". Чуть дальше виднелось здание центральной бухгалтерии, склады инструмента и наконец небольшая взлетно-посадочная площадка, на территории которой стояли на приколе несколько видавших виды ракет для перевозки рабочей силы и мощный грузовоз.

Не придумав какого-либо иного предлога, Герсен прошел в контору по найму. За стойкой сидел пожилой мужчина с темно-коричневым лицом, изборожденным шрамами.

- Я вас слушаю.

- Я прочел надпись на двери, - начал Герсен, - и решил поинтересоваться, означает ли это, что завтра сюда тоже бесполезно заходить?

- Скорее всего, именно так, - ответил клерк. - Мы сейчас заканчиваем одну очень большую работу и что-то не видно новых заявок на рабсилу от производственных участков. А если честно - то мы уже рассчитали большую часть своего персонала.

- А что это за работа, которую вы только что завершили?

- Широкомасштабные изыскательские работы на Шанитре.

- И что-нибудь там нашли?

- Приятель, что бы они там ни нашли, я - последний, кому что-нибудь скажут.

Герсен развернулся и снова побрел по улице. На противоположной стороне его внимание привлекло полуразвалившееся строение, украшенное очень странными молниями черного и белого цвета на фоне темно-красных кирпичей. На самом верху крыши красовалась огромная эмблема, такая же безвкусная и обшарпанная, как и само строение: полумесяц с обнаженной девушкой, расположившейся, согнувшись в три погибели, в углублении между рогами полумесяца. В высоко поднятой руке она держала бокал с бледной жидкостью, из которого во все стороны расходились электрические искры, образуя вокруг полумесяца надпись:

ТАВЕРНА ЗВЕЗДОПРОХОДЦЕВ

Герсен пересек улицу. По мере приближения к таверне все громче в его ушах звучала ласкающая слух музыка, исполняемая с огромным подъемом и отменной аранжировкой. За время своих скитаний по Ойкумене Герсен посетил немало точно таких же таверн, где стал очевидцем множества странных происшествий и наслушался не меньшего количества еще более странных историй, далеко не все из которых были явными небылицами.

Внутри таверна представляла из себя вытянутое в длину помещение с низким потолком, насквозь пропахшее пивом. В дальнем конце его на синтезаторе играла пожилая женщина с продолговатым, будто вырубленным топором лицом, выступающими скулами и резко очерченным носом, в черном платье в блестках, с тонированной белилами кожей и пышной прической синего цвета. В другом конце размещался бар - цельная прямоугольная глыба окаменелой древесины. За деревянными столиками, заполнявшими пространство между баром и синтезатором, сидело довольно много мужчин и несколько женщин. За отдельным столиком в самом дальнем углу сидел массивный дарсаец, погрузившийся в унылое раздумье над огромной кружкой крепкого светлого пива.

Герсен подошел к бару. На стеллаже сзади красовалась целая коллекция пивных кружек самой различной формы с бросающимися в глаза эмблемами, выдавленными или отгравированными на боковых поверхностях. Многие из них были Герсену хорошо знакомы: "Край неба" и "Верный друг" с Альфанора, "Причастие" и "Выдержанное под землей" с Копаса, "Смэйдовское Особое" с Планеты Смэйда, "Басе", "Хинано", "Таскер" и "Анкор Стим" с Земли, "Столовое Особое" с Дердиры, "Эдельфримпшен" с Богардуса. Герсен почувствовал себя в окружении старых друзей. Однако здесь, повинуясь духу времени и места, он заказал бутылку пива местного приготовления "Белое Хэнгри", которое оказалось в высшей степени приятным на вкус.

Обернувшись, он обвел взглядом помещение. За вытянутым столом сидела большая группа мужчин. Судя по доносившимся обрывкам разговора, все они были работниками "Джаркоу Инжиниринг". Они уже выпили немало пива и говорили громко и с предельной откровенностью, высказывая свое мнение без обиняков.

- ...сказал Мотри, что если он хочет, чтоб я снова сел на душегубку, то пусть велит возвратить мне назад мой скафандр и еще установит какой-нибудь щиток от пыли. Он пообещал, и вот я целый месяц вкалывал на этой штуковине и заработал коросту, опухоль в носу и все такое прочее, а потом обнаружил, что Мотри мой скафандр отдал старику Туайдлендеру, который работает на вспомогательном комбайне со всего лишь тремя раструбами не более двух часов в день и никогда даже пальчиков не замарает.

- Мотри - мужик капризный. Нужно еще знать, как к нему подъехать.

- Что ж, больше я уже не работаю у Джаркоу и при случае объясню Мотри что к чему.

- Он еще и сейчас там, - говоривший поднял палец вверх. - С главным механиком.

- Как по мне - так пусть они перегрызут себе там глотку. Жалеть ни об одном из них не буду. Герсен присел к столу.