Повелитель теней. Том 1 (СИ) - Куницына Лариса

— Игра началась? — Хок тревожно взглянул на него.

— Судя по всему, довольно жёсткая игра, — проворчал Джулиан.

Они пошли дальше по вьющейся между деревьями тропе. МакЛарен напряжённо всматривался в узкий проход между деревьями, куда она вела. Вокруг стало тихо, не слышно было ни пения птиц, ни шелеста листвы, только шорох прошлогодней травы под ногами. Даже чуткий слух Джулиана, который обострился настолько, что он слышал стук сердец своих спутников, не мог уловить больше ничего, словно время вдруг замерло, погрузив лес в вязкую гущу тишины. Но потом откуда-то возник запах гари. Он принюхался, а вскоре и шедший рядом Хок заметил:

— Дымом пахнет… И чем-то ещё.

— Смертью, — ответил Джулиан. — Держите оружие наготове.

— Ты что-то чувствуешь?

— В том-то и дело, что нет. Ничего живого. И это плохо.

— Хочешь сказать?.. — начал Хок и смолк.

Тропа сделала очередной поворот и вывела к краю леса, за которым расстилалась серая ковыльная пустошь. Здесь мир утратил все краски, оставив лишь оттенки серого. Даже зелёный лес на другом краю пустоши терялся то ли в дыму, то ли в колдовском тумане. А посреди пустоши чёрными остовами вздымались сгоревшие деревянные постройки, какие-то столбы и поваленные полуразрушенные башни, соединённые накренившимся частоколом.

— Теперь и я чувствую, — произнёс Хок и посмотрел на Донцова.

Тот мрачно кивнул и положил руку на рукоятку меча. Джулиан пошёл дальше. Его чёрный плащ с капюшоном развивался, словно от ветра, когда он подходил к разрушенному городищу, хотя воздух оставался неподвижен.

— Держитесь вместе, — напомнил Дакоста, тревожно глядя вперёд.

Он чувствовал тёмную магию, окружившую это недоброе место, и чёрная фигура впереди на фоне разрушенных построек и серой земли казалась ожившей иллюстрацией к готическому роману.

Пройдя мимо ещё чадящих обугленных ворот, они вошли внутрь стен. Здесь тошнотворный запах смерти был ещё сильнее, а вокруг на земле лежали полуобугленные, полусгнившие тела людей. Джулиан остановился на небольшой площади, где над горой чёрных углей стоял почерневший столб, местами подёрнутый серой золой, а местами ещё красневший тлеющим углём. Осмотревшись по сторонам, он подошёл к кострищу и, достав из ножен меч, пошевелил чёрную массу.

— Странно, да? — подошёл к нему Донцов. — Угли ещё не остыли, вокруг тоже полно тлеющих головней, а трупы выглядят так, словно пролежали тут не меньше недели.

— Да, всё это произошло всего лишь несколько часов назад. Именно тогда разбойники резко отстали от нас, и я почувствовал, что нас начинает уводить в сторону.

— То есть мы должны вмешаться? — нахмурился Хок.

— Во что? Тут всё закончилось. Я не чувствую ничего живого, если только…

Неожиданно его прервал жалобный стон, и, обернувшись, они увидели бледную худую женщину, которая, пошатываясь, стояла возле стены, прижимая руки к ране на груди, из которой торчал деревянный кол. В тот же миг из мешка за спиной Хока раздался свирепый вой. Киса давно уже спрятался в своём укрытии, но теперь вдруг тревожно взвыл, и его вой мог означать только одно. Но ещё до того, как Хок понял, что именно, Дэн Кроу кинулся к женщине с явным намерением помочь ей.

— Назад! — закричал Джулиан, а Тонни Хэйфэн бросился следом.

Он хотел удержать Дэна, но не успел. Тот коснулся женщины, но тут же с криком упал на землю и забился в конвульсиях. Тонни подхватил его подмышки и поспешно оттащил в сторону, а женщина вдруг рассмеялась, глядя на свою очередную жертву, и от этого смеха у многих похолодело в груди. Окинув всех злобным взглядом, она подняла руки и начала что-то бормотать. Её руки были белыми с длинными чёрными, загнутыми, как когти, ногтями. Посмотрев на её бледное лицо, серые взлохмаченные волосы, синеватые губы и тёмные провалы глаз, Елизар Дакоста воскликнул:

— Ведьма!

И она тут же повернулась к нему. Протянув в его сторону руку, она злобно оскалилась и вдруг замерла. Её голова завертелась на тонкой шее в поисках угрозы и, наконец, взгляд остановился на МакЛарене, который с мрачной усмешкой смотрел на неё, а потом подошёл ближе.

— Кто ты такая? — спросил он, в то время как она схватилась за свою шею и начала сползать по стене на землю.

— Я слуга… — едва слышно прошелестела она, затравленно глядя на него.

— Что это значит? — спросил Хок, встревожено поглядывая на неподвижно лежащего Дэна, над которым склонился Тонни.

— Она не помнит, кто она, — пояснил Джулиан. — Её подчинил какой-то колдун. Она выполняет его приказ. Кто послал тебя сюда?

— Ротамон, великий и тёмный властелин мира.

— Зачем?

— Возвестить о его приходе с тем, чтоб ему поклонялись и несли дань. Они смеялись, они поносили великого и тёмного властелина, а когда я завязала их языки, они проткнули меня колом и хотели сжечь. Разжёгший огонь от огня погибнет. Так сказал Ротамон.

— Ясно, — кивнул Джулиан. — Какой-то колдун вознамерился прихватить себе часть земель и таким вот образом решил запугать селян. Пару деревень он сожжёт, а остальные ему подчинятся.

— Его надо остановить! — воскликнул Дакоста.

— Правда? — Джулиан усмехнулся. — И как, спрашивается?

— Самым справедливым способом из всех колдовских, — уверенно ответил Дакоста.

— Хорошая идея, но, по видимому, заняться этим придётся мне.

— Я б и сам, — слегка смутился Елизар.

— Не сомневаюсь, коллега, но вы, кажется, забыли взять с собой свою волшебную палочку.

— Хватит ёрничать, — возмутился Хок. — Сделай что-нибудь, пока Дэн не умер.

— Ладно, — пожал плечами МакЛарен и повернулся к ведьме, которая злобно скалилась, глядя на него.

Под его взглядом она вдруг сжалась и завыла, стиснув руками голову, а потом упала на землю и стала царапать её когтями.

— Я Ангел Тьмы выше и темнее любого колдуна, — обратился к ней Джулиан. — Я освобождаю тебя от власти Ротамона и подчиняю своей воле отныне и до века. Ты отправишься к Ротамону и убьёшь его так, как он велел убивать тебе других. Разжёгший огонь от огня погибнет. Если он спросит, кто послал тебя, ответь ему. Когда убьёшь его, ты освободишься от уз плоти и уйдёшь туда, где место тёмным душам. Поднимись!

Ведьма с трудом встала сначала на колени, а потом, опираясь о стену, на ноги и замерла, покачиваясь.

— Забери, что дала! — приказал МакЛарен, указав на Дэна.

Ведьма посмотрела на пилота, и он судорожно вдохнул и открыл глаза.

— Я запрещаю тебе использовать чары против любого живого существа, кроме Ротамона. Он — твоя цель. Ступай!

Она повернулась и медленно поплелась прочь. Из её спины жутковато торчало остриё кола. И по мере того, как она удалялась, небо над сожженным селением светлело, тучи таяли и вскоре после того, как она скрылась из виду, сквозь газовую дымку проглянул белый диск солнца.

Джулиан подошёл к Кроу, опустился рядом на колени и взял его руку. Нащупав пульс, он взял его голову в ладони и какое-то время вглядывался в глаза, а потом кивнул:

— Порядок. Голова не болит? Точно? Но слабость есть? Скоро пройдёт. Вам повезло, что это весьма примитивная магия, и это проклятие так же легко снять, как и наложить. Впредь вам наука. Это опасный мир, потому держитесь подальше от всего, что хоть отдалённо напоминает магию. Всех касается! — добавил он, поднимаясь на ноги.

— Думаете, ведьма убьёт этого колдуна? — спросил Дакоста, тревожно глядя туда, куда она удалилась.

— Вряд ли. Но послание она передаст. Я займусь им позже. А пока нам нужно двигаться дальше. Мы итак потеряли несколько часов. Нужно добраться до Магдебурга, пока не стемнело. Дороги здесь слишком опасны, чтоб ходить по ним в темноте. Будьте любезны, коллега, сделайте Дэну инъекцию биовитала. Он должен выдержать долгий переход.

Пока Дакоста делал пострадавшему укол, МакЛарен осматривался по сторонам, определяя направление, в котором следует двигаться дальше. Остальные были подавлены случившимся, но ещё больше запустением и смертью, царившим вокруг. Трудно было не думать о том, что ещё утром это селение было шумным, наполненным голосами и смехом жителей, теперь лежащих мёртвыми возле своих сожжённых домов.