Ставка на смерть - Тед Белл

время оглядывался через плечо на маленькую черную точку в небе, которая все увеличивалась и увеличивалась. Теперь он ясно слышал шум вертолета. Сток пытался уговорить себя, что, может, пронесет. Возможно, это всего лишь команда спасателей осматривает местность после бури. Ишет потерявшихся туристов.

Он снял снегоступы, засунул их в рюкзак и побежал по снегу в ботинках. Вроде бы скорости прибавилось. Но он все еще отставал от Джет. Она уже домчалась до леса. Девушка бегала, как заправский олень, даже в снегоходах. Как бы там ни было, он успеет добраться до леса, пока его заметят с вертолета. По крайней мере он полагал, что успеет. Сток побежал еще быстрее.

Задыхаясь, влетел в лес и упал на снег. Гудение приблизилось, стало громче. Он встал на колени между двух вечнозеленых кустарников и стал смотреть на приближающийся вертолет. Эта чертова штука неуклонно двигалась вперед, потом на секунду исчезла за дальним краем большой белой равнины, которую Сток только что пересек, потом появилась снова и полетела прямо к нему. Вертолет вынырнул из солнечных бликов, виляя из стороны в сторону — высший класс, пилот был настоящим профессионалом.

Вдруг пилот резко свернул влево и полетел еще ниже. Они изучали свежие следы на снегу. Удовлетворенный увиденным, пилот вернулся к прежнему курсу. Он пролетит у Стока над головой, а потом приземлится на посадочную площадку у гостевого домика.

Сток смотрел, как вертолет, слегка зацепив верхушки деревьев, прошел у него над головой. Он был черным, как тот, что Сток видел на юге Франции. И на нем была та же аббревиатура — ФДИ. Ярко-красные буквы на боках и на пузе под кабиной: Фон Драксис Индастриз. Сток поднялся и побежал по темному лесу. Он хотел добраться до Джет первым.

Но ему это не удалось.

Когда Сток увидел гостевой домик сквозь свет в деревьях, вертолет уже стоял на площадке, лопасти еще вращались. Насколько он мог судить с такого расстояния, в кабине никого не было. На снегу вокруг была куча свежих следов. Изучив отпечатки, Сток решил, что их было двое: пилот и пассажир.

В доме было тихо. С крыши свисали длинные сосульки, с ледышек весело струилась капель. Прислонившись к фюзеляжу, он попытался восстановить дыхание. Когда эта история закончится, он поедет куда-нибудь, где потеплее, и приведет себя в форму. Такая одышка была уделом новичков. Да. Поедет на Майами, побудет пару недель у океана со своей любовью — красавицей Фанчей. Черт, он обязательно это сделает.

Пальцы онемели от холода. Он бросил рюкзак в снег, вытащил «шмайссер» Виктора и повесил на плечо. У него было такое чувство, что парень ходил с этим автоматом еще во время войны.

Когда он, пригнувшись, бежал к дому, то услышал крик Джет. Предупреждение? Нет. Хуже. Боль. Там, наверное, творится что-то ужасное, если девочка так кричит.

Он вбежал вверх по ступенькам, нимало не заботясь о том, какой шум производит. Дверь была слегка приоткрыта. Он толкнул ее левой рукой и вошел боком, низко опустив перед собой «шмайссер». Я дома!

Он обвел комнату глазами. Никого, если не считать несчастного Виктора, который все еще лежал на рояле, не отрывая пальцев от клавишей. С кончика носа свисала маленькая сосулька из застывшей крови. Внутри было чертовски холодно.

Они с Джет потушили камин в надежде, что так тела хозяина дома и его дочери лучше сохранятся, пока их кто-нибудь не найдет. Теперь у Стока изо рта шел пар. Журнал регистрации постояльцев — маленький блокнот в кожаном красном переплете — лежал на стойке, на том месте, где Сток видел его в последний раз. Не надеясь больше на свой разум и подозревая, что он способен забыть журнал еще раз, Сток взял его и засунул в один из боковых карманов.

Послышались звуки из задней части дома — скорее всего из кухни. Это объясняло, почему никто не видел и не слышал, как он вошел в дом.

Сток как можно тише прокрался по пустому коридору. Дверь кухни была открыта. Кто-то зло кричал по-немецки. А еще слышалось низкое угрожающее ворчание. Что могло издавать такой звук? Сток дошел до двери и заглянул внутрь.

Кухня была большая и светлая, с симпатичными красно-белыми занавесками на окнах. Сначала Сток никого не увидел, ему пришлось, мягко ступая, обойти большую плиту, которая закрывала обзор.

Боже правый, в кухне стояли два Арнольда. На них была черная униформа службы безопасности ФДИ, которая слишком сильно напоминала эсэсовскую.

Они стояли к нему спиной и одновременно выкрикивали что-то по-немецки.

Скудных познаний Стока в немецком было вполне достаточно, чтобы понять: найдя трупы, они сильно расстроились. «Они мертвы! Мертвы!» У Арнольда, который стоял слева, в руке был пистолет. Арнольд справа сжимал стальную цепь. Униформа так туго облегала его широкие плечи, что казалось, вот-вот лопнет. Он силился сдержать разъяренное, рвущееся с цепи животное, которое, судя по виду, вполне могло ему руку оторвать.

К другому концу цепи был привязан огромный черный доберман-пинчер, которому до смерти хотелось вонзить свои зубы в Джет, сидящую в углу кухни на полу. Изо рта у нее струилась кровь и стекала по подбородку. Доберман поднялся на задних лапах, размахивая передними лапами в воздухе. Он мотал головой, из щелкающих челюстей во все стороны летели брызги слюны. Сток решил, что сейчас самое время положить конец всей этой мелодраме.

— Арнольд на кухне с Диной…

Сток пропел эту строчку из своей любимой старой песни, и Арнольд слева бросился на него.

Сток всадил пулю ему прямо в лоб. Он осел на пол.

— Помнишь меня? — спросил Сток у оставшегося Арнольда, который смотрел на него, разинув рот от изумления. — Вечеринка на «Валькирии»? — с надеждой добавил Сток. — Большой черный парень, помнишь?

Потом поднял «шмайссер». Парень выпучил глаза. Ему не особо хотелось присоединиться к своему брату-близнецу.

Его пистолет был заткнут в заплечную кожаную кобуру, так что быстро его достать не представлялось возможным.

— Арнольд, слушай, есть одна проблема, — сказал Сток. — Если я тебя пристрелю, собака ее сожрет. Понимаешь, о чем я? Так что, может, я сначала пристрелю твою собаку, а потом уж тебя, ну как? Звучит неплохо?

Арнольд произнес что-то по-немецки, скорее всего нечто непечатное. Сток приставил дуло «шмайссера» к его правому уху и сказал: — Немедленно отзови его, иначе ты и твоя собака умрете.

— Не стреляй в собаку, Сток, — сказала Джет.

— Что?

— Скажи, чтобы он отпустил собаку.

— Ты что, совсем спятила?

— Делай, что я говорю.

— Может, ты и хочешь покончить жизнь самоубийством,