1356 - Бернард Корнуэлл

— Под Креси нас тоже было меньше.

— И разве это хорошо?

Он нашёл Томаса, приказал ему взять с полдюжины лучников и повёл к южной оконечности английских порядков и вниз, в болотистую пойму Миоссона, где под деревьями укрылись телеги английского обоза.

— Обоз может пересечь реку по мосту, — сэр Реджинальд махнул на восток, в сторону монастыря, утопающего в сочной, едва вспрыснутой жёлтым, зелени, — Беда в том, что улицы в деревне узкие, и могу биться об заклад, что, к гадалке не ходи, найдётся осёл, который зацепит колесом угол дома и сломает ось. Лучше уж не рисковать и воспользоваться бродом. Вот в этом и состоит наше задание. Прощупать, проходи́м ли брод.

— Готовимся драпать?

— Принц вострится. Перемахнуть реку и дуть, что есть сил, на юг, к Бордо.

На берегу сэр Реджинальд повернулся к Томасу и его лучникам:

— Так, парни, засядете здесь. Если какой-нибудь французский недоносок объявится, дайте знать. Стрелять в них не стоит, хватит крика, но луки держите наготове.

Дорога на болоте, проложенная по насыпи, была наезжена. Ездили по ней часто и много. Добравшись до брода, лошади Томаса и Кобхэма принялись жадно пить. Дав коню утолить жажду, сэр Реджинальд тронул поводья, направив животное к середине реки. Кобхэма интересовало дно брода, нет ли топких мест, где может увязнуть телега. Лошадь шла уверенно, не проваливаясь.

— Сэр! — напряжённо позвал Сэм.

Кобхэм повернулся в седле.

Десяток всадников наблюдал за бродом со склона западного холма. В шлемах были все, а кольчуги у троих покрывали матерчатые жюпоны, гербы на которых Томас, как ни старался, разглядеть не смог. Один из конников держал копьё с вымпелом, ярко рдеющий на фоне зелёной с жёлтым листвы.

— Шамп-д’Александр, — сказал сэр Реджинальд.

Видя поднятые брови Томаса, объяснил, кивнув на западный бугор:

— Так местные зовут этот холм. Александрово поле. Похоже, хитрые шныри решили разнюхать, что у нас творится.

Достать французов (а на том плоском холме могли быть только французы) из лука не представлялось возможным, далеко. Томас прикинул, что лучников, находившихся в тени ив, им не должно быть видно.

— Брать сюда больше людей, — произнёс Кобхэм, — всё равно, что просигналить французам: нам очень нужен брод, не пропустите! А я не хочу, чтобы они пялились на то, как мы перегоняем через реку наши фургоны.

С Шамп-д’Александр не было видно телег на северном берегу, закрытых выступом холма, на котором расположились англичане. Тем не менее, наличие французского дозора сэра Реджинальда не обрадовало:

— Перемирие — вещь хорошая, только о нём легко забыть, глядя на вертящихся перед самым носом двух конных, один из которых вполне может оказаться способным заплатить за себя выкуп.

Дозорные, по всей видимости, мыслили сходным образом. Лучников они не заметили. На скорую подмогу, по разумению французов, парочка конников рассчитывать не могла (до английских позиций было порядочно), а потому разведчики пустили коней галопом по направлению к реке.

— Так, — мрачно констатировал Кобхэм, — Накаркал. Насколько хороши твои лучники?

— Лучше не бывает.

— Славно. Эй, парни! Есть повод попрактиковаться в стрельбе! Убейте-ка для меня парочку деревьев! Только не зацепите ни коней, ни ослов на них. Просто попугайте!

Французы скакали двумя рядами, набирая скорость по мере того, как деревья редели. Сэм выстрелил первым. Белое оперение мелькнуло среди веток, и стрела вонзилась в дуб. Следом за первой стрелой с тетив сорвались ещё пять. Они сбивали с деревьев кору, чиркали по сучьям, ближайшая пролетела в шаге от французского всадника.

Дозорные намёк поняли и осадили коней.

— Ещё залп, ребята, — скомандовал сэр Реджинальд, — Постарайтесь уложить стрелы поближе к ним, пусть уяснят хорошенько, что вы здесь и не настроены шутки шутить.

Тетивы запели вновь, окончательно охладив воинственный пыл французского разъезда. Дозорные повернули назад, при этом один из них вполне дружелюбно помахал рукой сэру Реджинальду. Тот помахал в ответ, приговаривая:

— Спасибо Тебе, Господи, за лучников…

Французы скрылись из виду, и Томас приказал:

— Сэм, надо стрелы вернуть.

Его эллекины основательно разжились стрелами из запасов армии принца, но зачем добром разбрасываться?

— В общем, так, — сказал Томасу Кобхэм, — Постережёте брод сегодня ночью. Я пришлю сюда остальных твоих молодцев. Трубач у тебя есть?

— Нет.

— Пришлю. Если французы надумают провести разведку боем — бей тревогу. Обычные дозоры отгоняй. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы, увидев наш обоз на броде, сообразить, что мы удумали.

— А мы всё же удумали отступать? — переспросил Томас на всякий случай.

Сэр Реджинальд подал плечами:

— Может, да. Может, нет, — он вперил взгляд туда, где исчезли в чаще французы, словно силясь рассмотреть, чем занят противник, — Принц склонен продолжать отход на юг. Наутро, скорее всего, он отдаст приказ, мы переберёмся через речку и смажем пятки салом. Французы могут нам помешать, но тут уж приходится уповать на то, что им потребуется время. Пока проснутся, пока допетрят, что происходит… Глядишь, пары часов как не бывало. Поэтому-то я и хочу первыми пропустить через брод обоз. Армия-то потом быстрее переправится.

Кобхэм выехал из воды обратно на дорогу и задумчиво добавил:

— Хотя, вдруг попы предложат и вправду что-то путное? Эх, если бы вышло соединиться с Ланкастером…

Он с сожалением крутанул головой, а Томас осведомился:

— А что, есть возможность?

— Была. Соединиться и навести шороху в северной части Франции. Погода помешала. Через Луару мы не перебрались, и с тех пор всё у нас через пень-колоду. Даже вон в Гасконь мимо французов прошмыгнуть не удалось. Так что стерегите до утра брод, а там будет видно. Может, и получится…

Прошмыгнуть. Целой армии.

Капталь де Бюш в сопровождении двадцати латников ехал на север. Они миновали людей герцога Сэйлсбери, охранявших северную оконечность гребня. Бойцы герцога были сосредоточены за изгородью, а лучники копали ямы, в которых лошади врага, вздумай французы атаковать, переломали бы ноги. Один из лучников провёл кавалькаду капталя через полосу ловушек безопасным путём. Трясясь в седле, капталь бросил взгляд назад, туда, где за виноградником представители враждующих сторон при посредничестве церкви вели переговоры о мире. Туда приволокли лавки, но не поставили ни шатра, ни даже навеса. Высокие договаривающиеся стороны чинно беседовали, над ними реял одинокий стяг с ключами святого Петра, свидетельствующий о присутствии папского легата. Чуть в стороне расположилась охрана и герольды.