Пир Забвения Книга первая - Александр Немялковский

— Ерртор услышал нас, он вернется… — губы старика Фурунда мелко дрожали, а по сухой морщинистой зеленой коже медленно катилась скупая вязкая слеза.

Пользуясь моментом внетелесного бытия и возможностями чудовищной скорости бесплотного перемещения, Ерртор решил разведать истинную мощь уцелевших после его Шакизимов войск Зираиды. Покинув Юрг незримым метеором под сияющими россыпями звезд, он рванулся к Аридале…

Нектар крови достойного. Аридала

… - М-д-а-а-а… — неторопливо протянул Ссенр и насладился медленным глотком алой крови из хрустального кубка. Пред ним на столе из вороного хитина лежала испещренная нитями серебра, словно молниями, лишившись одного клыка на челюсти, но не утратив своей силы боевая шлем-маска. В приглушенной пляске извивающихся теней, порожденных немногочисленными массивными черными свечами, она взирала на хозяина безразличной тьмой пустых глазниц, окутанная черным слоистым маревом могущественной магии Ануши. Палец свободной от бокала руки, словно желая насладиться еще и еще раз прикосновением смерти, медленно скользнул по глубокой борозде, проплавленной в ее лицевой части от лба до самой скулы мечом людского командующего Мирида.

Прежде Ссенр и представить не мог, что скромным по меркам Зираиды дворец на головном Джундарге армады Заримбе мог дарить такое умиротворенное отдохновение и уют.

— А вот доспех, низкие Хрумуляки, мне выковали хоть и изысканный, но никудышный! — Ссенр перевел захмелевший презрительный взор с маски на пробитую насквозь грудную часть своего доспеха лежащую рядом. Сокрушительный удар Мирида, скользнув по маске, обрушил раскаленную мощь рассечения на грудь Лорда. Магический черный метал, пропитанный барьерными рунами Ануши не устоял пред огненной яростью людского клинка, поддался, оплавившись лопнул, и впустил пламенеющее жало в плоть Лорда.

Пальцы Ссенра нервно коснулись болезненного, дергающего и ноющего глубокого шрама от шеи до сердца. Раскаленный добела клинок Мирида, вспоров броню Кровеславного, остановился как раз у его центра. Человеку оставалось лишь немного навалиться вперед, лишь немного двинуть острие вглубь и Ссенр бы предстал пред судом Арла, так и не выполнив предназначения. Шнайра и Шибана по его приказу при исцелении не растворили шрам.

— М-да, ты оставил о себе память. И ты знаешь, я горд ею. Я буду носить шрам с честью! Ты совершил Музр — ты добыл кровь сына Богов, что не удавалось никому и никогда в Зираиде, и… и почти сумел отобрать у меня жизнь! Ша-ша-ша!!! — запрокинув голову, расхохотался властелин Жнецов.

— Арл… Да, не скрою, я был поражен! Я слышал имя всевышнего в устах твоего воинства. Я слышал его в твоем сердце. Но ты видишь, на чьей стороне Арл?! Зришь, кого он оберегает и ведет по путям Рока?! Ша-ша-ша!!! — довольно зашелся в шипящем смехе Лорд. — О, твой взор! Ярый, смелый, не ведающий пощады и страха, взор неколебимой веры и отречения!!! — Ссенр явственно помнил этот беснующийся огонь в глазах Мирида.

Этот же огонь горел в зеницах главнокомандующего и сейчас.

В немигающих глазах…

Голова поверженного врага возлежала рядом на серебряном блюде, безмолвно взирая на победителя. Поблизости с ней стоял, мерцая приглушенным светом, персональный Уал Ссенра, в который смертельно раненый Лорд все же успел поймать отлетающую душу дерзкого, свирепого воина Мирида. Он гордился редкой добычей.

— Такой бы взор моим Кшурурьям, моим Шраккам!!! А… — еще глотнув крови и причмокнув, Ссенр пренебрежительно махнул рукой в сторону дверей. — Да куда им! Тщеславные хлебатели Чуры! Кшурурьи больше, Шракки меньше… Ты меня понимаешь… да… — взгляд Ссенра быстро хмелел.

Острый подбородок горделиво вздернулся, а рот приоткрылся и застыл, обнажив ровные ряды мелких острых зубов.

— А знаешь, я окажу тебе высокий Музр! Да, ты достоин! Ты достойнее всех моих низкостелящихся подобострастных Шуни, считающих себя воинами и мастерами Ануши! Я лично вознесу твою душу Арлу! Решено! Я вознесу ее с хвалебной молитвенной песнью в твою честь! И Арл примет тебя как одного из нас!!! Поверишь, до сих пор не возьму в толк почему, вы молились Арлу?! Вы же покосы?! Те, кого создавали нам на заклание ради Всевышнего! Для меня это пока непостижимая загадка, но вы умирали с его именем в сердцах! Достойно! В кровавой брани и стервенея духом, вы шли на наши клинки и жала! Я восхищен, клянусь Черным сводом и Извечной Тьмою!!!

Ссенр пригубил еще глоток кровавого пития. Кипящей лавой он помчался по жилам и венам.

— Как же вкусна твоя кровь, Мирид! Я надеюсь, ты не в обиде, но поверь, ты оказываешь мне честь. Жидкий огонь, полный силы, полный страсти и жажды совершить невозможное! Каждая ее капля это священный изысканнейший нектар, достойный самих святых Богов Ночи! Ты подарил мне наслаждение ею, и я оплачу тебе благодарностью! И все же, как проворны мои цепные Труны Ги и Лому, а?! Не находишь? Они сохранили ее, сцедив с твоего обезглавленного тела прямо в горячке боя! Бесстрашные выродки и верные!

Рука Лорда протянулась к облокоченному на стол двуручному мечу Мирида. Его затупленные грани и острие сплавились с черным металлом доспехов Ссенра.

— Твой меч тяжел, неповоротлив, я бы да же сказал уродлив по сравнению с моим Шиппаа, — Кровеславный взял его за рукоять и слегка приподнял, ощутив массу. — Но даже он в твоих руках почти достиг цели… хотя мой оказался быстрее, я оказался быстрее!!! Я победитель!!! — вздернув голову вверх, во всю глотку заорал вконец опьяневший Ссенр. — Эй, кто там?!!! — Лорд приподнял руку, метнув короткий сгусток Ануши зова в дверь.

Створки двери тотчас распахнулись и в комнату, низко кланяясь, вковыляли Ги и Лому.

— Итак, проворные морды, — Ссенр не оборачиваясь, откинулся в кресле. — Я приказывал изыскивать для моей услады белокожих, сладко пахнущих людских дев. Если не ошибаюсь, этим должны были заниматься Шнайра и Шибана? Хочется думать, что они справились. Мое вожделение свирепо жаждет неги и утоления страсти в девственной, тугой упругости белых тел добычи. Я хочу чувствовать кожей их нагую дрожь от сладкого страха при виде меня! Распорядитесь!!!..

Мимолетная слабость. Близ Аридалы

…Титанические махины хитиновых тел боевых транспортных жуков Зираиды поражали своей грандиозностью даже Укишеру, а в сине-черных объятьях ночи они казались вообще невообразимо безразмерными. Тело Кшурурьи сносно повиновалось, отмеряя неторопливые шаги вдоль борта титана за гордо ковыляющим впереди слугой-Труном. Они благополучно миновали все еще продолжающие расти непролазные чащобы колючих водорослей и обгорелые скукоженные останки жнецов, погибших от пушечного удара Аридалы в собственном тылу. То там, то тут копошились пауки Нируны, выискивая остатки живительной кровавой влаги в окоченевших телах. Весь путь карлик торжественно нес на вытянутых вперед руках аккуратно сложенные белоснежные одежды доспеха Шиму. Уки накинула на голову глубокий капюшон и спрятала тонкое лезвие подобранного клинка в складках плаща.