Блуждающий Неф - Саша Суздаль

— Кому?

— Я разве не сказал? — удивился хабиба Бата. — Конечно, Маргине.

— А при чем здесь мы? — удивился король.

— Вам она не откажет, — промолвил хабиба Бата.

— Я тебе удивляюсь, хабиба Бата, — растерянно поднял брови король, — ты ли это?

— Это я, Ладэоэрт, — ответил хабиба Бата, — и сам себя не узнаю, но поверь, больше ничего сделать не могу. Помоги.

Доностос Палдор катился в карете, радостно думая о своём возвращении домой. Все дела сделал, управляющих обругал, где нужно, подправил, а где чуть-чуть похвалил и хозяйственный механизм размеренно закрутился, поднимая в душе Палдора приятное убеждение, что без него все остановится. Кроме того, присутствие сына, Хабэлуана, возбуждало в нем гордость и за себя, и за него, так как их похожесть неизменно замечалась управляющими и доставляла Палдору огромное удовольствие. Он нетерпеливо подгонял кучера, ощущая лёгкую опьяняющую эйфорию от возвращения домой, от встречи с супругой и дочерью, в их маленький островок семейного счастья.

Хабэлуан сидел напротив, равнодушно посматривая в окно, и, вспоминая поездку, понимал, что отец ждёт от него многого, что когда-то ему, Хабэлуану, отец доверит управление его хозяйством, и что он ещё многого не понимает и придётся, многому учится. Он не испытывал особого восторга от возвращения домой, а с большим удовольствием остался бы там, на плантациях, чтобы попытаться по-настоящему вникнуть в хозяйственные дела отца.

— Посторонись! — крикнул кучер, обгоняя несколько повозок. Палдор кинул беглый взгляд в окно, и попытался снова вернуться к своим мыслям, как что-то, бросившееся ему в глаза, остановило их, и он непроизвольно крикнул кучеру: — Стой!

Палдор вышел из кареты и смотрел на повозки, пытаясь что-то вспомнить. Хабэлуан выглянул в окно, не понимая причины остановки, и, открыв дверь, спросил:

— Что-то случились?

— Хабэлуан? — воскликнула девушка из повозки. Хабэлуан взглянул на девушку и вспомнил:

— Миралин? Что вы здесь делаете?

— Едем в Арбинар, — ответила Миралин, спускаясь на дорогу. Из повозки грациозно и лениво спрыгнул вниз большой красный обаятельный зверь и принялся обнюхивать Хабэлуана.

— Это, вы помогли нам в дороге, — вспомнил Палдор, подходя к Занзиру.

— Приятно вас встретить, с Онти всё хорошо? — спросил Занзир.

— Вы сможете её увидеть, — улыбнулся Палдор. — Я вас всех приглашаю к себе, — сказал он, радуясь возможности, со всем миром поделится своим счастьем.

Палдор не мог знать, что с Онти не всё было так хорошо, как бы он хотел.

Рекурсия. Мо

Мо вышел из комнаты, и на него набросилась Полиния: — Что с Онти?

— Онти? — удивился Мо. — Она совершенно здорова и спит.

— Спасибо, — сказала Полиния, и метнулась в комнату.

— А что с Маргиной? — поинтересовалась королева.

— Ей для выздоровления нужен крепкий сон, — ответил Мо, — я останусь здесь.

В открытое окно заглянул Балумут, и уставился на Мо.

— Не беспокойся, с ней всё хорошо, — успокоил его Мо.

— Я знаю, кого нужно шпиннануть, — сообщил Жужу. Мо прочитал его и сказал: — Я разберусь.

— А что с Вава?

— Твой друг заснул, посторожи его, — наказал Мо и счастливый Жужу отправился в сад.

Мо опасался, как бы его радикальное лечение не повредило индивидуальность Маргины. В таком тонком деле никакие расчёты не могут определённо сказать, что можно потерять, нарушив одну, казалось бы, случайную связь. К тому же, в отличие от Онти, Мо пошёл дальше, и структура Маргины стала такой, как у него самого, Тёмного или Блуждающего Нефа. А контролировать и управлять таким телом намного сложнее, чем человеческим. Маргину нужно было приготовить к её состоянию, потому что последствия психического стресса могут неотвратимо изменить её личность. Поэтому, Мо растянулся котом возле её кровати, понимая, что знакомый ей образ защитит её от волнения.

Прибытие в дом короля Ладэоэрда, вместе с хабиба Бата, совсем не способствовало тишине и спокойному отдыху больных. Полиния, невзирая на статус гостей, выгнала всех из дома в сад, где они, попивая в беседке сок, могли наслаждаться разговорами сколько угодно. Король тут же посвятил королеву в планы хабиба Бата, и она их идею горячо поддержала, как бы ни хотелось ей поступить наперекор Ладэоэрду. Горячее желание устроить чужую судьбу так облагораживает это желание, что многие даже не думают о последствиях. Что же тут укорять королеву. Так Маргина, лёжа без сознания, получила жениха и кучу доброжелателей в придачу.

Хабиба Бата собрался перевезти Маргину в свой дом, чтобы лично ухаживать за ней, но когда он, в компании короля и королевы, появился в дверях комнаты, Мо сказал одно слово:

— Нет.

От его взгляда повеяло такой холодной и колючей вечностью, что у хабиба Бата забыл все слова, которые намеревался сказать. Отказ Мо задевал самолюбие короля, но тот понимал, что столкнулся с силами, с которыми спорить нельзя и благоразумно удалился, убеждая хабиба Бата в том, что кот прав — больную лучше не тревожить.

Проснувшаяся Онти ничего плохого не помнила, а от порезов давно не осталось и следа, поэтому она искренне удивилась, что Маргина больна, и сейчас же спустилась вниз. За ней, хвостиком, поплелась ватага зелёных. Она зашла в комнату и мысленно спросила: «Что с ней, Мо?»

«Ей предпочтительно спать, чем больше, тем лучше», — ответил Мо. Онти опустилась на коврик, рядом с Мо, и обняла его за шею.

«С ней всё будет хорошо?»

«Надеюсь».

«Я тебе верю, — сказала Онти, — с тобой легко и надёжно».

Их милую беседу прервал гомон во дворе. Онти выглянула в окно и крикнула:

— Папа приехал! — она запоздало глянула на спящую Маргину: — Ой!

— Иди, — сказал Мо, — только сюда пусть пока не ходят.

Онти кивнула и понеслась во двор, где увидела отца, Хабэлуана и несколько кибиток. Она бросилась к Палдору и попала в его объятия. Рядом тёрся Хабэлуан, как будто повзрослевший, стесняющийся своего желания обнять сестру. Полиния, улыбаясь, медленно шла от крыльца. Палдор отвёл для гостей-артистов весь левый флигель и только потом подошёл к Полинии.

— Как ты тут? — спросил он, целуя её.

— Нам плохо без тебя, — ответила Полиния, обнимая его, потом добавила: — У нас больная Маргина.

Анапис подстерёг её возле базара, когда она возвращалась домой. Он вскочил на переднее сидение и спросил, забирая вожжи у Альмавер:

— Не подвезёт ли меня красавица по пути домой?

— Кто ты такой? — сразу насторожилась она, выдёргивая свою руку.