Российская история в лицах - Владимир Фортунатов

При Николае I прошли 30 из 40 лет строительства Исаакиевского собора (архитектор О. Монферран), освященного в 1858 г. В 1839—1844 гг. по проекту архитектора А. И. Штакеншнейдера был возведен Мариинский дворец, где ныне размещается Законодательное собрание Санкт-Петербурга. Логичным на Исаакиевской площади выглядит памятник Николаю I, открытый в 1859 г. (последняя работа скульптора П. Клодта). В 1834 г. на Дворцовой площади меньше чем за час поднялась Александровская колонна О. Монферрана. В декабре 1837 г. у ее подножия сваливали ковры и картины, кухонную посуду и мебель, драгоценности и резные двери, одежду из гардеробов императорской семьи, так как в Зимнем дворце произошел страшный пожар. Эвакуацией дворца руководил сам царь. По его повелению уже к марту 1839 г. Зимний дворец был возрожден (под руководством архитекторов В. П. Стасова и А. П. Брюллова). Дворцовая площадь получила окончательную завершенность после установления Александровской колонны и постройки в 1837 г. здания штаба Гвардейского корпуса (архитектор А. П. Брюллов). В 1837 г. к 25-летию Отечественной войны перед Казанским собором воздвигли памятники М. Кутузову и М. Барклаю-де-Толли работы скульптора Б. Орловского. В 1829—1834 гг. по проекту К. Росси построили часть здания Публичной библиотеки, обращенную фасадом к Александрийской площади (ныне площадь Островского).

Некоторые авторы считают, что в масштабах пожара виноват сам царь. В начале пожара он скомандовал открыть окна и двери, что способствовало быстрому распространению пламени.

В России, к сожалению, многие вещи делаются лишь после того, как главное лицо в стране «топнет ножкой». Можно только предполагать, сколько времени заинтересованные лица и бюрократы гоняли бы по кругу А. Ф. Герстнера с его проектом строительства железной дороги Санкт-Петербург – Царское Село, если бы Николаю Павловичу не случилось в молодые годы лично кидать уголек в топку паровоза, изобретенного англичанами. А по команде императора выделенные русские солдаты за несколько месяцев 1837 г. построили первую «железку». Самую прямую двухпутную железную магистраль в мире также построили при Николае I в 1843—1851 гг.

Живой интерес Николая I к техническим новшествам вообще дорогого стоил. В 1830-е гг. на Невском проспекте масляные фонари, установленные еще в 1723 г., заменили на газовые. В 1851 г. был введен в эксплуатацию первый постоянный мост через Неву, построенный под руководством С. В. Кербедза. Большая работа проводилась по улучшению водоснабжения столицы.

С полной уверенностью в победе Николай I начал Крымскую войну против Турции. И просчитался. Турцию поддержали Англия, Франция и Сардиния. Россия проиграла. Видимо, у сына гоф-фурьера Данилы Бабкина были свои представления о чести и достоинстве. Он сделал свой выбор.

4.2. Государственные деятели

4.2.1. «Полудержавный властелин». А. Д. Меншиков при Петре и без Петра

Первый губернатор Санкт-Петербурга Александр Данилович Меншиков (1673—1729) был сыном придворного конюха. По рекомендации адмирала Франца Лефорта он стал денщиком у Петра и обнаружил исключительную преданность и усердие. С 1693 г. Меншиков числился бомбардиром лейб-гвардии Преображенского полка. Он сопровождал Петра в азовских походах (1695—1696), в Великом посольстве в Западной Европе (1697—1698), жадно впитывал знания по артиллерийскому делу, фортификации, судостроительному искусству, хотя не владел даже элементарной грамотой.

Во время Северной войны 1700—1721 гг. Меншиков участвовал во всех крупных сражениях (Нотебург, Нарва, Калиш, Лесное, Полтава и др.), проявил себя как крупный кавалерийский военачальник. Он не раз демонстрировал тактическое мастерство, инициативу и личное мужество. В 1703 г. царь назначил Меншикова губернатором Ингерманландии (впоследствии Петербургской губернии). Вскоре он стал генерал-майором, графом и светлейшим князем. Под Полтавой конница Меншикова настигла у Днепра корпус шведского генерала и принудила его к капитуляции. Бывший денщик получил чин фельдмаршала.

В Петербурге в отсутствие царя Меншиков был главным распорядителем строительных работ. Он регулярно сообщал царю о благоустройстве столицы, о приведении в порядок дорог и укреплений, об устройстве фонтанов в Летнем саду, о посадке 25 тысяч деревьев в Петергофе, о возведении колокольни Петропавловского собора. Меншиков был выдающимся организатором, чрезвычайно работоспособным человеком и стремился довести любое дело до завершения в намеченные сроки. Ни один город страны, да и Европы, не строился так быстро, как Петербург.

В то же время любимец Петра был тщеславен и корыстолюбив. С 1714 г. он постоянно находился под следствием за многочисленные злоупотребления и хищения, подвергался огромным денежным штрафам. От суда его спасало благоволение императора и его жены.

При Екатерине I (1725—1727) Меншиков фактически стал правителем России. При Петре II он был объявлен генералиссимусом и хотел женить молодого императора на своей дочери. Болезнью и ошибками светлейшего князя воспользовались противники. Он лишился всего имущества и был выслан с семейством в Сибирь, в город Березов (Тобольской губернии).

«Без большой погрешности общую сумму сокровищ и денег Меншикова можно опредлить в 400 тысяс рублей.

А. Д. Меншиков.

Если перевести деньги того времени на курс золотого рубля начала XX в., то получим около 3,5 миллионов рублей.

Работный человек средней квалификации на мануфактуре во времена Меншикова получал 18 рублей в год.

Уместно вспомнить, что в начале жизненного пути все богатство Меншикова составлял кузов, наполненный пирогами. На склоне лет для доставки в Москву одних только драгоценностей и денег понадобилось шесть сундуков.

Сумма в 400 тысяч рублей, разумеется, не отражала все богатство Меншикова. Здесь речь идет только о наличных деньгах и драгоценностях. Немалых денег стоила обстановка дворцов Меншикова в Ораниенбауме, Кронштадте, Москве и Нарве. Главное же богатство князя составляли многочисленные вотчины, крепостные крестьяне, промысловые заведения, дворцы, мебель, хрусталь, ковры, картины, одежда и пр.».[71]

В Березове Меншиков жил скромно. Он сам срубил церковь, рядом с которой и был похоронен без пушечной пальбы и торжественных церемоний. Почти через сто лет после смерти светлейшего князя предполагаемое место его захоронения и найденное тело подверглись обследованию. Идентифицировать найденные останки с полной достоверностью не удалось. Считается, что останки самого бывшего генералиссимуса унесла река Сосьва во время одного из половодий.