"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

— Тебе незачем было знать.

Она надула нижнюю губу. Она понимала, что ведет себя по-детски, но ничего не могла с собой поделать. Бабушка и дедушка хранили от нее огромный секрет.

— А теперь?

Бабушка пожала плечами.

— Теперь ты должна знать.

— Я бы не сказала Октавии. Ты могла бы мне доверять.

Лицо бабушки смягчилось.

— Дело не в том, что я не доверяла тебе, Квинн. Когда ты была маленькой, ты могла случайно проболтаться. А когда ты стала старше… Я думаю, мы просто привыкли держать это в секрете, и мы просто продолжали в том же духе. И мы не то, чтобы возили полные грузовики под носом у тебя. У нас не было на это денег. Просто кое-что здесь и там, пара лишних банок при каждой поездке за продуктами. После тридцати лет все это накапливается.

Квинн покачала головой в изумлении.

— Можешь повторить это еще раз.

Это хорошо. Очень хорошо. Ей не нужно больше беспокоиться о том, что она умрет от голода, но и не нужно беспокоиться о бабушке. Вся эта еда. Если понадобится, они смогут питаться годами.

Мысленно она извинилась перед дедушкой за все те разы, когда закатывала глаза на его лекции о готовности. Все бабушкины, казалось бы, бессмысленные старомодные навыки теперь спасали им жизнь.

— Не могу поверить, что я забыла об этом. — Бабушка указала на мусорный бак из оцинкованной стали в углу. Крышка была заклеена токопроводящей лентой. — Это сделал дедушка. Это самодельная клетка Фарадея. Крышка очень плотная. Он обклеил ее картоном и алюминиевой фольгой изнутри для дополнительной защиты.

Клетка Фарадея должна была защитить электронику внутри от ЭМИ. Квинн понадобилось несколько минут, чтобы открыть ее. Она отложила крышку в сторону и достала радиоприемник, пару раций, пару светодиодных фонариков и электронную читалку «Киндл».

— Эта электронная книга полна справочной литературы и книг по выживанию. Лекарственные травы, съедобные растения, первая помощь в дикой природе, как пережить ядерные осадки, как построить дом на источнике и уборную. И Библия, конечно. Обычный набор для чтения на пляже.

Квинн фыркнула, чтобы не расплакаться. Она представила, как дедушка тщательно и с любовью упаковывает каждый предмет, надеясь, что он никогда не понадобится, но все равно готовясь.

— Просто на случай, если меня не будет рядом, чтобы научить тебя. — Бабушка пожала плечами. — Никто не живет вечно, знаешь ли. Даже я.

— Я уверена, что ты слишком упряма, чтобы умереть. — Квинн поставила все на соседнюю полку и достала последние несколько предметов — старый айпод и солнечное зарядное устройство.

— Ему понадобилось много времени, чтобы накопить на это солнечное зарядное устройство. — Бабушка прочистила горло, ее голос внезапно огрубел. — У нас есть шнур, который подойдет и к электронной читалке. Айпод… в нем все его любимые песни. Он хотел… он хотел, чтобы у тебя была музыка, пока ты рисуешь.

Квинн сглотнула и поспешно вытерла глаза.

— Бабушка, я…

— О, тише, малышка. — Бабушка помахала рукой в воздухе. — Не надо на меня так нежно смотреть.

— Хорошо, тогда… спасибо тебе.

— Мы бы положили туда гораздо больше, если бы у нас были деньги.

Квинн положила в карман айпод и зарядное устройство. Она не могла дождаться, когда сможет поделиться им с Майло. Какими большими станут его глаза, как засветится все его лицо. Она не могла дождаться, когда включит его и услышит песни, которые дедушка выбрал специально для нее.

— Это… это прекрасно.

— Квинн? — Голос Майло доносился из кухни. — Где ты?

— Мы в подвале. — Она быстро выпрямилась. Будет лучше, если Майло не увидит, что здесь внизу. — Уже иду!

— Я выберу несколько вещей, которые нужно поднять, — сказала бабушка.

— Не пытайся поднимать коробки сама, — велела Квинн. — Я спущусь позже и отнесу все, что ты отложила.

Она поспешила через потайную комнату в подвал и на кухню. На лестнице она чуть не споткнулась о Локи. Он мяукнул и бросился вперед. Быстро пробежав через кухню, он заскочил в гостиную и запрыгнул на диван у ног Майло.

Майло лежал, свернувшись калачиком на боку, обхватив живот тонкими руками. Его черные кудри влажно прилипли к щекам и лбу. Кожа стала бледной и восковой. Слишком бледной.

— Посмотри, что я нашла! Спрятанное сокровище! — Квинн уже собиралась вытащить айпод, но замешкалась. Вместо этого она наклонилась над ним и прижала тыльную сторону ладони к его лбу, как бабушка делала с ней сотни раз.

Ее грудь сжалась. Он весь горел.

— Майло? Ты в порядке?

— Я чувствую себя не очень хорошо, — Майло повернул голову и его вырвало на пол.

Глава 43

Пайк

День двенадцатый

«Вот он». Из темноты появился коричневый двухэтажный дом. Большая терраса. Две пары французских двойных дверей. Отблеск свечей в окнах.

Пайк не мог видеть дым из трубы, но чувствовал запах.

Его лицо заледенело, обветренные губы потрескались, но он все же сумел улыбнуться, не обращая внимание на боль. Дом с людьми внутри. Может быть, семья. Если ему повезет.

Он поднялся по ступенькам на террасу, пробираясь по снегу высотой по колено, спотыкаясь о собственные онемевшие ноги. Постучал в стекло, сначала довольно тихо, но никто не услышал его внутри. Он стиснул зубы и стукнул кулаком сильнее.

К французским дверям подошел мужчина, одетый в тяжелую зимнюю одежду, охотничья камуфлированная шапка низко надвинута на лоб, в руках — охотничье ружье «Ремингтон».

Хозяин дома направил оружие на грудь Пайка через стекло. Открывать дверь он не стал.

На мгновение они уставились друг на друга, рот мужчины шевельнулся — несомненно угроза, вроде: «Убирайся отсюда, или я буду стрелять, не думай, что не буду», — но Пайк не мог расслышать ни слова в метель.

Маленький мальчик с растрепанными волосами лет пяти-шести забрел на кухню следом за отцом, сонно потирая глаза. Под красной зимней курткой, шарфом и ботинками на нем была клетчатая рождественская пижама.

Пайк поднял обе руки в жесте капитуляции, символе мира. Он разжал жесткие пальцы и взял в руки предмет, который ему едва удалось вытащить из кармана мгновение назад. Его жетон. Значок офицера запаса, но он выглядел вполне настоящим.

Выражение лица мужчины изменилось с подозрения на облегчение, а затем на беспокойство. Улыбка Пайка стала шире, его маска опустилась на место.

Значок стал его секретным оружием. Он помог проникнуть внутрь. Пайку не требовалось оружие, чтобы покончить с этими людьми. Пара кухонных ножей. Его собственные голые руки — даже замерзшие и онемевшие. Он не сомневался, что сможет это сделать, даже против вооруженного противника.

Мужчины, привыкшие охотиться на беззащитных хищных животных, не имели ни малейшего представления о том, как убить человека. Дело тут скорее в психологии — в инстинкте избегать убийства себе подобных. Они колебались, все они. Ну, большинство из них.

В этот момент нерешительности Пайк наносил удар. Или даже раньше, когда человек все еще перечислял свои угрозы, все еще пытался оставаться человеком, прибегая к насилию только в крайнем случае.

Обычно это оказывалось их роковой ошибкой. Насилие наиболее эффективно в качестве первого средства, а не последнего. Никак не последнего.

Но не в этом случае.

Пайк находился в ослабленном состоянии. Он не настолько самонадеян, чтобы не знать ограничений своего тела. Ему нужна помощь. Эти люди могли оказать ему помощь.

Мужчина отпер французскую дверь. Пайку пришлось отбить слой снега, прежде чем они смогли открыть дверь настолько, чтобы он смог проскользнуть внутрь.

Жена мужчины материализовалась и помогла Пайку сесть на кухонный стул, бормоча над ним, призывая дочь принести одеяла, поторопиться, приказывая мужу поставить на плиту суп и, ради всего святого, снять с этого человека обледеневшую одежду.

Улыбка Пайка стала еще шире.