Очередная надежда - Анна Претзел

убийцы. То, как он задыхался, то, как его легкие наполнялись ядом. Казалось, что она слышит даже то, как он дрожит. Время будто остановилось. Скорая ехала долго, слишком долго. Рвотный рефлекс уже был на пределе. Ноги вскоре стали ватными. Крайне неприятные звуки, запах порошка, паника в голосах полиции. Все это очень напрягало, давило, заставляло организм давать неприятные реакции.

С горем пополам подъехала машина скорой помощи. Врачи поднялись к ним, действуя сообща с группой полицейский. Им удалось уложить Фила на носилки и аккуратно спустить в машину.

Он продолжал вскрикивать и сплевывать жидкость. Противно и так страшно. Такой его облик, крики и дрожь, надолго останется в памяти и наверняка не позволит спать по ночам.

Они вышли на улицу. Свежий воздух должен был помочь, но от него было мало толку.

— «Генрих, Генрих, Генрих». — Крутилось в голове Эмили. Было сложно отойти от тошнотворного состояния, но эта мысль и его имя, не покидало ее. Она не собиралась ни с кем пока что это обсуждать. Организм и психика не позволяли.

Полицейские связывались с кем-то по телефонам, что-то бурно обсуждали между собой, брали доли порошка для экспертизы. Врачи носились туда, сюда, из машины были слышны нервные разговоры. — Не довезем! Надо сейчас что-то предпринимать!

Эти слова пугали. Фил очень многое еще должен им рассказать, нельзя было его потерять.

— Ты как? — Голос Сетта заставил Эмили вздрогнуть, но немного привел в себя.

Она лишь опустила взгляд и покачала головой. Разговаривать никому не хотелось. Все дружеские голоса затихли, в ожидании вердикта врачей. По лицам было видно, что все еще раз прокручивали эту встречу в голове, переживая ее повторно. И этого было невозможно избежать. Слишком тяжело, слишком отвратительно, слишком страшно.

Пульс не замедлялся ни на один удар, с того момента. Как они увидели Фила. В горле стоял ком, угрожающе намереваясь выдать весь завтрак наружу. Пальцы рук сводило. Такое состояние было почти у всех. Сетт был единственным, кто более-менее держался со спокойным, но очень серьезным видом.

Около минут двадцати они все вместе простояли у машины, но затем не выдержали и уселись на траву. Теперь она не казалось зеленой и мягкой, как прежде. Лишь влажной и колючей.

Из скорой некоторое время доносились всхлипы, выкрики, звуки рвоты. Спустя час такой обстановки, терпеть уже было невозможно, но неожиданно и там настала тишина. Неизвестно чего ожидать. Что произошло? Почему вдруг стало так тихо?

Все одновременно подняли головы, когда один из врачей вышел к ним на улицу. Его мрачное лицо, запачканная одежда и выдохшейся вид говорили сами за себя. — У парня передоз.

— Это мы поняли. — Скептически ответил Зак, поднимая голову на мужчину в халате.

Сетт привстал с травы, пытаясь заглянуть в машину через открытую дверь. — Какое у него сейчас состояние?

Врач обвел взглядом всех еще раз, а после сказал то, что все так боялись услышать. — Никакое. Он умер от действия наркотика. Мне жаль, мы сделали все, что могли.

Глава 30

Подавленное состояние шока. Такое вообще бывает? В любом случае, сейчас оно окружало всех. Расходиться по номерам никто не решился, поэтому они все вместе были в номере Эмили и Сетта. Сидели они не вместе, как это было обычно, а наоборот. Зак устроился на стуле, Сая предпочла лежать на полу, разглядывая потолок, Сетт стоял у окна, а Эмили сжалась, сидя на мягком диване.

«Он умер от действия наркотиков». Слова словно мантра звучали в мыслях, не давая спокойствию вернуться. Тишина торжествовала уже какой час. Было слишком сильное потрясение, чтобы способность к разговорам так быстро вернулась. Весь номер заполнился траурной атмосферой, все стало в разы хуже.

Эмили вспоминала слова Фила и уже продумывала разные варианты их значения. Догадки приходили одна за другой, сменяя страшные воспоминания о смерти от передоза.

Наконец тишину прервало хоть что-то. Это был звонок Рина. Сетт ответил, подавая признаки жизни. — Алло?

Они долго о чем-то говорили. Уставшее лицо Сетта уже мало что отображало, но суть разговора и так была ясна.

Через пару минут они попрощались и Сетт обратился ко всем. — Рин хочет, чтобы мы рассказали, все, что произошло там. Зак, ты пойдешь со мной, вдруг я упущу, что-нибудь важное. Дамы сердца, останетесь в номере, вам только этого еще не хватало. — Даже после всего, что они пережили за последние несколько часов, Сетт умудрялся оставаться спокойным и успокаивать других сладкими речами. Сколько же сил на это нужно? Невозможно представить.

Эмили переглянулась с ним и лишь покорно опустила голову. Наверное, в другой день, ей стало бы тепло на сердце от очередных милых прозвищ, но не сегодня, не сейчас.

Парни ушли, Сая с Эмили остались одни в номере. Еще долгое время девушки даже не разговаривали, переваривая ужас в своей голове.

Все-таки Эмили не смогла больше умалчивать, ей нужно было обсудить случившееся хоть с кем-нибудь. — Фил говорил про Генриха.

— Это тот самый ублюдок? — Сая хоть и нехотя, но поддержала разговор. Сидеть в тишине вечно было нереально.

— Да. Думаю, история не закончилась. Возможно Фил был не тем, за кого мы его приняли.

— А возможно все намного запутаннее. — Сая поднялась с пола и начала расхаживать по комнате.

Эмили не двигалась. Полностью сжатая, она оставалась на диване, с пустым взглядом в пол. — Знаешь, я так устала от всего этого. Когда я покидала рынок с Грэмом, я думала это и будет началом моего светлого, а главное счастливого будущего. А оно не получилось. — По щекам начали стекать слезы. Прозрачные капли пробежались вниз по щекам, оставляя соленый след.

Сая слушала подругу и понимала, что именно Эмили, сейчас тяжелее всех. Увидев поблескивание слез на ее лице, она присела рядом и положила одну руку на плечо подруги. — Не реви. Все будет хорошо, мы справляемся со всем уже давно, все вместе. И с этим отстоем тоже справимся.

— Слышала уже это и не раз. А что изменилось то? Все стало только хуже. Что теперь делать? Опять начинать расследование? Может все станет еще