Правила эксплуатации, или Как не выйти замуж - Марина Орлова

будто с медведем столкнулся. Впрочем, для него было бы за счастье, будь то медведь, а не Василина.

— Что… что произошло? — слабо заговорил Иван, приходя в сознание. — Я… я победил гада?

— А то! — воодушевленно заверила Василина своего жениха. — Одной левой! Ты у меня такой смелый и сильный! — гладила она парня по светлым кудрям. — А я так испужалась, так испужалась! — с совершенно честным и искренним видом заверила она того. — Но ты меня спас! Ты — мой герой!

— Васили-и-инушка, — расплылся слегка возгордившийся «герой».

— Дарина! — послышалось справа и, спрыгнув с забора, к нам подбежала Липа в образе кошки. — Что у вас тут произошло? Что с охотником? И откуда здесь Василина? — зачастила кошка. — Ждан сказал, как расколдовать Володьку? И почему я ощутила выброс магии? Разве охотник не изменил пентаграмму?

— Липа, погоди! — взмолилась я. — Не так быстро, — устало попросила. — Сложно объяснить, что произошло. Мы и сами половины не понимаем, — поделилась я с ней своими бедами. — Лучше ты скажи: она согласилась?

— Нет, — покачала Липа головой. — Кикимора сказала, что проблема ее одиночества уже разрешилась. Она это… — смутилась кошка, помедлив. — Она с Болотником вроде как сошлась. Они решили больше не драться за добычу, тем более, что делят одну и ту же территорию. Короче, они объединились и теперь рисковать не хотят, даже в борьбе с чернокнижником. Мол, нечисть черных магов интересует в последнюю очередь, потому эта война не для них.

Хотела бы расстроиться, но не получалось. Досадно, конечно, что Кикимора отказалась помогать, но, по крайней мере, на болотах можно теперь бояться лишь участи быть растерзанным и съеденным нечистью. Ну, или утопленным. Без всяких… непристойностей.

И все же я вижу некую насмешку судьбы, учитывая, что жить и нежить вокруг меня то и дело сходятся. Кикимора, Василина. И обе нашли-таки свое счастье. На фоне того, что происходит у меня в жизни, я откровенно негодую!

— Но, — со значением добавила Липа, красноречиво покосившись на Ждана, которого Василий под присмотром Велеса деловито связывал крепкими веревками. — Они сказали, что, если потребуется от какого-нибудь трупа избавиться — им только за радость будет.

— У меня на трупы уже приоритетная очередь образовалась, — раздраженно выдохнула я, уперев руки в бока. — Половина огорода еще не удобрена, русалки некормленые, да и до кладбища с гулями как-то ближе, чем до топей, — перечислила я первые три пункта, как заставить тело охотника послужить на благо в практическом или гастрономическом смысле. М-да, моя циничность даже меня, порой, ввергает в шок.

Я шумно выдохнула и осмотрелась без особого умысла, но в одно мгновение замерла.

— Что теперь делать будем? — сочувственно спросила Липа, но ответа не дождалась, почувствовав во мне перемену. — Дарина?

— Пытаться выжить, — выдохнула я еле слышно, смотря в одну точку.

Вероятно, это был первый случай в моей жизни, когда я ощутила чужое присутствие раньше, чем Велес с его слухом и обонянием. Да и как бы он успел, если появление нового гостя произошло буквально из ниоткуда?

Полагаю, именно так действует мое ведьминское предчувствие, потому что у моих ворот еще никого не было, когда я ощутила неладное. А затем возник небольшой клочок черной дымки, который разросся в одну секунду и явил… девушку. Юную, с большими практически полностью черными глазами на очень бледном, немного болезненно худом и скуластом, но все равно красивом лице в обрамлении тяжелых и длинных локонов рыжего цвета. В волосах блестели серебряные пряди, выглядевшие какими-то неестественными и чужеродными на молодой женщине. Практически моей ровеснице…

— Не может этого быть… — совершенно потерянно и шокировано выдала Липа. Но мне кажется, что шок ее был иного рода, чем неожиданное появление женщины в моем дворе из ниоткуда.

— Вы как будто меня не ждали? — обвела незнакомка в черном балахоне нас взглядом, от которого нервная дрожь пробежалась по телу. А после женщина улыбнулась холодной улыбкой, делающей ее красивое лицо отталкивающе-неприятным.

Девушка была одета в темную одежду странного покрова и обвешена различными амулетами и лентами с незнакомыми мне рунами. В поясной сумке виднелись очертания чего-то, что напоминало пухлую книгу.

— Лю… Любава? — с видом глубокого шока переспросила Липа у незнакомки, будто увидела приведение.

Глава 22. Дарина

Молодая женщина повернула голову в сторону шокированной домовихи и презрительно улыбнулась.

Я же задохнулась от догадки и посмотрела на незнакомку уже другим взглядом, с ужасом узнавая в когда-то миловидном лице родственные черты, так похожие на воспоминания о моей маме и… мое собственное отражение в зеркале.

— Нет, — отказалась я верить в это, ощущая, как в груди закипает волна обжигающей злости, обиды, отчаяния и неверия. Моя бабушка пропала. Она и ее муж. И я отказываюсь верить, что она сделала это по доброй воле, чтобы перейти на темную сторону. Это женщина — не моя бабушка. Бабуля Любава — умерла. Уж лучше так.

Но незнакомка сгубила даже последнюю надежду на ошибку:

— Когда-то меня звали так, — ответила она домовихе. — Но это было очень давно. Теперь у меня другое имя, — мелодичным голосом заметила черная ведьма, с удовольствием наблюдая за нашей реакцией: Липа болезненно всхлипнула, словно ей сделали больно, а я упрямо трясла головой и упрямо сжимала кулаки. — Так, вот, значит, каково было мое прошлое, — осмотрелась она с большим интересом. — А ты? — остановила та взгляд на мне. — Дочь? — склонила женщина голову к плечу, но после сама же отрицательно цыкнула. — Нет, по годам не сходится. Ты — неактивная. До сих пор сохранить молодость не могла. Значит — внучка? — вздернула та бровь.

Я же едва не закричала «Нет!».

Это — не моя бабушка. Эта женщина — не она.

— Кто это? — опасливо и тихо уточнил Василий, с тревогой и готовностью наблюдая за незваной гостьей.

Василина все еще возилась с еще ослабленным Иваном, но было видно, что новая гостья и ее нервирует. Не уверена, что та понимала реальную опасность ведьмы, однако ревнивый взгляд деревенской красавицы и гуля мог спугнуть.

— Родственница, — вместо меня ответила ведьма и издевательски усмехнулась. — Близкая. Бабушка этой молодой ведьмы, если быть точной. Верно?

— «Бабушка»? —