Полицейская сага - Стюарт Вудс

– Не исключено, – довольно мрачно проговорил Холмс. – А все эта кампания в прессе: «Линдона на помойку!» Кто знает, а, может быть, так и надо…

– Видите ли, если бы он спросил у меня совета – но это вовсе не значит, что он его спросит, – я бы сказал: «Его стоит оставить».

– То же самое сделал бы и я, но я-то не Джон Кеннеди. Как и вы. Он может делать, что захочет, и никто не способен его остановить. Его переизберут с любым выбранным им вице-президентом. Кто в состоянии выиграть у него? Ричард Никсон? Барри Голдуотер? Непохоже. Но он раздражен тем, что ему не удается найти общий язык с процедурным комитетом Палаты представителей. Умение ладить с Конгрессом всегда считалось сильной стороной Линдона. Возможно, Кеннеди ставит ему в вину само возникновение подобной проблемы.

– Может быть. Однако, я полагаю, что они просто разные люди. Которым друг с другом неуютно. И думаю, что даже ваша текущая деятельность зависит от того, какие цели и задачи ставит перед собой нынешняя администрация. – Холмс вновь отпил коньяк. – Скажите, вы бы привезли Такера Уоттса, если бы не имели в виду то внимание, с которым за вашей деятельностью следит Белый Дом?

– Обязательно, – ни секунды не колеблясь, произнес Билли. – Потому что думаю, что он – настоящее приобретение для города и для штата. И если все получится, то этот пример покажет прочим маленьким городам и поселкам, что нечего бояться предоставлять черным ответственные муниципальные посты.

– А если не получится?

– Не думаю, что из этого возникла бы проблема. Небольшая кадровая неудача. Если, конечно, он не совершит чего-то по-настоящему предосудительного с общественной точки зрения. Допустим, окажется бесчестным или совершит откровенно глупый поступок. Вот это, бесспорно, может отбросить нас назад.

– Это, бесспорно, отбросит вас назад. Выборы уже на носу. Вы не можете позволить себе публичный провал. Вот почему я навел дополнительные справки по поводу майора Уоттса.

Билли удивленно посмотрел на Холмса, он весь напрягся.

– Как вам удалось это сделать? И, самое главное, что вам удалось выяснить?

– Друг из сенатского аппарата Дика Расселла переговорил с одним человеком из Пентагона, и тот порылся в его личном деле.

– И?

– Похоже, Такер Уоттс в молодые годы приносил много хлопот своему подразделению. Он ведь поступил на службу в качестве помощника по кухне и даже не проходил основного курса боевой подготовки. Всегда был источником неприятностей и скандалов. Вечно ввязывался в драки. К счастью, в армия не обращают особого внимания, когда черные дерутся друг с другом. Он ухитрился ни разу не попасть на гауптвахту, но ему дважды ломали кости: один раз капрал, другой раз сержант. И лишь когда разразилась война и была создана негритянская боевая часть, он, похоже, взял себя в руки. С этого времени его послужной список становится блестящим. Все прежние неприятности были забыты, ибо в его подразделении требовались люди, способные вести за собой других. Ну, а после проведенной Трумэном десегрегации вооруженных сил, его уже можно было заслуженно повышать в званиях.

Билля вздохнул с облегчением.

– А я-то уж подумал, что вы раскопали что-нибудь по-настоящему скверное.

– Нет, похоже он и на деле тот, кто знаком нам лишь по документам. Я возлагаю на него большие надежды. Хотя, по правде говоря, меня не особенно радует предстоящая необходимость сообщить шести молодым белым полицейским, что у них будет новый, черный начальник. Все они, однако, служили в армии. Надеюсь, что это поможет им приспособиться к ситуации.

В дверь позвонили. Патриция, которая, по-видимому, дремала в кресле, встала на звонок.

– Пойду открою.

Билли шлепнул ладонью по колену.

– Это, должно быть, репортер – новый руководитель корпункта «Нью-Йорк Таймс» в Атланте. Я сказал ему, что он может заехать ко мне сегодня днем, и совершенно об этом забыл. Триш, его зовут Джон Хауэлл.

Патриция вышла из комнаты и вскоре вернулась в обществе стройного, светловолосого мужчины не старше тридцати лет. Билли представил собравшихся друг другу.

Холмс пожал руку молодому человеку.

– Ладно, джентльмены, оставляю вас. В дождливый день старикам хочется спать.

Патриция пошла провожать его, а Билли усадил журналиста в кресло и предложил ему кофе и бренди. Тот не отказался ни от кофе, ни от бренди.

– Погода у вас больше похожа на нью-йоркскую, чем я предполагал, переезжая в Джорджию, – проговорил он.

– И давно вы тут?

– Всего пару недель. Я вам очень благодарен за то, что приняли меня в воскресенье. Я ездил в Коламбус по другому делу и заехал к вам на обратном пути.

– Не стоит благодарности.

Хауэлл раскрыл стенографический блокнот и достал шариковую ручку.

– Честно говоря, пока меня интересует только фон. Я же тут новичок. Надо бы поездить по штату и повидаться с возможно большим числом людей. Это был легендарный Хью Холмс, верно?

– Он самый, во плоти.

– С кем бы я ни говорил, все время всплывает его имя. Есть ли в штате кто-нибудь, кого он не знает.

– Скорее всего, нет.

– До того, как приехать сюда, я проработал два года в нашем вашингтонском корпункте. Его и там знали. Кстати, и вас тоже.

– Вот как?

– Перед отъездом у меня был ленч с одним парнем из Белого Дома. С Дэвидом Кэссом. Он и посоветовал встретиться с вами как можно скорее. Скажите, что вы думаете по поводу слухов насчет того, что Кеннеди в 1964 выкинет Джонсона из своей упряжки? Если хотите, ваш ответ не получит огласки.

Билли изо всех сил старался не выдать охватившего его волнения. Значит, Белый Дом специально распространяет о нем слухи? Хауэлл, конечно, не заявил прямо, что именно в этом контексте говорил о нем Дэвид Кэсс, но намек был ясен.

– Что ж, я не скрываю своего мнения и с удовольствием отвечу на ваш вопрос, – без запинки проговорил Билли. – Полагаю, что кандидатура Линдона Джонсона дала демократам огромные преимущества как во время предвыборной кампании, так и в процессе исполнения им обязанностей вице-президента, и ожидаю, что он сыграет столь же положительную роль в 1964 году. И безоговорочно на это надеюсь.

– Значит, вы думаете, что Кеннеди вновь возьмет в свою упряжку Линдона?

– Президент не делился со мной своими соображениями по этому вопросу. Или по какому-либо другому. Вице-губернатор штата Джорджия находился слишком далеко от Белого Дома. Я, по правде сказать, несколько удивлен тем, что вас интересует мое мнение.

– Значит, у вас нет контактов с Белым Домом?

– В начале прошлого года моя жена и я были приглашены туда на обед для узкого круга лиц, насколько я помню, там присутствовало не более семидесяти человек. На Рождество мы получили от семьи человека номер один поздравительную открытку.

– А как насчет Дэвида Кэсса?

– Несколько недель назад он приезжал сюда по какому-то делу и просто нанес мне визит вежливости. Губернатора не было в городе. Я угостил его чашкой кофе.

– Похоже, вы произвели на него впечатление.

– Наверное, ему понравился мой кофе.

К радости Билли, Хауэлл оставил тему Белого Дома и перешел к честолюбивым планам стать губернатором. Билли признался, что проявляет интерес к этому посту, но не сказал ничего определенного. Почти час они были заняты обсуждением самых разных тем, затем, когда Хауэлл уже собирался уходить, Билли пришла в голову одна мысль.

– Скоро здесь произойдет событие, которое, возможно, заинтересует «Таймс».

Хауэлл вновь раскрыл блокнот.

– Валяйте!

– Но только публиковать это вы будете не раньше середины следующего месяца, кроме того, я вынужден попросить вас до этого времени нигде не упоминать об этом.

Хауэлл помолчал и ответил:

– Я не знаю.

– В таком случае, вы узнаете обо всем из «Конститьюшн».

– Ну хорошо, согласен.

Билли рассказал ему о назначении Такера Уоттса, изложил всю историю, начиная от телефонного звонка начальника полиции Атланты Брина до нынешнего момента, причем попросил на него не ссылаться. Хауэлл быстро записывал, время от времени задавая вопросы.

– Моя публикация будет эксклюзивной?

Билли покачал головой.

– Я обязан передать материал в атлантские газеты в день его вступления в должность, но вы можете дать материал одновременно с ними. И у вас остается резерв времени для беседы с Уоттсом.

Взяв зонт, Билли проводил журналиста до машины и распрощался с ним. По пути в дом он сообразил, что если в Белом Доме газету «Атланта Конститьюшн» читают время от времени, то уж «Нью-Йорк Таймс» прочитывают ежедневно.

Глава 7

Еще до второго декабря 1962 года, даты демобилизации Такера, был согласован и подписан контракт между ним и городом Делано, и Холмс через Билли отослал ему значок начальника. Холмс также направил ему вырезку из газеты «Делано Мессенджер», где объявлялось о его назначении и давалось подробное описание этапов его воинской карьеры. Такера развеселило то обстоятельство, что статья не сопровождалась его фотографией. Он зашел в магазин полицейской формы и экипировал себя, приобрел служебный револьвер тридцать восьмого калибра, заказал себе ламинированное удостоверение личности.