Клинки Ойкумены - Генри Олди

Диего Пераль нравился инспектору все больше и больше.

– Ваши раны еще тревожат вас, мар Пераль. Присту́пите к работе через десять дней. Я оформлю вам больничный лист с семидесятипроцентной оплатой.

Сутки в регенераторе, и от ран Диего Пераля не осталось бы даже шрамов. Но регенератор был эскалонцу не по карману. Это мар Дахан понимал лучше всех. А еще он видел, что переубедить упрямого варвара не удастся. Он не возьмет денег у гематра – и он твердо намерен вернуться к тренировкам сию же минуту.

– Я вполне здоров.

– Это не так.

– У Джессики на носу соревнования.

– Это так.

– Я обязан ее подготовить.

Эзра Дахан промолчал, глядя, как Диего Пераль уходит переодеваться. Семнадцать минут спустя мар Дахан, стоя на галерее – еще до отлета с Хиззаца – наблюдал, как Диего Пераль убивает Джессику Штильнер. Убивает безжалостно, кратчайшим путем, простейшим способом. Так убивают врага на войне. Не брезгуя грязными приемами, жестоко и подло. Раз за разом, молча.

Без криков и ругани.

Если бы не нейтрализатор Джессики, который Пераль-младший тщательно проверял после каждой перезагрузки. Если бы не колоссальный опыт Эзры Дахана. Если бы главный тренер команды не был гематром. Уберите хотя бы один из перечисленных факторов, и мар Дахану сделалось бы страшно. Я принял верное решение, сказал он себе. Этот человек незаменим для подготовки спортсменов. Кроме того, работа – единственное спасение для Диего Пераля.

Энкарну де Кастельбро похоронили на четвертые сутки после ее трагической гибели – согласно законам Хиззаца. Диего тогда находился под следствием. Его привезли на кладбище Сум-Мат Тхай в сопровождении двух полицейских. Точнее, трех: водитель остался в мобиле.

Людей пришло мало. Местная супружеская пара – хозяева бунгало, которое снимали беженцы с Террафимы. Джессика Штильнер. Кладбищенский распорядитель. Дряхлый сухонький священник в шафрановой рясе. Покойная исповедовала другую религию, но священника Церкви Господа Горящего поблизости не нашлось, а может, плохо искали. Заупокойную службу согласно нужному обряду провели виртуально.

Эзра Дахан ждал поодаль, скрыт ветвями гиацинтовой ивы, свисающими до самой земли. Благоухающая завеса лиловых цветов мешала обзору, но мар Дахан счел некорректным подходить ближе. Он не был знаком с покойной. Видимо, пара туристов-помпилианцев, укрывшихся в беседке, увитой плющом, считала так же. Это они обнаружили тело. Третий свидетель, сорасец Дахана, на момент похорон уже покинул Хиззац.

Звон молитвенного колокольчика – внезапно глубокий и чистый. В воздухе тает дым поминальных свечей. Гортанный напев священника. Когда скромная церемония закончилась, Диего Пераль долго стоял над могилой. Так долго, что Эзра Дахан уверился: скоро здесь состоятся еще одни похороны. Вероятность – семьдесят три целых, четыре десятых процента.

Он ошибся, и был рад этому.

Не прошло и двух дней после возвращения на работу, как Пераль обратился к гематру с просьбой:

– Мне требуется ваша помощь, маэстро.

– Какая именно?

– Кроме занятий с Джессикой, я хотел бы тренироваться самостоятельно.

– Вы намерены принять участие в турнире?

Ответ мар Дахан знал заранее – с вероятностью девяносто три процента.

– Нет. Я хочу… – Пераль замялся на секунду с четвертью. – Хочу повысить свое мастерство. Вы поможете мне разработать оптимальный график тренировок?

– Мастерство тренера? – счел нужным уточнить мар Дахан.

Он по-прежнему не сомневался в ответе.

– Мастерство бойца. Допустим, я хочу противостоять человеку, который моложе и выносливее меня. Предположим, он лучше владеет клинком. На данный момент – лучше.

– Вы ясно представляете возможности вашего гипотетического оппонента?

– Да.

– Вы собираетесь встретиться с ним в спортивном поединке?

И опять гематр знал ответ. Но хотел услышать его от Диего Пераля.

– Я собираюсь его убить.

– Тогда к чему все ваши «допустим» и «предположим»?

– Так мне легче.

– Принимается.

Любой расчет ясно говорил: отговаривать эскалонца бесполезно. Сейчас бесполезно. Но со временем появится шанс переубедить упрямца Пераля. Вероятность такого шанса пока не просчитывалась, но она будет расти с каждым днем. Если, конечно, Эзра Дахан изберет правильную тактику.

В том, что Диего отлично знает, кто убийца Энкарны де Кастельбро, мар Дахан больше не сомневался.

– Хорошо, мар Пераль. Я составлю вам график тренировок – с учетом занятий с Джессикой, а также с учетом ваших планов на будущее. Также я готов раз в два дня разбирать ваши поединки с Джессикой и давать вам рекомендации. Вы ведь и об этом хотели меня попросить?

– Благодарю вас. У меня остался последний вопрос.

– Я слушаю.

– Ученик должен оплачивать труд учителя. Назовите сумму.

Вот уж о чем Эзра Дахан мечтал в последнюю очередь, так о гонорарах, полученных от Диего Пераля. Отказаться от оплаты? Нет, нельзя. Отказ привел бы к целой цепочке психологических травм у собеседника. К счастью, с простодушным эскалонцем должен был сработать один нехитрый прием. Пераль даже в мыслях не допустит усомниться в точности гематрийского расчета.

– Итак, составление для вас индивидуальной программы занятий, ее фиксация в удобной для пользователя форме и устное изложение. Это займет в сумме два часа семнадцать минут моего времени. Плюс рекомендации по результатам поединков с Джессикой. Плюс внеплановые консультации. Это будет стоить вам четырнадцать целых и семь десятых процента вашего жалования. Я обеспечу регулярные отчисления в мою пользу. Можете не беспокоиться.

Диего Пераль ожидал, что услуги учителя обойдутся дороже. Но, как и предвидел мар Дахан, безропотно смирился перед железной логикой расчетов.

– Кстати, мар Пераль, я оценил результаты вашей работы с Джессикой. Ей трудно с вами, но она учится. Это хорошо. На данный момент у меня нет замечаний по методике. Первые рекомендации по вашей личной технике вы получите завтра, вместе с программой тренировок.

Оставшись один, мар Дахан некоторое время просидел в раздумьях. Размышлять старый гематр мог в любом положении: сидя, лежа, на ходу, в кабинете, на улице, дома, в кафе за чашкой тонизирующего чая. Диего Пераль был полезным приобретением для университетской команды, и не только в качестве спарринг-партнера для Джессики Штильнер. Совмещение подходов и методик обучения – гематрийской и эскалонской – в перспективе могло дать впечатляющий результат, повысив качество подготовки спортсменов на сорок один – сорок три процента по сумме показателей. Но для того, чтобы потенциал Пераля раскрылся в полной мере, мар Пераль должен был получить официальное разрешение на тренерскую работу. Для начала требовалось подтвердить диплом Пераля, выданный ему на Террафиме. Отыскивая в вирт-поисковике номер личного коммуникатора Луиса Пераля, отца Диего, Эзра Дахан проанализировал собственные мотивации – и пришел к выводу, что Диего Пераль ему симпатичен. Что он, Эзра, сочувствует эскалонцу. Ему жаль, что невеста Пераля погибла. И наконец, ему будет приятно помочь этому человеку.