Правильные мечты (СИ) - Литт Ксюша

  По зданию разнесся еще один призывный звонок.

  - Ну паааап, - снова встревоженно заныла Мила.

  - Мы опоздаем, - завопили возмущенно теперь уже и остальные дети.

  - Лёва и Пашка в туалете, - вдруг сообщил кто-то.

  - Ну вот видишь, - Вадим развел руками и подмигнул, - в туалете, засранцы. А ты переживала.

  - Засранцы, засранцы, - естественно тут же подхватили ребятишки.

  "Что-то дурное так они быстро схватывают. Вадька такой бестолочь все же". - Инка осуждающе покачала головой, но тоже улыбнулась.

  "Фиг с ним. Пусть засранцы. Главное - всё. Второй этап "раздеть" - пройден. Осталось рассадить".

  Уже прозвенел и третий звонок, и свет приглушили, и занавес начал раздвигаться, а Вадима обещавшего притащить сюда "засранцев" все не было. Инка, естественно, ерзала и волновалась. Почему так долго? Хотела уже сама побежать и посмотреть, что там случилось, но и оставить здесь остальных двадцать подопечных без присмотра она не могла, а позвонить почему-то не догадалась.

  Наконец, когда по сцене забегали первые артисты, дверь тихонько отворилась и под бурчание администратора в зал тихонько прокрались и присели на свободные с края места Вадька, Миланка и Инкины потеряшки. Инна облегченно выдохнула. Все с виду вроде живые, здоровые, не побитые, а мальчишки вроде даже и довольные. Вот только одеты как-то... Пашка, тот который Дарт Вейдер. Она точно помнила мальчик внизу на первом этаже носился в черной водолазке, в черном плаще, в общем весь черный, когда размахивал своей светящейся палочкой. А сейчас от черного остались одни штаны, а сверху обычная футболка - белая с красной надписью "Supreme". Лёвка, так вообще, оказался закутанный в теплый свитер.

  Инна погипнотизировала взглядом Вадима, но тот в полном зале ее не замечал, сразу уставился с серьезным видом на сцену, пытаясь вникнуть в происходящее.

  "Что случилось" - набрала Инна смс, в неведении все равно спокойно не сиделось.

  Через секунду Вадька вздрогнул и закопошился, проверяя карман. Вытащил телефон, прочитав, спешно оглянулся, но все равно в темном помещении ни кого не разглядел и Инку, естественно среди толпы не нашел. Начал набирать ответ. Инна замерла в ожидании. Вадим долго возился, тыча пальцами в экран. Она уже настроилась читать целое сочинение, но спустя пару минут пришло короткое.

  "Нормально все. Облились немного водой. Переодевались".

  Видимо не так уж и немного, раз переодевались, подумала Инна, но все равно, успокоившись, довольно улыбнулась. Как здорово все же, что Вадим сегодня оказался здесь.

  "Спасибо" - снова полетело сообщение на крайние места.

  Вадька прочел, усмехнулся. Через секунду в руках у Инны вжикнуло.

  "Отработаешь", - а следом добавочное, - "Ночью", - а потом еще одно, - "Сегодня".

  Инка прикусила язык, чтобы не засмеяться.

  "Ок. Сегодня ночью".

  Вадим просмотрел, что ему написала Инна, но больше ничего не ответил, убрал телефон. Оглянулся на Миланку, что-то ей шепнул, та кивнула и оба улыбаясь уставились на сцену. Инка тоже пыталась смотреть показываемое представление. Да она видела носящихся по сцене пиратов, слышала произносимые ими слова, слушала песни, но, честно, вникнуть за все время в смысл так и не смогла. Просто приходилось постоянно отвлекаться на ребятню и одергивать балующихся, а еще глаза почему-то так постоянно сами и косились туда, к краю в сторону выхода, останавливаясь на двух знакомых, таких поразительно одинаковых профилях. Просто один большой, а другой чуть поменьше. И носы одинаково вздернуты и лбы один в один - прямые, и даже наклон головы в одну сторону. Странно что ей раньше казалось, что Милка совершенно не похожа на Вадима. Ничего подобного, очень даже похожа. Точно папина дочка.

  Прода от 02.06.2018, 14:32

  Глава 42

  - Может, ко мне поедем? - Вадим с Инной только вышли из здания школы и ее руки еще не успели замерзнуть, скорее наоборот, вспотели, пока она сдавала ребятишек второго "А" класса их родителям, но Вадька все равно ухватил девчачью ладонь и сунул себе в карман. Ну и что, что не холодно, ну и что, что сегодня температура на улице поднялась почти до ноля - просто ему так нравилось.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

  Инка осторожно огляделась и только потом придвинулась ближе, прижавшись к плечу. Ее все еще напрягало, что кто-то мог обнаружить их связь. А Вадима немного коробило, что девушка его стеснялась, но с другой стороны, наверное, она и права. Учительница, замутившая интрижку с отцом ученицы - это неправильно и совсем не то, что стоит делать достоянием общественности. Так что...

  Он тоже окинул беглым взором двор: тройка школьников, слишком занятые игрой в снежки, которым точно было не до учительницы информатики и ее спутника, да Милка шагающая впереди с рюкзаком на спине в форме собаки. Довольная - целый килограмм, а то и больше сладостей, выданных на елке, болталось у нее за плечами.

  - Ну, так что? - повторил он вопрос. - Поедем? Можно, конечно, и к тебе, но твои родаки мне не очень рады.

  Инка хмыкнула. Ну да, "не очень" - это мягко сказано, точнее было бы выразиться - ненавидят. Правда, Вадим так до конца и не понял за что. Так-то ему плевать на любое чужое мнение, однако зачем лишний раз тревожить людей, если просто можно не мозолить им глаза.

  - А твои мне будут рады? - с сомнением отозвалась Инна.

  - Мои?

  Это смотря кого считать его родителями. Если мать с отчимом, то... Вадим задумался. Первую и, в общем-то, единственную его девушку, которую они имели честь лицезреть - Милкину мать. И ее они на дух не переносили. Всю вину и ответственность за случившееся, естественно, родные скинули на нее. Это она, по их мнению, совратила пацана и испортила ему жизнь. Поэтому радоваться там вообще было некому. А как бы отнеслись они же к Инке, заявись Вадим с ней домой? Кто ж его знает? Матери, вполне возможно, она и понравилась бы. Два педагога как-никак, к тому же два математика. Они,

  наверное, смогли бы найти общий язык. Но это никогда не суждено узнать - его родители далеко отсюда. А отец и мачеха хоть и здесь, но им вряд ли интересно, с кем он проводит время, если это, конечно, никак не касается Миланки. А вот тут как раз и возникала проблема. Инна очень даже имела отношение к его дочери, ближе некуда - она ее учительница, следовательно, сомнительно, что они запрыгают от восторга при знакомстве от осознания того, что та, которая должна подавать хороший пример детям, зажигает с таким непутевым балбесом как он. Так что, скорее всего, нет - никто счастлив ее видеть у себя дома не будет, но Вадим и не собирался ее к ним вести. Поэтому и ответил безразлично:

  - Мои - не знаю. Я вообще-то один живу. Ну, или иногда вдвоем с Милкой, - случались моменты, забирал он ее на какое-то время к себе, разбавить свою холостяцкую жизнь заботами о ребенке. Чаще после размолвок с родственниками, а иногда и просто под настроение. Но в основном его берлога обычно пустовала, служа Вадиму лишь ночлегом, да и то не всегда. Был, кстати, период, когда Степка пытался пристроиться и использовать личное Вадькино жилье для устройства гульбищ и разврата, но Вадиму это сразу не понравилось. В квартире и без того с порядком всегда была полная напряженка, убираться он не любил, да и не очень-то и умел, а после таких развлечений она стала напоминать вообще какой-то бомжатник. Так что халяву брату он прикрыл быстро, отправив того для своих утех хаты снимать. И сейчас получалось так, что Инка - это, пожалуй, первая девушка, которую он собирался пригласить к себе. - Кроме меня, там больше никого нет, - заверил он ее, - а я тебе буду очень рад.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

  - Один живешь? - с удивлением переспросила Инна. - Снимаешь, что ли?

  - Нет, своя.

  - Ипотека?