Многоликий. Восхождение - Богдан Булатов

– Да, есть у меня тут один товарищ. Лекарь, правда, хам, а так в целом нормальный пацан. Или не пацан, хрен его разбери. Я задумался, рассуждая о гендере полурослика. В общем, это не важно. Какое-то время у него перекантуемся. Он хоть и вредный, но не выдаст.-то время у него перекантуемся. Он хоть и вредный, но не выдаст.

Надеюсь, насчёт мелкого я не заблуждаюсь. При встрече он весьма надёжным существом показался. В меру жадный и аристократов терпеть не может. В общем, ладно. Идеальное время для временного укрытия для девушек.

Пять минут пешей прогулки и обшарпанная вывеска «Лекарь! Будем лечить или пусть живет?!» мелькнула перед глазами.

Кстати, важно подметить, что с моего крайнего визита поликлиника, если её можно так назвать, существенно изменилась. Полурослик, видать, вдохновился своим единственным клиентом, то есть мной, и счёл себя великим целителем, ну и решил ремонт забабахать.

Правда, ограничился только легким косметическим ремонтом. Ободрал облупившуюся краску и пыль смахнул. В общем, устал неимоверно, сейчас на крыльце в кресле сидит, отдыхает и «Три в одном» потягивает.

– Ооо, какая встреча, – начал я издалека, – ты как, друг?

Тот моей дружелюбности не оценил и с трудом удержался, не стал мат гнуть при ребенке.

– И тебе не хворать! Чо припёрcя?!

– Да вот мимо проходили. Девочке наглядно показывают, как живёт народ, который школу прогуливал и маму не слушал. Может и ты что-нибудь от себя добавишь?

Тот посмотрел на меня недовольным взглядом, напряг все свои извилины и сдержался. Всё-таки строить целые предложения без мата ему пока тяжеловато.

– Что-то ты пиз… темнишь… – полурослик прикусил язык, но при ребянке не выругался. – Какая оказия у тебя, умалишенного, снова приключилась? – тот аж выдохнул, как произнёс.

– Скажи мне, дорогой полумуж. Упустил бы ты поднас… подпортить жизнь аристократу?

– Тебе? – тот ухмыльнулся, – всегда можно устроить. Нет существа более подлого, чем аристо.

– Не мне, – расстроил я того. – Короче, надо, чтобы девушки, – взглядом указал на Распоповых, – какое-то время пожили у тебя под крышей. Само собой, с дотациями, – протянул ему тысячу рублей, позаимствованную из кошелька командира.

И всё-таки путь к сердцу полумужа лежит именно через хрустящую купюру! Завидев тысячу, тот расплылся в улыбке и чуть ли не целовать меня стал, вернее, высказывать свою истинную благодарность.

Девчонок он разместил прямиком у себя в поликлинике. Кстати, важно подметить, что медкабинетов у него было много, только все, мягко сказать, уставшие, но со стареньким оборудованием. Вероятно, полурослик успешно приватизировал здание заброшенной поликлиники, ну как приватизировал, скорее всего, просто самовольно лазил и живёт.

Короче, за девушек можно не беспокоиться. Полурослик всем своим видом показывает свою ненависть к аристократам, да и никто из портовых банков не догадается искать распоповых у себя под носом. Не зря же в народе говорят, что если хочешь что-то надёжно спрятать, то прячь это под носом у окружающих.

С одним делом закончил, а теперь и с «Альфой» надо порешать, а потом и в баньку сходить.

Прокачусь-ка до городского комиссариата, интересно, насколько Степан преувеличивал, когда говорил, что меня в уклонисты записали и уголовку повесили.

Глава 27

От идеи до реализации один шаг. И вот я уже стою на пороге Центрального комиссариата Санкт-Петербурга. Оказалось, они меня активно зазывали, а я их на протяжении недели успешно игнорировал, даже как-то неловко стало…

Впрочем, ладно. Явиться изволил? Изволил, а значит, и сажать меня не за что!

Собственно, так я и сказал Зуброву, правда, тот был немного другого мнения на этот счёт, диаметра, противоположного, так сказать.

– Николай Александрович, мать вашу, – гневался тот, – мы вам и звонили, и писали, разве что почтовых голубей не присылали. А надо было?!

Я пожимаю плечами, мол, кто его знает, может, и да.

– Господи… Пошлёт же бог бойцов... – тот в очередной раз отвесил фейспалм. – Хорошо-хорошо, уголовное дело остановим. Но вам, Николай Александрович, ух как придётся потрудиться, чтобы загладить вину перед Отечеством. Вы же понимаете, что на вас рассчитывали, а вы попросту не пришли?

Что есть, то есть. Проигнорить сослуживцев — это как минимум не комильфо. Всё-таки боевой товарищ должен быть надёжным. Но, мля, я был буквально в одном мире, а потом в Китае. Короче, не мог повлиять на происходящее. Впрочем, ладно, и так нормально, как-нибудь расположение к своей персоне верну, уж постараюсь!

– Вам, Николай Александрович, предстоит самостоятельно закрыть вот этот вот прорыв с Изнанки, – вояка ткнул огромным пальцем в карту, – повторюсь, самостоятельно, то есть без команды, а только своими часами. Отряд без вас не пошёл, а портал остался незакрытым, и вам, как профтрафифшимуллю, придётся работать в одну каску.

Это что, по их мнению, наказание? Ха и ещё раз Ха! Это именно то, о чём я мечтал! Зачем с кем-то делиться лутом, если можно закрыться всё самостоятельно и оставить всё себе! Вот и я не знаю! Одиночка всегда богаче, гораздо богаче!

– Я согласен! Могу взять несколько! – уставившись в карту, выдал я. – Лутом же делиться не придётся?

– Нет-с, – смутился тот, – не придётся... И что, неужели не страшно?

Прорыв со второго уровня Изнанки. Детский сад, штаны на лямках! Надеюсь, хотя бы повезёт, и монстры не слабаки попадутся. А то как-то за слабые акры даже как-то и заморачиваться лень.

– Самонадеянно-самонадеянно, – покачал тот головой. – В одного соваться туда, куда группа идти отказалась, так ещё и на какой-то лут рассчитывать.

– А это мы ещё посмотрим, товарищ командир, – коротко бросил я и приступил к изучению материала.

А информации было не сказать, что много. Два листочка рассказывали про населяющих Изнанку тварей, а на третьем привели перечень уязвимых мест. Не густо, это я и без них знал. Тоже мне открытие, да каждый дурак знает, что монстроящерица отбрасывает свой хвост, и из него вторая такая же вырастает моментально. Такой вот монстр в квадрате получается.

Да и про уязвимые места ничего нового не сказала, там тоже всё вполне очевидно. Какой бы сильной ящерица с третьего уровня Изнанки ни была, но она даже там остаётся хладнокровной.

Зафигашь рептилию магией льда — и готово, та мигом замерзнет и тупо перестает соображать и двигаться.

Жать,