Арена - Дмитрий Воронин

– Дан, – вдруг подскочил как ужаленный Женька, – ты ведь сказал, что они отключили транспортную систему. А внутренняя, та, что вела в тренажерный зал и так далее… она работает?

– Не знаю, – удивленно ответил Лигов. – Надо проверить… скорее всего работает, ее использование почти ничего не стоит. А что?

– Есть идея! У нас был один прототип «Робокопа». Тот, который делался как модель. Он, конечно, не более чем имитация настоящей матрицы, послабее, и управляться с ним сложнее, но все равно он довольно крут. Мне понадобится пять минут… если система работает, если его никто не разобрал на запчасти. Хотя на кой черт Штерну разбирать или уничтожать боекостюм, стоит себе в углу, никого не трогает.

Перед мысленным взором Трошина пронеслись все те возможности, какие им мог бы предоставить полностью… да хотя бы и наполовину функциональный боевой костюм. Картина вырисовывалась заманчивая. И ради нее стоило рискнуть, временно отказавшись от одного бойца и сосредоточив усилия всех остальных на том, чтобы обеспечить ему необходимое время – тем более что преимущества, в случае удачи, почти наверняка обеспечили бы им победу в этом штурме.

– Пять минут, – задумчиво протянул Саша. – Пять минут, это немало… но мы попробуем. Дан, если транспортная система неактивна, у нас в запасе два часа, так? Ну что ж, бойцы, план будет таков. Первое…

Лестница была бетонной, поэтому она не горела. Но эффективность свою плазмомет доказал – пышущая жаром стена, деревянная отделка которой превратилась в золу, раскаленные ступени – и на них черное, обугленное «нечто», еще несколько секунд назад бывшее живым существом.

Похоже, людей в помещении «Арены» не было – вернее, в лагере оборонявшихся. Люди были по другую сторону баррикад и, несмотря на определенный успех в самом начале, теперь находились в ситуации, близкой к патовой. Все далатиане находились наверху, на втором-третьем этажах. Людям принадлежал нижний, но это владение мало чем могло помочь. Борис и Саша, попытавшиеся было двинуться вверх по лестнице, теперь зализывали раны. И если Трошин получил в основном удар по самолюбию – ему пришлось просто уносить ноги, забыв имидж несокрушимого и не испытывающего страха капитана, то Борьке повезло меньше. Хотя уже то, что плазменный заряд, выпущенный из чего-то, очень похожего на прихваченные с базы СПБ метатели, задел всего лишь плечо, можно было считать огромной удачей. Но Борис был выведен из строя полностью – правая рука от плеча до локтя представляла собой один сплошной ожог, мясо сгорело чуть ли не до кости. Белый костюм, прекрасно справлявшийся с ударами пуль, оказался неспособным вынести соприкосновение с потоком плазмы и превратился в угольно-черные хлопья, которые теперь перемешались с обугленной человеческой плотью. Первое, что сделал Лигов, увидев чудовищную рану, отключил сознание потерпевшего – иначе тот отрубился бы сам, просто от невозможности выносить такую боль.

Счет был равный, один-один. Два раза далатиане пытались спуститься по лестнице – один раз сами, во второй – пустили впереди робота. Это и впрямь оказался «Воин» – встреченный шквалом огня из пяти стволов, робот ретировался. То ли в нем были заложены какие-то инстинкты самосохранения, то ли просто таков был приказ. Далатиане тоже получили свою порцию свинца, но телам метаморфов, как обычно, дыры от пуль не нанесли критического урона, и сил на то, чтобы уползти обратно наверх, им хватило.

Пару раз биоробот пытался применить свои пси-излучатели прямо сквозь бетонные перекрытия здания, но то ли армированный бетон хорошо поглощал излучение, то ли расстояние было великовато, но ничего кроме легкой слабости и тошноты люди не почувствовали.

В общем, они не могли спуститься, а люди не могли подняться. Пат. Отведенные Малому пять минут истекли, и, если он не ошибся в расчетах, его появления можно было ожидать в любой момент.

– Лика, Макс, Мишка… берите Бориса и тащите его в реанимационку, Лика покажет. А то он, не дай бог, вообще окочурится. Лика, запустишь медблок в режим высшей срочности, он подлатает этого битюга за полчаса, максимум минут за сорок. Шрам останется, конечно, жуткий… но с ним потом можно будет разобраться. Мы пока будем держать оборону.

Позади них, в кладовке, раздался грохот, что-то упало, что-то рассыпалось. Потом послышались тяжелые шаги – с треском, чуть не слетая с петель, распахнулась дверь. На пороге стоял закованный в сталь великан – почти одного роста с Трошиным, он казался вдвое шире в плечах. Из встроенных динамиков гулко ударил слегка искаженный и отдающий металлом Женькин голос:

– Все целы? Командир, я готов к атаке.

– Чем ты богат?

– Силовая защита действует, электромагнитная защита действует. Плечевые лазеры отключены во избежание. Энергоресурс БК – семьдесят процентов. Боекомплект пистолета… сорок процентов.

– Всего?

– К сожалению. Синтезатор может наштамповать хоть вагон патронов, но ему нужно время. Но главное даже не во времени. Большая часть лаборатории блокирована, в том числе и синтезатор. Штерн постарался, не иначе.

– От черт… медблок-то хоть работает?

– Ни малейшего представления. Должен работать.

– Ну… с богом. Женька, главное, не увлекайся. У тебя одна задача – положить робота. Все остальное – по возможности. Понял?

– Все понял, капитан. Прикрывайте сзади.

«Робокоп» сделал шаг в сторону лестницы. В какой-то момент Саша даже испугался, что сейчас бетон не выдержит, и пролет просто-напросто обрушится под чудовищным весом БК, но лестница выдержала. Шаг, еще шаг… Сверху ударила струя пламени, вокруг брони заплясали огоньки.

– С-сука… – ругнулся Женька.

– Цел? – крикнул Трошин.

– Пока цел…

Чудовище, явно ошибочно именуемое пистолетом, зажатое в правом манипуляторе БК, выплюнуло длинную очередь. Грохот в замкнутом помещении стоял такой, что Лика от испуга выронила оружие и прижала ладони к ушам. Но тут же опомнилась и снова подхватила автомат.

– Один есть, – доложил Женька. – Дорога на второй этаж очищена. Вижу робота, атакую.

Снова загремели очереди – Малой не жалел патронов, прекрасно понимая, что закованный в броню «Воин» является самым серьезным противником и может при удаче уничтожить людей и в одиночку.

Саша рванулся вверх по лестнице, стараясь не думать о том, что лестница раскалена и что жар вполне может пройти сквозь толстые подошвы зимних ботинок, а заодно надеясь, что оказавшийся не таким уж и идеальным белый комбинезон сумеет защитить и от жара, и от осколков разрывных Женькиных пуль. Оставляя на бетоне черные следы плавленой резины, он в несколько секунд взлетел на второй этаж – как раз вовремя, чтобы всадить в упор длинную очередь в далатианина, намеревавшегося выпустить очередной плазменный заряд в спину занятого боем с «Воином» Евгения. Пули в очередной раз пробили плоть чужого – это было ему явно неприятно, но не смертельно, и вдребезги разнесли довольно изящное на вид устройство, похожее на короткоствольный автомат с массивным магазином. Из-за плеча Трошина ударила короткая вспышка огня, и далатианин вспыхнул, почти мгновенно превратившись в кучку углей.

Сашу передернуло от отвращения – ему надоело убивать, даже несмотря на то, что противная сторона, похоже, вознамерилась угробить его самого. Он понимал, что выхода нет… и все же…

А руки тем временем автоматически сменили магазин. Он обернулся – и как раз вовремя, чтобы увидеть конец дуэли БК «Робокоп» и биоробота класса «Хранитель» прототип «Воин».

Дан оказался прав – снова и снова. Лишенный возможности использовать лазеры, и имеющий броню, – в первую очередь на отражение лучевой атаки и рассчитанную, – колосс оказался почти беззащитным перед наступающим на него противником. Несмотря на свою массивность в боекостюме, Женька казался карликом рядом с биороботом. Тот был похож на осьминога, высотой почти два с половиной метра, он опирался на три толстых щупальца и мог, казалось, одинаково легко двигаться в любом направлении. Все тело, за исключением опорных щупальцев и еще трех, поменьше, покрывали кажущиеся на вид массивными пластины – непрерывный поток бронебойных пуль бил в эти пластины, высекая снопы искр, раскалывая их, все ближе пробираясь к внутренностям полуживой машины.

«Воин» отступал. Он едва помещался в слишком тесном для него коридоре, где был практически лишен возможности маневрировать. Одно из верхних щупальцев сжимало пушку, наподобие только что превращенной Трошиным в обломки. Из ствола этого экзотического оружия ударил плазменный заряд, заставив Женьку сделать шаг назад.

– Обезоружь его! – заорал Саша, стараясь перекричать раскалывающий голову грохот.

То ли Женька услышал, то ли наконец догадался сам, но его пистолет выплюнул очередную порцию свинца – и «Воин» лишился плазмомета.

– Давит… падла… – прохрипел Малой. – Голова…