Река времен - Лана Чи

старался помочь. Когда же я прогнала его, просто сел у входа и начал разглядывать меня, словно энтомолог редкую животину. Это бесило, но исправить ситуацию было невозможно.

Мои мысли вернулись к знающему, который уже несколько мгновений стоял рядом со мной, тоже внимательно изучая. Я протянула ему свою правую руку со знаком Небесного охотника.

– Вот как, значит, слухи не врут, – проскрипел старикан. – Мы примем тебя, посвященная. Но прежде тебе стоит немного отдохнуть. А теперь покажи, чем ты лечила больных.

Лекарь оказался вполне искусным и даже захватил с собой несколько мазей и целебных настоев. Он даже умел шить раны, чем меня немало удивил. Я полагала, что это начали делать гораздо позднее. Руку Наиля зашили прогретым в кипятке конским волосом. Двух лошадей нападавшие убили, на третьей сбежал кто-то из моего отряда. Четвертую Асмаррарх и Гаруул выловили недалеко от стоянки, и теперь она паслась рядом с пещерой.

Пролетел еще один день, и царевич безапелляционно заявил, что завтра на рассвете отряду нужно уходить.

– Кайлас и Асан вчера видели на равнине дым. Завтра эти люди уже будут здесь, а уверенности в том, что они не желают нам мучительной смерти, никакой.

– Надо уходить, – подтвердил слова командира могучий Маршах, который во время отлучек царевича всегда оставался за старшего.

– И уходить лучше через верх, – мрачно добавил Кайлас. – Так труднее, но не попадем в засаду.

– А как вы предлагаете нести раненых? – не удержалась я, влезая в их разговор. – Сайнур только вчера встал, а у Асмата-ина еще жар.

– Как-нибудь справимся, – улыбнулся мне царевич. Как же я ненавижу все эти его улыбки, всю эту заботливость!

– Вы можете укрыться в храме Аннана. Любой воин, не совершивший преступного, будет принят там, – прокряхтел старикашка. – А заодно и меня домой вернете!

Воины рассмеялись и начали обсуждать, на ком лекарю будет удобнее ехать. Только я совершенно не представляла, как мы будем взбираться по отвесным кручам с тяжелораненым Асматом.

Уже в ночи, когда я привычно дежурила у ложа своего телохранителя, отсыпаясь днем в тени пещеры, ко мне подошел Асмаррах и тихо присел на корточки.

– Красавица, почему ты все время избегаешь меня? – вот так прямо спросил он самым нормальным человеческим тоном и глядя мне в глаза.

– Причины тебе прекрасно известны, уважаемый командир, – съязвила я и поднялась. Если я буду разговаривать с этим типом здесь, то непременно повышу голос и разбужу больных.

– Если ты до сих пор не можешь ничего понять, то я объясню, только давай отойдем немного подальше, – бросила я ему, отправляясь по знакомой тропке к ближайшему ручейку. Царевич последовал за мной. Только сейчас я заметила, что он сжимает в руках какой-то сверток.

– Что это у тебя? – поинтересовалась я, когда мы немного отошли.

– Интересно? – весело спросил меня он, зная, что его веселость меня однозначно бесит.

– Совершенно нет! – соврала я и принялась умываться ледяной водой, чтобы хоть немного успокоиться. Каждый раз, когда я чувствовала этот знакомый терпко-пряный запах, меня бросало в краску. Хорошо, что хоть ночью этого не видно!

– Я спрятал часть из твоих вещей, чтобы ты их не порвала на тряпки, – тихо пояснил царевич, встав за моей спиной. – Тебе нужно переодеться перед завтрашним походом.

– Намекаешь, что я грязна и оборвана, как нищенка?

– Вовсе нет, прекрасная! Для меня ты хороша любая, – его голос стал немного более тягучим и глубоким. Наверное, вспоминал, гад, как лапал меня за всякое! Я от злости выпрямилась.

– Просто эта одежда удобнее для перехода и защитит твою кожу от солнца.

Его руки легли мне на плечи, и он аккуратно развернул меня лицом к себе. В темноте я могла видеть только очертания его фигуры на фоне неба, но была уверена, что мужчина ласково улыбается. Он всегда так улыбался, когда думал, что я его не вижу.

– С чего вдруг столько заботы? – резко бросила я, но вырваться не пыталась, понимая, что избавиться от самирского царевича можно, только если вывести его из себя. Тогда он, боясь навредить мне сгоряча, отступал.

– Юилиммин, – снова произнес он мое имя. – И правда, звучит как колокольчик. Ну почему же ты такая упрямая, красавица? Ты обещала мне объяснить. Я жду.

Вокруг нас простиралась ночная тишина, нарушаемая лишь мерным звоном цикад. Сегодня, чтобы не привлекать внимания возможного противника, не стали разводить даже костра, а ущербная луна еще не выползла достаточно высоко, чтобы хоть что-нибудь осветить.

– Как же ты не понимаешь, глупый царевич, – начала я, передразнивая его манеру упрекать меня. – Все мои беды исключительно от того, что ты вмешиваешься в мою жизнь! Я обещана другому, как же ты не поймешь!

– Но ты же не любишь его, скажи, или я не прав? – чуть тряхнув меня за плечи осведомился мой несчастный воздыхатель. Было понятно, что это его сильно тревожит.

– Я не хочу тебе врать, я не люблю его, – грустно констатировала я, понимая, что не смогу его обмануть. Это надо было делать тогда, при второй встрече, но я была одурманена и не смогла бы ничего объяснить.

Мужчина облегченно вздохнул.

– Только дело совсем не в том, кого люблю я, Асмаррах-ани, – вздохнула я. – Я наследница Кареша, и этим все сказано. И у меня есть долг перед своей землей.

Царевич, мне показалось, разучился дышать. Обычно его ничем не проймешь, а сейчас словно окаменел.

– Ты наследница? – выдавил он спустя почти минуту.

– Ах да, – горько усмехнулась я, – кажется, я только что разболтала врагу стратегическую тайну!

Я закрыла руками лицо, не зная, что говорить дальше.

– Какой я болван! – очень самокритично заметил наследник самирского престола. – Это же все объясняет!

Он отпустил было мои плечи, но потом вдруг сгреб в охапку и прижал к себе. Его дыхание было частым, а сердце бешено колотилось. Я уткнулась в его грудь, все еще продолжая закрывать лицо руками.

– Ты не просто болван, ты самонадеянный и слабый разумом! – более близкого значения слову «идиот» я подобрать не смогла.

– А я малолетняя дура, которая позволила дать волю своим чувствам! – мрачно заключила я, сгорая от стыда.

– Каким чувствам? – удивился царевич, пытаясь заглянуть мне в