Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Михеев Михаил Александрович

– Не стоит паниковать заранее. Для начала объясни, что тебе не нравится в ситуации.

Что же, Карина объяснила. Коротко, емко и не стесняясь в выражениях. Отвыкла она от политесов за последнее время. Мать это, кстати, не удивило и не покоробило, она лишь кивнула:

– Очень хорошо. И что же ты собираешься делать дальше?

– Не знаю. Но замуж за этого козла я не пойду, – выдохнула она и тут же рефлекторно огляделась – не подслушивает ли кто. Мать поймала ее взгляд, улыбнулась одобрительно:

– Ну вот, наконец-то начинаешь задумываться о том, что и где говоришь. Пускай и с опозданием. Не волнуйся, на твою комнату наложена сильная защита.

– Защита?

– Ну да. А ты думаешь, я тут по парку гуляю да бока отлеживаю? Нет, у меня уже есть неплохие связи, в том числе и среди магов. Не самых сильных, конечно, но… честно говоря, это и к лучшему. Погоду делают не архимаги. Они, конечно, сильны, но их мало. Реально те, кто сидят на местах, значат куда больше, а учитывая, что шансов подняться выше у них нет, поскольку старые да маститые сидят плотно, копьем не сковырнешь, то положением своим они недовольны. Такие есть и среди магов, и среди военных. Чиновники опять же… Словом, простор для комбинаций широчайший, особенно в случае появления законного претендента на престол. Ты понимаешь, о чем я?

– Понимаю, мама, но… я не хочу.

– Чего именно? Тебе неприятен сам жених? Или роль, которая тебе уготована? Или, может, еще что-нибудь?

– И то, и другое. И, мам, я боюсь…

– За себя? Не бойся. Твоего… друга боятся куда больше. Я точно знаю, его смертельно боится даже кардинал и поэтому хочет убить. Думаю, у него не получится, хотя попытается, конечно. Но если хотя бы четверть слухов о парне, которого ты нашла, верна, кардиналу ничего не светит.

– И что нам делать?

– Ждать, пока он вернется, разумеется. А уже потом, опираясь на его поддержку, можно будет изменить очень многое.

– Мама, но он…

– Карина, девочка, – мать подошла к ней, провела рукой по аккуратно уложенным волосам дочери. – Поверь, я знаю, что говорю. Вряд ли девчонка, что вцепилась в него, как клещ, сможет отбить его у тебя.

– Один раз смогла, – буркнула Карина.

– Потому что ты повела себя неправильно. Надо знать, чего ты хочешь, а уж потом принимать решения. Все, успокойся. И запомни: мы с тобой еще увидим небо в алмазах и плюнем на могилы наших врагов!

Джоанна

Задав свой вопрос, Джоанна в первый момент сама испугалась собственной храбрости. И было от чего – лицо Артура после ее слов в буквальном смысле закаменело. Таким девушка его не видела никогда. В замке, когда они только познакомились, лицо киборга почти всегда было бесстрастным. Позже у него все чаще начали проявляться эмоции, обычно малозаметным намеком, легким прищуром, изгибом губ… В последнее время Артур их вовсе перестал скрывать, мог и расхохотаться во всю луженую глотку и нахмуриться так, что становилось жутковато. Однако никогда еще она не видела его таким – ничего не выражающим, полностью неподвижным. Казалось, постучи чем-то твердым – зазвенит.

Это и впрямь было страшно. Хорошо еще, продолжалось недолго – может, минуту, может, даже меньше. Девушке было не до засекания времени, но, по ее ощущениям, все же недолго. А потом Артур внезапно спрыгнул с коня, взял его под уздцы и зашагал прочь с дороги, в лес. Джоанне не оставалось ничего, кроме того, чтобы следовать за ним.

Отошли они совсем недалеко. В какой-то момент Джоанна, правда, ухитрилась потерять Артура из виду – все же здесь, среди камней и цепляющихся за них деревьев, лошадь шла с трудом, копыта скользили по густо покрывающему валуны мху. Пришлось и Джоанне спешиваться и тянуть свою норовистую кобылу за собой.

Хорошо еще, Артур не пытался спрятаться. Буквально через несколько десятков метров девушка обнаружила его, сидящего на вывернутом корне огромной сосны. Когда-то, не так давно, поскольку дерево не успело еще погибнуть окончательно, и крона была зеленой, сосна рухнула, образовав естественный мостик над небольшим, зато бурным ручьем. Сейчас на ее стволе были развешены мокрые куртка и рубашка Артура, а сам он, привалившись спиной к теплой шершавой коре, сидел и, чуть прищурившись, наблюдал за стремительно несущейся водой. Пронзительно светлые, холодные даже на вид струи, позволяющие рассмотреть на дне каждый камушек, свивались в небольшие водовороты, закручивая в них случайно попавшие листья, и это действо, казалось, занимало все внимание киборга. Во всяком случае, на появление Джоанны он не отреагировал, даже голову не повернул, хотя наверняка знал, что она здесь.

Девушка села на камень рядом с ним, подождала немного, а потом, вздохнув, сказала:

– Прости меня.

– Тебе совершенно не за что извиняться, – голос Артура звучал мертво. – Ты, к сожалению, права.

– Я и впрямь низшее существо?

– Нет, – киборг резко повернулся к ней, и не первый день знающая спутника Джоанна поняла, что он в гневе. Со стороны вроде бы и незаметно, но уж она-то научилась улавливать мельчайшие нюансы его мимики. – Это мне надо извиниться перед тобой.

– Но…

– Слушай и не перебивай. Я много думал… И не делай такие глаза. Не забудь, я думаю в разы быстрее людей. Так вот, я извиняюсь за свои слова. Я думаю и двигаюсь быстрее вас, легче регенерирую и обладаю еще массой полезных возможностей, но создали меня именно люди. И такие, как ты, не могут быть ниже меня, – тут он скривился и добавил: – Но те, кто будет угрожать тебе, все равно будут позиционироваться именно так. И убью я их без жалости.

– Послушай, я только хотела.

– Джоанна, девочка, – Артур взял ее руки в свои. – Ты что думаешь, я слепой? Что я ничего не понимаю? Все я вижу, все знаю. Только и ты пойми: я боюсь.

– Ты? Боишься? – Джоанна была даже не удивлена – ошарашена. Для нее узнать, что Артур может чего-то бояться, казалось чем-то вроде сказок для маленьких детей. Однако Артур и не думал шутить.

– Да, боюсь. За тебя, если волнуют нюансы.

– Но почему?

– Да потому, что ты очень уязвима. Сейчас ты в меня влюблена, психологию людей я изучал. Тебя запирай, не запирай, все равно пойдешь за мной. И что дальше? У нас впереди рискованное путешествие, но здесь ты хотя бы будешь под моим присмотром. А потом мы вернемся, и меня наверняка постараются убить. И тебя заодно.

– Тебя? Кто?

– Наш бравый кардинал, к примеру. Можешь поверить, я Джарефа знаю достаточно, чтобы просчитать его действия. Эту сволочь беспокоят сейчас только собственные потомки, на остальных ему плевать. Собственно, он этого и не скрывает. А я для них, по его мнению, прямая и непосредственная угроза.

– Почему?

– Потому что мне плевать, кто они и что они, и, если кто-то из этих олухов вдруг окажется на моем пути, я перешагну через его труп так же, как и через любой другой. Остальные или не посмеют, или не смогут, а мне без разницы. И у него нет сил, чтобы в открытую мне помешать. Поэтому он попытается меня устранить, а если ты будешь со мной, то и тебя заодно. Только Джареф – не олухи, которых я сегодня пошинковал на окрошку. Кардинал даже сейчас, учитывая тех, кто стоит за ним, почти равен мне. А ведь он не единственный желающий – врагов мы наплодили достаточно.

– Я все равно не уйду, – сказала Джоанна, будто ставя точку, и сама удивилась своей смелости.

– Я знаю, – вздохнул Артур. – Только прошу, давай все наши дела, разбирательства в отношениях оставим на потом. Победим – тогда и расставим точки над «ё».

– Договорились. Но с условием, что ты честно ответишь на один вопрос.

– Даже, кажется, догадываюсь, на какой, – усмехнулся Артур. – Спрашивай.

– Ты меня любишь?

– Я угадал. Честный ответ – не знаю. Это понятие мне знакомо только теоретически, характеристики его расплывчатые, и четко соотнести свое отношение к тебе с данным определением я не могу.

Кого другого подобное заявление могло заставить икнуть от удивления, но Джоанна уже достаточно общалась с Артуром, чтобы выработать иммунитет на его словесные загибы. В принципе, она услышала достаточно, чтобы сделать выводы. Меньше, чем хотелось бы, но больше, чем рассчитывала, а сопоставлять факты она научилась у все того же Артура. И теперь она была абсолютно спокойна – никуда Артур не уйдет и ее не бросит, а что касается врагов, так поубивает их, и все. В первый раз, что ли…