Зачем Сталин создал Израиль? - Леонид Млечин

Израильский офицер всегда оказывался впереди своих солдат, поэтому потери офицерского состава были очень большими, но это создавало бесценный дух боевого братства.

Двенадцатого мая Анвару Садату, тогда главе египетского парламента, сделавшему остановку в Москву по пути из Пхеньяна в Каир, заместитель министра иностранных дел Владимир Семенович Семенов сказал, что израильские войска нависли над сирийской границей. Война может начаться через пять дней. Это предупреждение предназначалось для Насера.

Прилетев в Каир на следующий день, тринадцатого мая, прямо из аэропорта Садат отправился в резиденцию Насера. Там находился и маршал Амер. Насеру уже передали советское предупреждение по другим каналам.

Тринадцатого мая представитель КГБ СССР в Египте сообщил руководителям египетской разведки, что израильские войска силами до двенадцати бригад концентрируются на сирийской границе. Одновременно советский посол передал ту же информацию министерству иностранных дел Египта.

На египетского президента эта трижды повторенная информация произвела сильное впечатление, хотя потом выяснилось, что эти сведения не имели под собой никаких оснований. Двенадцать бригад — это практически вся израильская армия после проведения мобилизации, которая еще не была объявлена!

Начальник первого главного управления (внешняя разведка) КГБ генерал-лейтенант Александр Михайлович Сахаровский объяснял позднее, что у его собственных подчиненных были сомнения в полученной информации, но они все же сочли своим долгом поделиться ею с египтянами.

Многие годы историки пытаются понять, в чем был смысл советских предупреждений. Военные и разведчики в Москве не могли не знать, что в те дни мобилизация в израильской армии еще не началась и войска к границе не приближались.

Девятого июля, уже после проигранной войны, египетский президент, выступая, объяснил: «У противника имелся план вторжения в Сирию, о чем открыто заявляли израильские политики и командиры. Данные наших сирийских братьев и надежная информация, которой мы сами располагали, не оставляли сомнений. Наши друзья в Советском Союзе сообщили нашей парламентской делегации, которая находилась в Москве, что речь шла об определенном замысле. Мы не могли остаться безучастными.

Дальнейшие действия Насера сделали войну практически неизбежной.

Президент распорядился удалить войска ООН с Синайского полуострова и из сектора Газы. Солдаты в голубых касках находились на разделительной линии между египетскими и израильскими войсками, установленной после синайской войны. Само их присутствие играло сдерживающую роль. Уход войск ООН означал, что две армии оказывались друг против друга.

Насер был убежден, что это заставит Израиль перебросить войска с юга (от сирийской границы) на север и это обезопасит Сирию. Вероятно, советское руководство и рассчитывало на то, что такая военная активность Египта отвлечет внимание Израиля от Сирии. В Москве действительно боялись, что Израиль ударит по Сирии, чтобы покончить с палестинскими боевиками. Но в Москве не ожидали решения Египта убрать войска ООН и закрыть Тиранский пролив.

Можно сказать, что неуклюжая политика советского военного и политического руководства сыграла пагубную роль и подтолкнула регион к шестидневной войне.

Шестнадцатого мая утром начальник генерального штаба египетской армии генерал-полковник Махмуд Фавзи обратился к генералу Рикхи, командующему Чрезвычайными вооруженными силами ООН на Ближнем Востоке: «Я дал указание вооруженным силам Объединенной Арабской Республики быть готовыми к ведению боевых действий против Израиля, если он предпримет агрессию против любой арабской страны. Наши войска уже сосредоточены на наших границах на территории Синайского полуострова.

Для обеспечения безопасности сил ООН, находящихся вдоль наших границ, я прошу Вас отдать приказ о немедленном выводе всех войск. Сообщите мне о выполнении этого требования».

Генерал Рикхи доложил обо всем генеральному секретарю ООН У Тану. Тем временем министр иностранных дел Египта вызвал к себе послов тех стран, чьи контингенты входили в состав сил ООН, и потребовал немедленно их вывести.

Восемнадцатого мая У Тан получил формальную ноту из Каира:

«Правительство Объединенной Арабской Республики имеет честь довести до сведения Вашего Превосходительства, что оно решило положить конец присутствию чрезвычайных сил ООН на территории ОАР и сектора Газы. Прошу Вас принять необходимые меры для вывода войск ООН в кратчайший срок».

Вообще говоря, У Тан должен был поставить вопрос на обсуждение Совета Безопасности или Генеральной Ассамблеи ООН, а не решать столь важный вопрос самостоятельно.

Шестнадцатого мая посол в Каире Дмитрий Петрович Пожидаев вместе с военным атташе В. И. Фурсовым посетил военного министра Шамса Бадрана и доложил в Москву: «По его словам, египтяне узнали от сирийской стороны, что Израиль сконцентрировал на границах с Сирией двенадцать бригад…

Египетские руководители в соответствии с имеющимся между ОАР и Сирией соглашением о совместной обороне приняли целый ряд мер. В Дамаск выехал начальник генштаба египетской армии генерал Фавзи, который поддерживает постоянные контакты с министром обороны и начальником генштаба вооруженных сил Сирии. Мы, — продолжал собеседник, — информировали сирийцев о том, что если на них произойдет нападение, то ОАР немедленно выступит на защиту Сирии…

Вооруженные силы ОАР приведены в состояние боевой готовности, а на Синай переброшено более одной пехотной дивизии и три бронетанковые бригады. В настоящее время указанные соединения египетской армии перешли Суэцкий канал и заняли исходные позиции для наступления, которое начнется немедленно в случае, если Израиль нападет на Сирию…

Бадран отправил 14 мая два письма министру обороны СССР, в которых содержится просьба о поставке в ОАР нескольких самолетов типа «МИГ-21» и «Су-7», а также определенного количества противозенитных пушек и пулеметов, радиоаппаратуры и другого военного оборудования… Эта боевая техника нужна ОАР уже сейчас…»

До назначения в Каир Дмитрий Пожидаев был послом в Марокко и руководил 1-м африканским отделом МИД.

Семнадцатого мая постоянный представитель при ООН Николай Трофимович Федоренко доложил в Москву о беседе с представителем ОАР при ООН Мохаммедом Авадом аль-Куни, который еще недавно был послом в Москве.

Египетский дипломат сообщил Федоренко: «Начальник генштаба вооруженных сил ОАР Фавзи отдал приказ о приведении всех вооруженных сил ОАР в боевую готовность для немедленных военных действий против Израиля на случай, если Израиль совершит нападение на какую-либо из арабских стран…

В настоящее время производится сосредоточение вооруженных сил ОАР в районе восточной границы на Синайском полуострове…

Заместитель генерального секретаря ООН Ральф Банч пытался утверждать, ссылаясь на доклад начальника штаба Органа ООН по наблюдению за перемирием в Палестине генерала Булла, что Израиль не концентрирует своих войск вблизи сирийской границы, а также заверил аль-Куни, что Израиль не предпримет против Сирии наступательных действий…

Аль-Куни сказал нам, что в информации, полученной им из Каира, подтверждается факт концентрации израильских войск вблизи границы с Сирией. Аль-Куни сказал также, что, по его мнению, в данной обстановке нет оснований для созыва Совета Безопасности…»

Николай Федоренко, выпускник Московского института востоковедения, был известным синологом. Он переводил беседы Сталина с Мао Цзэдуном, что весьма способствовало его карьере в министерстве иностранных дел.

Молотов в пятьдесят пятом году сделал Федоренко своим заместителем. Громыко в пятьдесят восьмом отправил его послом в Японию, а в шестьдесят третьем сделал постоянным представителем при ООН. Величественный Федоренко никогда не расставался с трубкой и любил говорить по-восточному замысловато. Громыко это, видимо, раздражало, и со временем Федоренко пришлось уйти из министерства. Как члена-корреспондента Академии наук и автора работ о китайской и японской культуре, его назначат главным редактором популярного тогда журнала «Иностранная литература»…

Николай Федоренко получил в Нью-Йорке срочную телеграмму от Громыко с указаниями:

«1. Вам необходимо установить тесный контакт с делегациями ОАР и Сирии и согласовать с ними все свои действия. Если представители ОАР и Сирии будут по-прежнему возражать против рассмотрения вопроса о положении на Ближнем Востоке в Совете Безопасности, Вам следует поддерживать их…

3. В случае, если будут предприняты попытки в той или иной форме осудить позицию ОАР и решение генерального секретаря о выводе войск ООН с Ближнего Востока, Вам следует поддержать позицию ОАР и решение У Тана, аргументируя это тем, что ОАР как суверенное государство имеет безусловное право потребовать немедленного вывода войск ООН с ее территории…