Академия-2 - Наталья Викторовна Бутырская

обернулся и увидел, что охранник лежит на земле и содрогается всем телом. Почти всем, так как его ноги до колена лежали в стороне, срезанные невидимым лезвием. Живорез схватил сыскаря за рукав и насильно потащил его за собой, впрочем, Жоу быстро пришел в себя, прокрутил в голове — «Я ничего не могу сделать. Он все равно умрет» раз десять и вырвал руку из мертвой хватки воина.

Когда они добрались до цветущих кустов, Живорез взмахнул мечом и взбил целое облако пыльцы, которое зависло на месте. Сыскарь со всего размаху влетел в него, едва успев задержать дыхание. Короткий бросок, и они добрались до лупоглазов и второго охранника.

Бешеная пробежка по дороге. Жоу вдруг понял, что наемник ведет их в сторону деревни Три Столба и заорал:

- Стой! Нам нельзя обратно. Надо убраться с дороги.

Живорез резко свернул в лес, провел животных поглубже, но сначала отпустил лупоглаза, оставшегося без седока. Беглецы остановились на небольшой полянке, которую наемник прочесал вдоль и поперек, вырвав несколько растений и зачистив от мелких животных.

- Я не буду развешивать охранные амулеты, так как те ребята явно пользуются магическим зрением.

- Они так меня и заметили? — спросил Жоу, все еще переводя дух после столь быстрого побега.

- Скорее всего. Не стоило использовать заклинание, сидя на дереве.

- Я сделал это трижды.

- Тогда понятно, почему они так быстро сорвались после третьего раза. Одна-две вспышки на одном и том же месте еще могли быть случайностью, но третью они обязаны были проверить.

Сыскарь задумался.

- Неужели их караульные все время наблюдают таким образом? Секте уже триста лет. Откуда такая бдительность? — он говорил скорее самому себе, но Живорез, все еще проверяя полянку, ответил:

- Судя по размерам селения, их там не меньше пары сотен. За триста лет, да еще и при постоянном похищении девушек, их поселение находили не раз и не два. Думаю, что они убивали всех любопытных, кто набредал на них, неважно, случайно или нет.

- А если не могли убить, то меняли место. Их земля не держит, а скот весь беговой и тягловый. Теперь понятно, почему они часто переезжали.

- Если поедем напрямую, то доберемся до Киньяна за неделю.

В интересах нанимателя Жоу так и должен был поступить. Это бы сэкономило средства Шена и позволило бы ему отыскать секту по горячим следам. Но сыскарь колебался.

- Нет. Нужно избегать дорог. Я не хочу, чтобы кто-нибудь нас видел вплоть до Киньяна.

- Как скажете, — пожал плечами Живорез, — тут вполне оживленный тракт. Придется изрядно постараться, чтобы никому не попасться на глаза.

Сыскарь присел, уткнувшись носом в колени. Зинг Ян Би за такие ошибки учеников попросту выгонял. Жоу поступал как влюбленный идиот и прекрасно понимал это. Он думал о том, что если какие-нибудь торговцы увидят их и случайно расскажут о встрече в Трех Столбах, то Юйлань решит, что благородный господин выжил после встречи с лесными духами, и будет ждать его возвращения. Вероятность этого была незначительна, даже невероятна, но Жоу не хотел давать ни ей, ни себе ни капли надежды. Пусть она оплачет его гибель, пусть выйдет замуж или станет наложницей седовласого чиновника, хотя от этой мысли сыскарь невольно стискивал зубы до скрипа. Пусть она будет счастлива или хотя бы довольна.

На дереве, к которому прислонился Жоу, нежно запела невидимая птица. И от ее переливов у юноши перехватило дыхание. Пролетавший ветерок легонько мазнул по его щеке, он поднял голову и почувствовал, как взмывает в небо, погружается в его синеву, которую не способны отобразить человеческие руки ни на бумаге, ни на шелке. Вместо крыльев у него были птичьи трели, вместо тела — дыхание гор, вместо души — размытое облачко. Он таял, растворялся, размазывался по небу, ощущая единение со всем миром, а вместе с ним таяли и бесполезные переживания, волнения, любовь к девушке, страхи. Только безмятежность Небес. Только нерушимый покой. Тишина сплеталась с шелестом листьев и становилась еще плотнее, как мягкое одеяло она опутывала его бестелесное существо и погружала в синь. Все глубже и глубже. И, казалось, еще чуть-чуть, и он сможет ощутить весь мир внутри себя, познать законы Небес, которые были растворены в воздухе.

- Господин? Господин? — наемник грубо затеребил его за плечо. — Живорез, с ним что-то не то.

Вместо идеальной синевы неба перед глазами Жоу предстало лицо Живореза. Тот внимательно осмотрел его, понюхал и усмехнулся.

- Пыльца. Радужный ветерок попал на его одежду, и он вдохнул его. Там немного, скоро очнется. Все равно нам тут сидеть до завтрашнего дня.

Погоня

Жоу проснулся от щекочущего ноздри запаха жареного мяса. Живорез переворачивал кусочки на огненном камне, и капли жира вкусно шипели, стекая по краям. Сыскарь повернулся набок и пощупал ребра: всю ночь какой-то корень впивался ему в грудь и, казалось, промял кости. Вспомнил вчерашний вечер, размышления о небе, мире и тому подобном, сообразил, что причина в радужном ветерке. Затем осмотрел одежду и поднявшись, стряхнул остатки желтой пыльцы с ткани.

- Мы не едем в Киньян, — сказал он.

Живорез оторвался от готовки и глянул на нанимателя.

- Вы говорили, что мы поедем не напрямую, избегая дорог.

- Мое задание — выяснить, где находится та секта. Если из-за моей оплошности они решат переехать, то нужно узнать, куда именно.

- Господин, мы что, поедем за ними? — испуганно спросил охранник.

- Да. Если будем проезжать через город, найму еще одного человека.

- Хорошо бы не спугнуть их еще раз, — буркнул Живорез и разложил мясо по широким листьям. Жоу надеялся, что наемник разбирается в том, какие травы безопасны.

После завтрака Живорез отправился к сектантскому поселению один. «Чтобы не напугать их еще больше», — сказал он сыскарю, когда тот собрался было пойти за ним. Жоу опустился на прежнее место и снова вспомнил вчерашний день, но не секта всплывала у него в голове и даже не Юйлань, а те чувства, что он испытывал после вдыхания пыльцы. Спокойствие, безмятежность, цельность. Если бы его не отвлекли, не трогали хотя бы еще немного, он бы смог, ухватил бы то главное, ради чего вообще существует жизнь. Юноша с ненавистью глянул в сторону единственного наемника, оставшегося рядом с ним, увидел, что он тоже расстроен. Точно, ведь из-за глупости Жоу погиб человек. От этой мысли Жоу еще сильнее захотелось вернуться назад.