Практика жизни - Марьяна Сурикова

— Договаривай, почему остановилась?

— Возможно, ты выбрала не того мужчину, не дано вам быть вместе, поэтому жизнь не складывается.

— Ты предлагаешь оставить его поиски?

— Нет, конечно! Хочу сказать, ты сделала все, что могла.

— Эля, я знаю. Я уже собиралась уйти после нашего с ним разговора, насовсем уйти, а потом этот прощальный поцелуй и… и Амир оказался вовсе не Амиром.

— Не твоя вина, Летта. Не стоит снова об этом думать. Я принесла для тебя журналы, ты почитай пока, здесь очень интересная новость про нашу принцессу.

Эля ушла, а вечером меня проведали Мелинда и Бэла, они пробыли недолго, зато успели за это время дать несколько дельных советов насчет моей дальнейшей жизни.

Я сидела в постели, обдумывала все произошедшее заново, а потом поняла, что Элинна права. Какой смысл корить себя за то, что не получилось? Сейчас главное отыскать Амира и поймать Тень, а дальше я соображу, как быть. Лишь бы наши со старостой подозрения не оправдались. По словам целительницы, еще было слишком рано, чтобы определить мою беременность, если таковая имела место. Однако Бэла успокоила меня тем, что зачатие с первого раза, особенно от такого сильного мага, как Адриан, происходит крайне редко.

С усилием прогнав из головы тревоги, я открыла журнал и нашла новость про принцессу. Почитать действительно было о чем. Оказывается, состоялось обручение королевской наследницы и принца другого государства. Ни его имени, ни названия королевства не упоминалось, но говорилось, что жених будет представлен всем официально во время торжественного приема в королевском дворце спустя пару недель.

Такая грандиозная новость даже меня отвлекла на время. Получается, мы сейчас стоим на пороге перемен, и в скором времени королевство Амадин обретет другого повелителя. Согласно традиции, если королевская дочь выйдет замуж за того, кого король счел достойным преемником, он передает ему свою власть, а сам уходит на покой. Король мог сделать это и позже, не сразу после свадьбы, только наш правитель был уже стар, а его единственное дитя появилось на свет, когда монарх достиг уже преклонного возраста, поэтому он давно готов был отказаться от трона.

Я закрыла журнал и легла спать, а проснулась неожиданно от едва слышного шороха на балконе. Резко открыла глаза, и сердце заколотилось в груди: он пришел.

Глава 24

ЧУДОВИЩЕ ПОД МАСКОЙ ЧЕЛОВЕКА

— Виолетта. — Он позвал меня негромко, но вдруг стало так отчаянно страшно.

— Что тебе нужно, Адриан? — Сейчас мне следовало отвлечь его разговором, чтобы Эди успел отреагировать на сигнал.

— Нам нужно поговорить, иди ко мне.

— Нет, я не выйду. — Мне очень не хотелось показывать ему своей страх, но голос все равно подрагивал.

— Если я захочу оказать воздействие, ты выйдешь, пока же я просто прошу.

— Я не выйду к тебе! Где Амир?

Я привстала в кровати, глядя на его фигуру, видневшуюся сквозь приоткрытую дверь. Мне даже показалось, будто цветочный аромат стал насыщенней и ярче. Только бы не поддаться на его уговоры. Он стоял там такой пугающе опасный, но такой притягательный, что мне очень тяжело было сдержать свой порыв и не выбежать к нему.

— Я могу войти сам. Эта защита не помеха, она защищает тебя, а ты — часть меня.

— Нет, не посмеешь.

— Что меня остановит? Твои цветы? Я ведь не бесплотный дух, не забывай. Единственное, что они способны сделать, это вызвать у меня головную боль. А может, ждешь прихода Эди? Так о нем я уже позаботился.

Адриан вдруг вскинул руки, и цветы вспыхнули огнем. Я вскрикнула, белоснежные лепестки осыпались серебристым пеплом прямо на глазах. Мне казалось, я физически ощущаю злость Тени за мое неповиновение, и я не знала, как защититься от него. В этот миг порыв сильного ветра ворвался в комнату, закружил в воздухе серые частицы, вынося их сквозь распахнувшееся окно, выветривая сильный запах, рванул синие занавески, окутал меня шелком тонкой сорочки, проникая под полупрозрачную ткань, нежными прикосновениями лаская обнаженную кожу.

— Иди ко мне, Виолетта.

Не понимаю, как я очутилась возле балконной двери, как протянула к нему руки, но длинные пальцы тотчас же сомкнулись на моих запястьях. Адриан вытащил меня на балкон и крепко прижал спиной к своей груди, подавив все попытки к сопротивлению, склонил голову и прислонился щекой к моим волосам. Я стояла, тяжело дыша, отчаянно страшась и столь же отчаянно желая человека, держащего меня сейчас в своих объятиях. Сердце колотилось как сумасшедшее, я даже слова не могла сказать в полнейшем шоке от своей реакции, от того, что кожу защипало, когда он провел ладонями вниз, вдоль моих рук, и переплел наши пальцы.

— Я скучал без тебя, — шепнул он на ухо, и кожа покрылась мурашками от теплого дыхания, шевельнувшего упавшие на щеки кудри. Я все еще пыталась набрать в грудь воздуха, чтобы обругать его мерзавцем и громко звать на помощь, когда он отпустил мою руку и отвел волосы с плеча, а потом прикоснулся губами к ключице и провел ими вдоль бьющейся на шее венки.

Я хотела рвануться прочь, но колени подкосились.

— Отпусти. — Мой приказ был больше похож на мольбу.

Он не ответил, поднял ладонь и нежно обвел большим пальцем контур моих губ. Я прикрыла глаза, против собственной воли ожидая его поцелуя, но Адриан вдруг отступил.

— Ты права. Пока ты так близко, мы ни о чем не сможем поговорить, и держать себя в руках слишком сложно. Теперь это сильнее меня.

Он отошел к другому краю балкона, а я покачнулась, оставшись без поддержки его рук, и захотелось самой себе влепить пощечину. Что же это за реакция такая? Почему?

— Так нас не услышат. — Адриан поднял руки, и я перестала чувствовать легкое дуновение ветерка, а воздух вокруг уплотнился.

— Что это?

— Воздушный полог.

— Как это возможно?

— После ночи с тобой многое стало возможным.

Я сжала плечи руками. Он получил силу благодаря мне. Что же он сделал с Амиром?

— Что ты сотворил с моим мужем?

— Я убил его.

— Нет! — Это был не крик, это был стон, который может издать только разорванное пополам сердце. — Ты лжешь мне!

— Амиральд Сенсарро закончил свои дни на сумеречных болотах. Трясина еще хранит его энергетический след. А из этих болот, как ты знаешь, никто не в состоянии выбраться.

— Нет, нет, нет. — Я шептала одно и то же, мозг отказывался воспринимать, о чем говорит Адриан.

— Амира больше нет, Виолетта, и он никогда не вернется.

— Я не верю тебе, не верю. Он жив, ты обманываешь меня. Я чувствую, он жив. И я его отыщу, где бы он ни был!