Сон в красном тереме. Том 2 - Цао Сюэцинь

поэтому ее брат и носит фамилию Пань. Это тот самый Пань Ю-ань, который недавно сбежал.

– Ну вот и хорошо, – улыбнулась Фын-цзе. – Сейчас я тебе прочту, что здесь написано.

Она прочла письмо вслух. От страха все растерялись.

Таким образом, жена Ван Шань-бао, которая взялась вскрыть проступки служанок, неожиданно поймала собственную внучку. Это смутило и рассердило ее.

Жена Чжоу Жуя и три других женщины, слушая Фын-цзе, даже высунули языки от удивления и укоризненно качали головой.

– Ты слышала, тетушка? – воскликнула жена Чжоу Жуя. – Разговаривать больше не о чем, все ясно. Что ты скажешь?

Жена Ван Шань-бао не знала, куда деваться от стыда. Пристально глядя на нее и посмеиваясь, Фын-цзе говорила жене Чжоу Жуя:

– Вот здорово! Матери незачем было стараться, девчонка сама нашла себе жениха.

Жена Чжоу Жуя тоже ехидно улыбалась. Жене Ван Шань-бао не на ком было сорвать свой гнев, ей ничего не оставалось, как бить себя по щекам и приговаривать:

– Старая дура! И за что такой позор на мою голову? Быстро же меня постигло возмездие!

Женщины едва сдерживали смех. Некоторые служанки в душе злорадствовали, другие сочувствовали жене Ван Шань-бао.

Заметив, что Сы-ци стоит молча, опустив голову, не испытывая ни страха, ни смущения, Фын-цзе удивилась. Но так как было уже поздно, она не стала допрашивать девушку и только приказала двум женщинам сторожить ее, опасаясь, как бы та ночью не покончила с собой. Затем, захватив с собой все вещественные доказательства вины девушки, Фын-цзе отправилась отдыхать, намереваясь на следующий день снова заняться этим делом.

Но случилось так, что ночью у нее началось сильное кровотечение, на следующий день она чувствовала себя совершенно больной и наконец, не выдержав, пригласила врача. Исследовав ее пульс, врач выписал рецепт и предупредил ее, что нужно беречь себя. Мамки побежали с рецептом к госпоже Ван, та очень расстроилась. Таким образом, история с Сы-ци временно отодвинулась на задний план.

В этот день госпожа Ю навестила Фын-цзе, посидела у нее немного и решила отправиться к Ли Вань. Неожиданно вошла служанка и пригласила госпожу Ю к Си-чунь. Когда госпожа Ю пришла, Си-чунь рассказала ей, что произошло накануне вечером, и приказала принести вещи Жу-хуа.

– Все это Цзя Чжэнь действительно подарил ее старшему брату, – осмотрев вещи, подтвердила госпожа Ю. – Только не следовало приносить эти вещи сюда, а то «дарованное превратилось в ворованное». – Дура ты! – обозвала она затем Жу-хуа.

– Вы распустили девчонок, а теперь ругаете их, – заметила Си-чунь. – Как мне смотреть в глаза сестрам, если мои служанки оказались опозоренными? Еще вчера вечером я просила Фын-цзе забрать Жу-хуа от меня, но она не захотела. Хорошо, что вы пришли – скорее заберите ее! Можете ее поколотить, убить или продать – мне все равно!

Жу-хуа упала на колени и, горько плача, умоляла о пощаде. Госпожа Ю и кормилица принялись уговаривать Си-чунь смилостивиться.

– Она сделала глупость, но больше не посмеет. Прости ее – ведь она тебе прислуживает с самого детства.

Си-чунь, несмотря на свою молодость, оказалась чрезвычайно упрямой. Стиснув зубы, она на все уговоры только мотала головой:

– Я уже взрослая и не нуждаюсь в услугах Жу-хуа. К вам я тоже ходить не стану после такого позора! О вас и так ходят всякие слухи, – если я теперь приду к вам, на меня будут просто указывать пальцем.

– Кто осмеливается сплетничать? Какой повод есть для сплетен? – удивилась госпожа Ю. – Вспомни, кто ты такая! И мы кто такие! Если ты слышала, что о нас сплетничают, должна была наказать виновных.

– Хорошо, что вы сами об этом заговорили! – с усмешкой воскликнула Си-чунь. – Разумеется, я барышня из знатной семьи и мне надо держаться в стороне от всякой скверны. В кого же я превращусь, если стану копаться в этой грязи и выискивать виновных?! Древние говорили: «Добро и зло, жизнь и смерть – это такие явления, на которые не могут повлиять даже отношения, связывающие отца с сыном». Что уж говорить о нас с вами! Достаточно, если сможем уберечься сами. Если у вас что-нибудь случится, меня не впутывайте!

Госпожа Ю страшно разозлилась, хотя ей было смешно.

– Теперь я не удивляюсь, что все считают четвертую барышню глупой! – сказала она служанкам. – Раньше я этого не понимала. Но когда она начинает говорить необдуманно, можно прийти в ужас!

– Барышня молода, и вам, разумеется, приходится из-за нее терпеть, – отвечали ей служанки.

– Хотя я молода годами, но мои слова довольно стары! – усмехнулась Си-чунь. – Вы книг не читаете, вы неграмотные тупицы, а хотите уверить меня, будто я глупа!

– Ты у нас выдающийся ученый! – иронически заметила госпожа Ю. – Мы же люди глупые и ни в чем не разбираемся!

– Судя по вашим словам, вы действительно ни в чем не разбираетесь, – подтвердила Си-чунь. – Неужто среди ученых мало дураков? Дальше своего носа вы ничего не видите, где уж вам разбираться в чем-нибудь?! Если хотите узнать, что собой представляет человек, загляните в его душу!

– Изумительно, прекрасно! – с улыбкой воскликнула госпожа Ю. – Просто гениально! Тебе бы высокоправедным монахам читать проповеди о прозрении!

– Какое тут прозрение! – ответила Си-чунь. – Просто я вижу, что все вы ничем не отличаетесь от Жу-хуа и не заслуживаете, чтобы о вас говорили!

– А это доказывает, что ты холодна и бессердечна! – возразила госпожа Ю.

– Как тут не стать бессердечной? – спросила Си-чунь. – Я чиста и безупречна, а вы впутываете меня в свои грязные дела.

За госпожой Ю водились разные грешки, она всегда боялась сплетен. Когда она слышала, что о ней ходят толки, ей было стыдно, она сердилась, но в присутствии Си-чунь не подавала виду. Однако сейчас, когда Си-чунь завела с ней этот разговор, она не вытерпела и спросила:

– Кто тебя впутывает? Твоя служанка провинилась, а ты еще меня упрекаешь! Я долго терпела и не возражала тебе, так ты совсем язык распустила и наговорила невесть чего! Ты барышня благородная, и мы будем держаться от тебя подальше, чтобы не запятнать твою репутацию! Можешь сказать своим служанкам, чтобы они отвели Жу-хуа ко мне!

С этими словами госпожа Ю встала и собралась уходить.

– Вот и хорошо! А если вы еще перестанете ходить ко мне, будет только меньше сплетен и всяких происшествий! – бросила Си-чунь.

Слова ее еще больше рассердили госпожу Ю. Но так как с Си-чунь ругаться было неудобно, госпоже Ю пришлось стерпеть, и, ничего не отвечая, она вышла.

Если вы хотите узнать о дальнейших событиях, прочтите следующую главу.

Глава семьдесят пятая, повествующая о