Протоколы допросов - Александр Васильевич Колчак

Смерть адмирала Колчака

Сообщение контр-адмирала М. Смирнова[1]

7 февраля с[его] г[ода] в городе Иркутске расстрелян большевиками адмирал Александр Васильевич Колчак, с ним вместе расстреляны председатель Совета министров Виктор Николаевич Пепеляев и некоторые другие лица, арестованные вместе с адмиралом, фамилии которых пока не выяснены с полной достоверностью.

Еще не настало время для полной беспристрастной оценки деятельности адмирала Колчака как верховного правителя России, но не может быть сомнения, что он был горячий патриот, честный и искренний человек, любивший Россию и не находивший возможности существовать без нее. Адмирал не принадлежал ни к каким партиям, его целью было восстановление национальной России для пользы русского народа, устроенной на демократических началах. Адмирал призывал на помощь этому тяжелому делу всех сынов России, но его усилиям не суждено было увенчаться успехом.

В начале ноября 1919 года, вследствие напора большевистских армий, было решено отступление Сибирских армий к востоку от Омска. Поэтому адмирал Колчак предложил Совету министров переехать в г[ород] Иркутск, куда также перевести министерства. Предполагалось, что Совет министров прибудет в Иркутск раньше сдачи Омска большевикам. Верховный правитель решил остаться при армии до тех пор, пока она не займет позиции к востоку от Омска и укрепится на них. Вследствие медленности движения поездов Совет министров прибыл в Иркутск уже после падения Омска. Почти одновременно Чехословацкий национальный совет, находившийся во Владивостоке, выпустил меморандум, обращенный к правительствам союзных держав, в котором чехословаки заявляли, что они не могут поддерживать правительство адмирала Колчака, так как оно якобы реакционно, поэтому они требуют, чтобы союзники эвакуировали чехословацкие войска из пределов Сибири. Чехословацкий меморандум явился совершенно неожиданным, так как никогда раньше чехословаки не заявляли Российскому Правительству, что они находятся в оппозиции ему, и для своего заявления выбрали момент, когда Правительство находилось в очень тяжелом положении. Мотивы, побудившие Чехословацкий национальный совет выпустить подобный меморандум, довольно понятны. Чехословацкие войска номинально охраняли железную дорогу от г[орода] Новониколаевска до Иркутска, фактически же они ее не охраняли, т[ак] к[ак] чехословацкая армия в Сибири уже давно разложилась, потеряла дисциплину и была не способна сражаться – она насчитывала в своих рядах до сорока процентов солдат, сочувствующих большевикам. В ноябре 1919 г[ода], вследствие отступления Русской армии, фронт большевиков приблизился к гор[оду] Новониколаевску. Чехи не хотели сражаться, вместе с тем обстоятельства вынуждали их к этому. Чехословацкий национальный совет и придумал оправдание нежеланию чехов сражаться – их несочувствие Российскому Правительству, якобы реакционному. После выпуска своего манифеста чехи, не ожидая разрешения вопроса об их эвакуации, решили произвести ее сами. Они захватили почти все паровозы, находившиеся на линии между Новониколаевском и Иркутском и нарушили движение по железной дороге. Русская армия была лишена главной и единственной линии сообщения. Эти действия чехов поставили армию в критическое положение. Все поезда, находившиеся на линии между Омском и Новониколаевском, были остановлены действиями чехов. Поезда эти были наполнены военными материалами, правительственными служащими, женщинами и детьми, эвакуированными из Омска. Все это было обречено на гибель. То, что не было захвачено большевиками, гибло от жестоких сибирских морозов и от голода. Женщины и дети умирали массами. Между Омском и Новониколаевском попало в руки большевиков около 200 поездов. Адмирал Колчак двигался в своем поезде вместе с Сибирской армией, с ним же шел поезд с золотым запасом, где находилось около 400 миллионов золотых рублей (около 200 миллионов долларов). После долгих переговоров с чехами они согласились дать паровозы для движения поездов верховного правителя, но при условии, чтобы он не обгонял чешских эшелонов. Таким образом, адмирал Колчак медленно продвигался на Восток. В середине декабря его поезда находились около гор[ода] Красноярска. В это время на Черемховских угольных копях началось восстание рабочих против Правительства. Восстание было организовано партией социалистов-революционеров, которую поддерживали чехословаки. Вскоре восстание распространилось по линии железной дороги до ст[анции] Иркутск. В Иркутске борьба продолжалась десять дней, после чего город был занят повстанцами, и Совет министров перестал существовать. Французский генерал Жанен, командовавший чехословацкими войсками и носивший звание главнокомандующего союзными войсками в Сибири, не допустил действий русских правительственных войск против повстанцев в районе железной дороги. Еще до падения Иркутска, вследствие настояния Российского Правительства, Совет союзных верховных комиссаров дал письменное обещание установить нейтральную полосу вдоль линии железной дороги, с тем чтобы в этой полосе не происходили военные действия, но чтобы войска Российского Правительства могли свободно передвигаться по железной дороге. Однако это обещание выполнено не было. Атаман Семенов прислал из Забайкалья часть войск для подавления восстания в Иркутске. Действия этих войск были безуспешны. Одновременно с ними на станцию Иркутск прибыл батальон японских войск, но он не принимал участия и оставался пассивной силой. До падения Иркутска, вследствие настояния Российского Правительства, союзные высокие комиссары дали письменную инструкцию генералу Жанену обеспечить безопасный проезд на Восток верховного правителя и провоз золотого запаса, если это будет возможно. В этот момент адмирал Колчак находился на станции Нижне-удинск. Адмирал колебался, ехать ли ему дальше на Восток под охраной чешских войск или вернуться на запад, где присоединиться к остаткам Сибирской армии, покинувшим свои поезда и отступавшим с рядом тяжелых боев на восток по грунтовым дорогам. Чехословацкое командование дало заверение адмиралу, что он и чины его штаба будут в полной безопасности доставлены на Дальний Восток под охраной чехословацких войск. При этом адмиралу было предложено покинуть его поезд и вместе со всеми чинами его штаба пересесть в один вагон, который будет прицеплен к поезду 6-го чехословацкого полка, считавшегося наиболее надежным. Адмирал вместе с 48 лицами штаба (в том числе председатель Совета министров В.Н. Пепеляев) поместился в одном вагоне и вместе с чешским поездом двинулся на Восток. На окна вагона были наклеены флаги пяти союзных держав: американский, английский, французский, японский и чешский, что означало, что адмирал находится под защитой этих держав. 15 января поезд прибыл на вокзал в Иркутск, где был окружен вооруженными рабочими. В вагон адмирала вошел чешский офицер и заявил ему, что по приказанию генерала Жанена чешская охрана снимается. Адмирал принял это заявление совершенно спокойно и только сказал: «Это означает, что союзники меня предали». После снятия чешской охраны адмирал Колчак и все лица, его сопровождавшие, были отведены в иркутскую тюрьму. Японский военный представитель, полковник Фукуда, находившийся на станции Иркутск, послал офицера к чешскому генералу Сыровому, находившемуся также на ст[анции] Иркутск (генерал Жанен в это время был в Верхнеудинске) с предложением передать охрану адмирала Колчака японскому батальону.