Лунный прилив - Стелла Камерон

— Это другое. — Грир покусала губы, чтобы унять их дрожь. — Ты, по крайней мере, законнорожденный. Но мог бы и рассказать мне, зная, как я подавлена положением с Руби, — возможно, это помогло бы мне не чувствовать себя отверженной.

Эндрю положил руку на плечо Грир, но она отшатнулась и прижалась к дверце.

— Скажи, чего ты от меня хочешь? — сказал он.

— Чтобы ты наконец-то признал, что боишься стать отбросом общества, — резко ответила Грир. — Что не хотел, чтобы я появлялась на слушании, потому что, если бы я стала свидетельствовать в твою пользу, могло бы всплыть мое неприятное прошлое. Ведь они в любом случае стали бы задавать вопросы.

— Это просто сумасшествие, Грир, — откликнулся Эндрю, скрестив руки на груди. — Сколько времени у тебя ушло на то, чтобы сочинить такую галиматью?

Грир опустила окно и вылила остатки кофе.

— Мне нужно в Уэймут, — ответила она. — Моя электричка на Лондон отправляется рано утром, а я еще не собрала чемодан.

Грир чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда Эндрю толкнул дверцу со своей стороны и, выйдя из машины, захлопнул ее с такой силой, что задрожала рулевая колонка. Она наблюдала за его удалявшейся фигурой в свете передних фар, пока он не остановился на обочине спиной к ней. В глубине души Грир понимала, что зря обвиняет его в снобизме, но это была единственная придуманная ею отговорка, чтобы как-то разобщить их. Невзирая на то, что сказал Эндрю, он действительно хотел снять обвинения, потому что беспокоился за нее. Для Эндрю Монтхэвена она была лишь обузой, а он заслуживал лучшего. Единственное, что она могла предложить ему, — это секс. Ни опоры в обществе, ни детей, о которых он так отчаянно мечтал. Уйдя от Эндрю, Грир только облегчит ему жизнь, и со временем он еще будет благодарен ей за это. К тому же ей нужно присматривать за младшей сестрой, да и за бизнесом, который никак не получилось бы перенести в Англию. У них нет ничего общего, и она причинила ему уже достаточно боли. Ради его же блага она должна разорвать их отношения быстро и окончательно.

Она заметила, что Эндрю возвращается. Каждый его размеренный шаг по обочине дороги сопровождался хрустом гравия. Он забрался в машину и включил мотор.

— Мы едем в Рингстэд и там как следует поговорим, — с ходу заявил Эндрю. — Даже если это займет всю ночь и весь следующий день, мы закончим только тогда, когда придем к пониманию друг друга.

— Я еду в Уэймут, — уперлась она.

— Я за рулем, дамочка. Так что вы поедете туда, куда я вас повезу.

В волнении Грир схватила его за рукав, и машина вильнула.

— Прости, — пробормотала она. — Не начинай все сначала, Эндрю. Это ни к чему не приведет.

Он пропустил мимо ушей ее замечание и продолжил путь. Когда Грир снова попыталась заговорить, он включил радио, и она забилась в угол. Эндрю намерен воплотить свой план в жизнь, чего бы им это ни стоило, так к чему противиться? Как только он наконец поймет, что это бесполезно, Грир уедет, как и планировала, и постарается все забыть. Опущенные веки защипало от слез. Вот уже не в первый раз ей надо было «забыть и двигаться дальше».

Грир удивленно посмотрела в окно, когда машина остановилась в Рингстэде. Должно быть, она задремала.

— Не выходи, пока я не подойду, — сказал Эндрю, выбираясь из машины. — Придется чем-нибудь осветить дорогу. А то по ночам ты ничего не видишь.

Она устало потерла лоб. Теперь Эндрю станет притворяться, будто последнего разговора вовсе не было.

— Дай мне руку.

Не прикасайся ко мне... пожалуйста. Когда Грир не двинулась с места, Эндрю отнял ее пальцы от лица и аккуратно извлек ее из машины.

С каждым шагом ее голова все сильнее гудела от напряжения. Сейчас им предстоит новый спор — еще несколькими обвинениями и признаниями больше, а ради чего? Они не созданы друг для друга, как бы ей ни хотелось поверить в обратное. У нее своя жизнь, за тысячи километров отсюда, а у него своя — здесь. Когда-нибудь Эндрю будет благодарен ей за это решение. Почему же он сейчас не понимает этого и не дает ей спокойно уйти? Открыв входную дверь, Эндрю пропустил ее вперед.

— Хочешь выпить чего-нибудь согревающего? — миролюбиво предложил он.

— Нет, спасибо. — Гораздо проще было не поднимать на него глаз.

— Тогда сразу пойдем наверх. — В его голосе звучала фальшивая беззаботность. — Я налью себе двойную порцию чего-нибудь покрепче. — Глубоко вздохнув, Эндрю продолжил: — Вот уж денек. Пара деньков — и ночей. Должно быть, ты измотана. По крайней мере, я-то уж точно.

Как мне жаль, что тебе приходится так тяжело.

— Мы оба как следует не спали последние две ночи, Эндрю. Мне действительно нужно хорошо отдохнуть перед завтрашним днем. Ты не против?..

—Против, — оборвал он ее. — Я против каждой секунды этой неразберихи, которую ты решила устроить.

Они зашли в гостиную, и Грир в смущении остановилась возле двери. Эндрю направился прямиком к шкафу с застекленными дверцами и достал графин и два бокала.

Желудок Грир, казалось, прирос к спине.

— Я ничего не хочу, — промямлила она.

Он поставил бокалы на стол и наполовину наполнил их прозрачной жидкостью.

— Бренди, — сказал Эндрю, не обращая внимания на ее слова. — Он нас согреет. Я разожгу камин.

— Пожалуйста, Эндрю, — настаивала она. — Не утруждай себя. Мне нужно ехать.

— Ничего тебе не нужно! — крикнул он и судорожно провел рукой по лицу. — Я прекрасно понимаю, что тут происходит, но я это так не оставлю. Ты меня слышишь? Не оставлю.

— Не кричи, — прошептала Грир. — Ты кажешься таким чужим, когда вот так кричишь.

— Извини. — Эндрю протяжно и шумно выдохнул. — Я и сам себе кажусь чужим. Все это какая-то бессмыслица, и я чувствую себя беспомощным. Между нами теперь уже ничего не стоит, Грир. Ничего.

Если бы только он был прав. Но его взгляд затуманен, и он не может заставить себя посмотреть правде в лицо.

— Эндрю, — тихо начала Грир. — Какое-то время я была согласна с тобой... Наше совместное будущее казалось мне возможным. Но только потому, что мне отчаянно хотелось верить в это. На нашем пути много препятствий. Я ведь не из тех самодовольных владелиц огромных поместий. Мне необходимо то место в этом мире, которое я отвоевала себе в Сиэтле, а воссоздать его здесь я не смогу. — Ее голос дрогнул, но она твердо вознамерилась договорить до конца. — Со временем тебе удастся понять, что я имела в виду... и узнать другие мои мотивы тоже. Давай просто смиримся с тем, что препятствия непреодолимы, и не будем перечислять каждое из них. Это слишком болезненно — для нас обоих. Ложись в кровать и попытайся заснуть. Завтра ты увидишь все в ином свете. Я смогу добраться до Уэймута самостоятельно.