Мир Темной звезды. Том 1 - Трой Деннинг

Человеческие черты едва угадывались в копошащейся на полу личинке. Лицо древнего монарха стало плоским, уши исчезли. Чешуя, как у ящерицы, покрывала его голову. Золотая диадема королей Тира валялась на полу в луже крови. Шея Калака стала жилистой и очень длинной, а руки и ноги почти атрофировались. Они казались высохшими, ненужными придатками. Кипящая черная кровь толчками выливалась из раны на груди этой отвратительной личинки дракона, из обрубка правой руки и из прокола в левой.

Калак ни на что не обращал внимания, и Агис, набравшись храбрости, подошел поближе. Похоже, превращающийся в дракона король испытывал ужасные мучения. Как он полученных ран, так и от самого процесса линьки. Вот он медленно раскрыл пасть, обнажив два ряда острых зубов. К глубочайшему удивлению аристократа, мерзкая тварь наклонилась над обсидиановым шаром размером с человеческую голову и проглотила его.

Тем временем спутники Агиса успели выбраться наверх. Окинув взглядом извивающуюся тварь, Садира решительно сказала:

– Давайте-ка прикончим его, пока это в наших силах.

И подняла посох.

Личинка замерла. Она повернула голову, уставившись на девушку немигающим взглядом своих черных, как бездонные пропасти, глаз.

– Кого это прикончить? – прошипел Калак. – Меня, что ли? Глупая девчонка! – черный дым повалил из его разверстой пасти. – Пятьсот лет тому назад это еще было возможно. Но не сейчас.

Во взгляде короля горела злоба, и Агис понял, что сейчас им придется нелегко. Похоже, Калак коварно позволил им подойти лишь для того, чтобы перебить одним махом. И судя по всему, с помощью Незримого Пути…

Пять огромных таранов, каждый в виде рогатой головы дракона, возникли из воздуха перед личинкой. Агис даже не сразу понял, что это не реальные предметы, а порождение мысленной силы древнего короля. Впрочем, для горстки храбрецов они представляли реальную угрозу.

Агис знал, что его сил хватит, чтобы противостоять почти любой атаке Калака. Но, если он хотел одновременно спасти своих друзей, следовало прибегнуть к чрезвычайным мерам. Представив себе песчаный бархан, Агис открыл канал от центра своих жизненных сил к комнате, переполненной магической энергией.

Тараны устремились вперед. И в тот же миг, казалось, вся комната наполнилась песком. Три тарана тут же безнадежно завязли. Один, тот, что был нацелен на Рикуса, просто-напросто исчез без следа, едва приблизившись к копью Сердца Леса. И только тот, который устремился к Садире, прорвав пси барьер Агиса, достиг своей цели. Страшный удар отбросил колдунью на другой конец комнаты. Врезавшись в стену, девушка без сознания сползла на пол.

Головокружение и усталость с головой захлестнули Агиса. Его колени подогнулись и сотворенная им защита растаяла словно дым. Мгновение спустя он без сил повалился на пол, но уже не на горячий песок, а в лужу королевской крови.

Рикус шагнул к личинке. За ним последовали Ниива и Тихиан. Прикрывая лицо от жара, исходящего от тела твари, мул подобрался к ее голове. Ниива направилась к хвосту, а темплар – к длинной шее.

Калак не шевелился: видимо, пси схватка с Агисом исчерпала и его силы. Но когда Рикус замахнулся копьем, личинка подняла голову.

– Неужели ты полагаешь, что я позволю тебе нанести удар?

– А как ты нас остановишь? – воскликнула Ниива, с размаху опуская топор на хвост личинки.

Одним мощным ударом она отрубила трехфутовый кусок. Калак взвыл от боли и врезался тяжелой головой в Рикуса, сбив мула с ног. Прежде, чем гладиатор успел прийти в себя, острые зубы короля-колдуна впились ему в грудь. Еще миг, и ноги мула оторвались от земли. Выронив копье, Рикус отчаянно застучал кулаками по бронированной голове чудовища.

Ниива вновь подняла топор. Но на сей раз она не застала Калака врасплох. Обрубок хвоста с силой ударил ее, превратив лицо женщины в сплошное кровавое месиво. Отброшенная далеко в сторону, Ниива без сознания рухнула на пол.

Увидев судьбу, постигшую гладиаторов, Тихиан побледнел как полотно. Так ни разу и не ударив короля, он бросил свой ятаган и поспешно отступил.

– Трус! – крикнул тщетно пытающийся встать на ноги Агис.

– Если Рикус и Ниива не смогли его убить, то чего ты хочешь от меня? – огрызнулся темплар, подходя к распростертой в луже крови Нииве.

Агис сделал глубокий вдох. Усилием воли он заставил себя снова открыть свой цент жизненных сил к волшебной энергии комнаты и встал на колени.

Тем временем Тихиан поднял лежащий рядом с Ниивой топор. Крепко сжимая в руках оружие, скорее от страха, чем осознанно, Верховный Темплар подошел к Садире. Девушка понемногу приходила в себя. Она сидела на полу, тихо постанывая и обхватив голову руками. Сейчас рассчитывать на нее явно не приходилось.

Тихиан поглядел на своих соратников. Стоящий на коленях обессилевший Агис, стонущая Садира, едва дышащая Ниива, зашедшийся в крике Рикус. Казалось, сотни мулов вопят на все голоса, умирая каждый своей собственной страшной и мучительной смертью.

Темплар поднял топор. К великому удивлению Агиса, он с размаху опустил его на один из обсидиановых шаров. Шар разлетелся вдребезги. Задумчиво поглядев на осколки Тихиан перешел к следующему шару. Еще удар, и на полу появилась новая куча черных осколков.

– Что ты делаешь? – воскликнул сенатор.

– Сражаться можно по-разному! – загадочно ответил темплар, уничтожая третий шар.

Через несколько секунд, в самом дальнем от Калака углу еще одна драконья линза стала жертвой топора Тихиана.

Агис недолго пребывал в удивлении. Реакция короля все расставила на свои места.

– Остановись! – воскликнул Калак, отбрасывая в сторону окровавленное тело мула. – Я приказываю!

– С какой стати мне выполнять твои приказы? – спросил Тихиан, превращая в груду осколков еще один черный шар. – Разве ты оставишь меня в живых? Разве ты позволишь мне править Тиром, когда станешь драконом?

– Ты же сам понимаешь, это невозможно, – прошипел Калак, медленно и неуклонно подползая к темплару. – Но я могу обещать тебе быструю смерть.

Разбив еще один шар, Тихиан перебежал в другой конец комнаты.

– Ты же Верховный Темплар! – закричал Калак. – Ты должен повиноваться своему королю! – повернувшись, личинка поползла вслед за Тихианом.

Руки темплара дрожали так сильно, что он едва мог держать топор. Однако он сумел раздробить еще один шар. Но на большее он был уже не способен. Тихиан, дрожа, стоял среди осколков. Похоже, он не мог сдвинуться с места.

Агис заставил себя подняться. Видя, что все внимание Калак устремлено на Тихиана, он начал осторожно двигаться в сторону лежащего на полу копья Сердце Леса. Снова и снова аристократ твердил себе, что совсем не устал, что у него еще много сил. И вот копье в его руках. Оно казалось непосильно тяжелым – во всяком случае, для мускулов, все еще дрожащих после пси истощения.