Психология конфликта - Наталья Гришина

М. Жванецкий

Однако, как уже отмечалось, приемы конструктивного взаимодействия в конфликте менее очевидны, сколь бы парадоксальным это ни казалось.

Традиции классиков в этой области – Аристотеля, Шопенгауэра, Поварнина – продолжены современными исследователями. В качестве примера фундаментальных исследований в этой области можно привести работы Ф. ван Еемерена и Р. Гроотендорста. Согласно их точке зрения, «каждый речевой акт имеет своей целью коммуникативный эффект, предполагающий понимание сказанного со стороны слушающего, и интеракциональный эффект, достижение которого означает, что слушающий примет речевой акт или определенным образом отреагирует на него»; тем самым «каждый речевой акт накладывает на человека, который его совершил, определенные обязательства» (ван Еемерен, Гроотендорст, 1992, с. 29). «Общий принцип коммуникации», обеспечивающий, по мнению авторов, всю вербальную коммуникацию, звучит следующим образом:

Будь ясным, честным, эффективным и точным», что подразумевает соблюдение следующих принципов: 1) «Не совершай непонятных речевых актов»; 2) «Не совершай неискренних речевых актов»; 3) «Не совершай избыточных речевых актов»; 4) «Не совершай бессмысленных речевых актов»; 5) «Не совершай речевых актов, которые не связаны соответствующим образом с предшествующими речевыми актами» (там же, с. 50–53).

Кроме того, из этих общих постулатов авторы выводят конкретные правила аргументативной дискуссии, являющейся, по их мнению, речевой коммуникацией, цель которой – содействовать разрешению спора, или конфликта во мнениях. Всего авторами сформулировано 10 правил дискуссии, а также описаны типичные ошибки, возникающие в связи с их нарушениями.

Одно из наиболее известных описаний приемов взаимодействия – это правила ведения конструктивного спора по С. Кратохвилу (табл. 8.3 и 8.4), включающие описания позитивных и деструктивных приемов вербальной коммуникации в конфликтной ситуации.

Наиболее распространенными приемами ведения обсуждения и предъявления своей позиции являются приемы аргументации и контраргументации. К техникам аргументации обычно относят предъявление аргументов, развертывание аргументов и метод положительных ответов, а к техникам контраргументации – «перелицовку» аргументов партнера, их расчленение и встречное развертывание аргументации. Например, метод положительных ответов предполагает постановку конкретных вопросов, с помощью которых по каждому отдельному пункту достигается согласие оппонента и тем самым оба партнера постепенно приходят к одному выводу; метод перелицовки направлен на подведение партнера к противоположным выводам с помощью постепенного прослеживания решения проблемы вместе с ним; метод расчленения предполагает конкретизацию и разделение аргументов партнера с их последующей проработкой и т. д. (Дерманова, Сидоренко, 1996).

В эффективной реализации конфронтации Сидоренко различает следующие стадии: сообщение о своих чувствах, вызванных действиями партнера; усиление послания (в случае неэффективности первой попытки); выражение пожелания или просьбы; назначение санкций; реализация санкций (Сидоренко, 1997).

Психологическое противостояние, помимо конфронтации, контраргументации, конструктивной критики, включает в себя приемы «психологической самообороны» и др. К техникам психологической самозащиты автор относит «технику бесконечного уточнения», «технику внешнего согласия» и «технику испорченной пластинки», когда участник общения в ответ на не устраивающие его действия партнера задает уточняющие вопросы, соглашается, не меняя своей позиции, повторяет одно и то же и т. д. (Сидоренко, 1995, с. 95–101).

Нерешенные вопросы

Правила Кратохвила, равно как и описываемые Сидоренко приемы, демонстрируют отсутствие четких представлений о разнице между конструктивным и неконструктивным, корректным и некорректным использованием «техники» взаимодействия.

Нерешенными остаются и методические проблемы вычленения принципов эффективной коммуникации. В исследовании М. Аргайла, А. Фюрнхама и Дж. Грахам среди правил социальной ситуации в качестве правил, отвечающих универсальным требованиям социальных ситуаций, описаны следующие: «Делай коммуникацию возможной», «Препятствуй уходу других участников», «Препятствуй агрессии», «Начинай и заканчивай встречи».

В свою очередь, к правилам, отвечающим универсальным требованиям вербальной коммуникации, относятся такие, как «Синхронизация высказываний», «Смежность пар», «Генерирование более длинных последовательностей высказываний». Однако исследования, в которых предпринимается попытка выявить элементы репертуара социального поведения (в том числе используемые вербальные категории и вербальное содержание), не дали значимых результатов. Изучение разных типов ситуаций показало, что вербальные категории Бейлса приложимы ко всем ситуациям, но не всегда полезны, а вербальное содержание варьирует настолько, что маловероятно найти общий набор категорий (Argyle, Furnham, Graham, 1981, p. 180–197).

Возможно, дополнительные трудности в какой-то степени связаны с тем, что если так называемые приемы негативного взаимодействия еще можно вычленить довольно отчетливо и они в основном получают однозначно отрицательную оценку, то с тем, какие именно «техники» взаимодействия в конфликте ведут к его конструктивному разрешению, далеко не все ясно.

Общие пожелания к «правильной» коммуникации, в том числе и те, которые мы приводили, понятны.

Однако в связи с обсуждением известных принципов Грайса («быть правдивым», «быть кратким, но полным», «быть релевантным», «быть ясным и прямым»), А. Силларс и Дж. Вейсберг справедливо замечают, что при конкурентных взаимодействиях эти принципы нарушаются, поскольку могут расходиться с интересами индивида (Sillars, Weisberg, 1987, p. 152).

«Классические» теоретики конфликта исходили из того, что его открытое проявление имеет множество преимуществ и выполняет различные позитивные функции, такие как адаптация, изменение, восстановление и т. д.; подавление конфликта, напротив, аккумулирует напряжение и делает возможные проявления конфликта взрывоопасными. Однако возможна и иная точка зрения. Так, А. Силларс и Дж. Вейсберг ссылаются на тех авторов, которые считают, что «идеология интимности» (в значении предпочтения открытой коммуникации) отражает культурные предпочтения и создает искаженную картину взаимоотношений, обходя вниманием потребность в приватности, скрытности, не учитывает ориентации «не будить спящую собаку».

Сами авторы приходят к выводу, что истина где-то посредине, поскольку на практике одни конфликты разрешаются с помощью прямой и открытой коммуникации, а другие «затухают», если их не вскрывать, и, в конце концов, лучший способ определяется характером проблемы и позициями сторон (Sillars, Weisberg, 1987). Отсутствие здесь единой точки зрения (а скорее всего и невозможность единого универсального правила на все возможные случаи) часто приводит к проявлению личных предпочтений того или иного специалиста в выдвигаемых им предложениях.

Регуляторы конфликтного взаимодействия

Описание детерминант поведения людей в той или иной ситуации взаимодействия требует обращения к трем группам факторов – «объективным» факторам ситуации, социальным и личностным детерминантам.

Ситуационный контекст взаимодействия

К факторам ситуации, определяющим взаимодействие участников конфликта, выбор ими тех или иных стратегий и тактик поведения, а следовательно, и развитие конфликтного процесса, традиционно относят общий контекст конфликтной ситуации, наличие в этом контексте факторов, осложняющих или смягчающих остроту противостояния сторон. Кроме того, фактором «ситуации» для участника конфликта выступает позиция и поведение его партнера.

Сам по себе конфликт может развиваться в двух возможных контекстах – кооперативном или конкурентном. Речь идет об общем характере отношений сторон, связанных взаимными интересами или, напротив, соперничеством. Соперничество побуждает участников ситуации к направлению своей энергии на собственную победу. По мнению конфликтологов, «соперники» обычно имеют «краткосрочную» ориентацию, т. е. более озабочены своей выгодой в данной ситуации, чем перспективами дальнейших отношений.

В работах М. Дойча было продемонстрировано, какое значение для взаимодействия участников конфликта и разрешения ими возникших проблем имеет кооперативный характер контекста их отношений. В кооперативном контексте участники ситуации имеют «долгосрочную» ориентацию и озабочены не только достижением своих целей, но и поддержанием хороших отношений в дальнейшем. При заинтересованности в этом коммуникации будут более частыми, полными и точными, участникам выгодно информировать друг друга, так же как и быть информированными самим. Поскольку участники стремятся доверять и нравиться друг другу, они обычно стараются отзываться на желания, просьбы и потребности другого. «Кооператоры» настроены на признание легитимности интересов друг друга и поиск решения, удовлетворяющего потребностям обеих сторон. Конфликты имеют тенденцию рассматриваться как общая проблема, которая должна быть решена так, чтобы все так или иначе оказались в выигрыше (Deutsch, цит. по: Johnson, 1994, р. 118–119).