Opus 2 - Евгения Сергеевна Сафонова

…хуже всего, что она думала о том же. Пусть Мирк на днях будет коронован, пусть Айрес Тибель (уже не тирин) содержится под неусыпным надзором стражи в одном из загородных поместий королевской семьи, пусть на руках её магические блокираторы, – Ева не верила, что всё закончилось. И не могла понять, откуда нужно ждать подвоха, отчего плохие предчувствия лишь больше отдавали паранойей.

– А, это ты, – голос гнома прозвучал скучающе, но мшистые глаза под рыжими кудрями недобро блеснули. – Если пришла просить, чтобы я снял чары с ножен, учти: за прошлый обман цену назначу двойную.

– Приветствую. – Ева на вытянутых руках протянула собеседнику рапиру. – Я пришла извиниться. И вернуть её.

В том, как гном смерил взглядом своё творение, явственно читалось презрение, и вовсе не к Люче.

– Стало быть, она тебе больше не нужна? – сухой яд в голосе не помешал маленьким пальцам незамедлительно вырвать оружие из Евиных ладоней. – Попользовалась, теперь и выбросить можно?

– Не выбросить. – Ева смотрела на зачехленный клинок с искренней грустью. – Я… испортила её. Она больше не приходит на мой зов. Не делает всё за меня. – Хоть в чём-то Мэт не обманул: драконье пламя и правда восстановило чары лишь частично. – Но я возвращаю её не поэтому. Просто… она ведь живая, верно? И мы с ней сделали всё, что от нас требовалось. Теперь она будет лежать без дела. Скучать. Я ведь даже из ножен её больше вынуть не могу. – Ева примирительно развела руками. – Вот и подумала, что ей лучше вернуться к вам, чтобы вы смогли её… вылечить.

Сказать «починить» в применении к Люче у неё язык не поворачивался. Даже не потому, что гному такое отношение к его детищу наверняка понравится больше – просто Ева и правда воспринимала рапиру живой.

– И… это вам, – прибавила она, доставая из сумки то, с чем прощаться ей было ещё грустнее. – Честная плата за вашу работу. Извините, что пыталась обмануть.

Гном уставился на предлагаемый ему планшет.

Выражение искреннего недоумения на его лице частично компенсировало Еве горечь грядущей утраты.

– Сначала жаль было честно расплатиться одной своей игрушкой, а теперь без нужды жертвуешь другую?

Ева кивнула.

Это решение далось ей даже тяжелее, чем расстаться с клинком, подарившим Мираклу корону. Но за последний месяц она стала немножко по-другому смотреть на многие вещи – и то, что при первой встрече с гномом казалось невыносимым лишением, сейчас выглядело простой справедливостью. Фото (Ева отфоткала напоследок всё – от Герберта и замка Рейолей до королевского дворца) всё равно лежат на карте памяти и док-станции. Как и музыка. И записи Динкиных концертов.

Если у них с Гербертом однажды снова появится время для совместного досуга, они найдут, чем заняться, кроме просмотра аниме.

– Игрушки – это просто игрушки. Есть вещи поважнее. – Ева настойчиво дёрнула планшетом, предлагая гному взять подношение. – Люче очень нам помогла. Чтобы мы сделали всё как надо. И вы нам помогли.

Гном искристыми глазами изучил её лицо. Качнулся с носков на пятки и обратно, утопив мыски сапог в снежной пороше.

Снова посмотрев на рапиру, нехотя кивнул – точно отвечая на неслышные Еве слова, – и резко отвернулся.

– Жди здесь, – бросил он, скрываясь за дверью в Потусторонье.

Прижав планшет к груди, какое-то время растерянная Ева послушно топталась на месте, размышляя, что всё это значит.

– Да ничего особенного. Он просто пошёл посоветоваться с сородичами, какую из тысячи мучительных кар для злостных обманщиков лучше выбрать.

– Ты всё об одном, – отмахнулась Ева; демон уже даже не раздражал. Краем глаза увидела Герберта: тот выглядывал из-за храмовой стены, встревоженный её долгим отсутствием. Помахала ему рукой, давая знать, что всё в порядке.

Наверное, гном просто решил принести сломанный мобильник. Для обмена на работающий планшет. Действительно, зачем ему бесполезный кусок пластика, металла и микросхем… Но когда представитель маленького народа вернулся, вместо телефона он нёс всё те же ножны, из которых выглядывала знакомая светлая рукоять.

– Дарю, – вручая Еве клинок, коротко молвил гном. – Чары восстановлены. Ограничений на ножнах больше нет. Используй с умом.

Ева послушно взяла подарок, от замешательства не сразу сообразив, что произошло нечто из ряда вон выходящее. Воззрилась на рапиру: тёплая кожа, словно впитавшая солнце потустороннего мира, грела пальцы правой руки – левая всё ещё некрепко сжимала планшет.

Перевела ошалелый взгляд на дарителя:

– За что?..

– Скажем так, обманом меня уже не удивить, а вот чистосердечием – возможно. – Гном небрежно сунул руки в карманы камзола, точно отогревая их от зимней стужи. – Она ковалась для тебя. Вдали от хозяйки она заскучает больше, чем лёжа без дела рядом с ней.

Растроганная Ева даже не нашла слов. Просто смотрела на клинок, пока её не застал врасплох звук щёлкающего затвора.

– Портрет на память, – снисходительно пояснил гном, опустив до боли знакомый мобильник. Полюбовался картинкой на сенсорном экране; с будничностью того, кто имеет дело с подобной техникой всю свою жизнь, заблокировал смартфон и сунул в карман. – Вы с ней хорошо смотритесь.

Ева удержалась от желания попросить у него гаджет на пару дней. Исключительно для изучения магических методов починки: едва ли в мире гномов располагался аналог Савеловского рынка, где торговали сменными аккумуляторами.

– Так вы, – лишь робко уточнила она, – смогли его…

– Мы недаром считаемся лучшими мастерами всех миров. – Гном отступил к двери. – Удачи.

Миг, который он отворачивался к каменной арке, для Евы растянулся тянучкой мучительных колебаний.

– Неужели просто за то, что я проявила честность?

Вопрос полетел в бархатную спину обитателя Потусторонья, вынудив того замереть в шаге от бледнеющего прохода.

– Она и правда живая. Я не вправе её неволить. – Гном не смотрел на неё, но в словах Еве почудилось сочувствие. – Она привязалась к тебе. Она заинтересована в твоей безопасности. И она тебе ещё пригодится.

Дверь истаяла в пустоте, стоило гному исчезнуть в мареве за порогом. Оставив Еву наедине с зимним лесом, белёсым полумраком тихими шагами, хрустевшими по снегу в тишине.

– Странная щедрость, – прокомментировал Герберт, подойдя к ней.

– Ты всё слышал?

– Почти.

– И что думаешь?

Некромант посмотрел на следы, оставленные гномом на льдистой белизне.

– Думаю, что жизнь долгая, и волшебный клинок любому человеку в ней может ещё как пригодиться. – Приобняв её за плечи, Герберт повёл Еву назад, к ручью в низине и телепорту в столицу. – Не бери в голову.

Ева кивнула. Не хотела портить редкий вечер, что они могли провести вместе, страхами и домыслами. Но она достаточно хорошо знала Гербеуэрта тир Рейоля, чтобы