Амулет на удачу (СИ) - Ярослав Маратович Васильев

части разной защиты. Но и у нас есть свои секреты. Кстати, у меня к тебе появилось много интересных вопросов. Например, по поводу ваших с мужем интимных, скажем так, отношений. И повода для свадьбы.

Я сжалась. Меня осматривал местный врач и сбросил ему отчёт. Там стопроцентно указано, что я невинна до сих пор, не говоря уж о беременности. Вот это я влетела!

— Но для начала мне хотелось бы узнать от вас, каким образом вы связаны с affurer и нелегальной торговлей?

Слово было явно какой-то местный сленг, но по смыслу я поняла, что это контрабандисты.

— Эти бандиты, или как вы их назвали контрабандисты, меня похитили….

— Чем докажешь? — перебивает меня полицейский.

Мы уже на ты?

— Я должна что-то доказывать? — спросила я.

— Это в твоих интересах, мадемуазель Орешкина. Я вот тоже пытаюсь распутать ситуацию, поэтому сюда и прибыл. А тут такие события развиваются.

— Какие? Где мой муж? Почему он до сих пор за мной не приехал?

— А такой ли он тебе муж, в свете так сказать вновь открывшихся обстоятельств? Ты же чиста как белоснежное полотно. И куда исчезла чудесным образом твоя беременность от мужа?

— Возможно… выкидыш?

— С непорочным зачатием, — ухмыльнулся Фурнье. — Задохнулся малыш в вашей лжи. У меня на руках отчёт, причём если надо — к нему будет полностью законная подпись врача. Ничего даже поделывать не придётся. Никакого ни невинного, ни какого-либо ещё зачатия у тебя никогда не было, впрочем, как и близости с мужем. А теперь, слушай меня внимательно.

— Что вы от меня хотите? Верните меня к мужу! Где он? Что происходит?

— Тише, тише! Не торопись. К мужу вернуть не могу, по одной простой причине: он под стражей.

— И где он? В чём его обвинили?

Сказать я была ошарашена — ничего не сказать. Кроме тревоги и острого чувства страха за Ладисласа больше ничего не могла сообразить. Похоже, не просто так мы оказались в том городке и не просто так Мишку спровоцировали. Оставалось понять, незапланированная остановка нужна была Ладисласу — или наоборот его переиграли? Он торопился в Суассон и намекал про партию войны… Неужели опять? А он из-за меня и Мишки не успеет её предотвратить?!

— Человек, предавший свою страну. Больше, предавшего весь Лист Бретей. Мне жаль это говорить Лиза. Но твой как бы муж виновен в контрабанде модифицированного фалзара.

Я похолодела. Просто скажите мне, что это страшный сон, и ничего подобного на самом деле не происходит. Про фалзар предупреждают любого, кто путешествует с Листа на Лист. Это основа для производства антимортидов, лекарства, которое по действию можно назвать «живой водой». Антимортиды способны зарастить смертельные раны и даже оживить недавно умершего человека. Вот только одновременно после специальной обработки фалзар может стать и «мёртвой водой», одним из самых страшных наркотиков Книги миров. Если это правда — пусть бы он убил тех двух студенток, за это меньше дадут. Причём не только ему, но и всем родственникам…

— У вас есть доказательства?

— Факты Лиза, неоспоримые факты. Мало того что убийца и душегуб — другими словами я контрабанду фалзара назвать не могу, так ещё и полез в Приграничье, связавшись со спецслужбами Суассона. Обещал им нашу часть. Похоже, тебя он использовал втёмную, прикрываясь вашим свадебным путешествием.

— А я… Какая участь ждёт меня? — испугалась я…

Подстёгнутый адреналином мозг работал как бешеный, пока одна часть меня боялась, другая пыталась отыскать выход из ситуации. И что-то этой второй половине в словах Фурнье не складывалось. Так, Лизка, отставить панику. Кажется, тебя опять пытаются обуть как последнего лоха. Иначе с какой стати на мою выручку из тюрьмы примчался целый генерал? И куда делись нелюди, штурмовавшие дирижабль? И ещё, что-то в речи Фурнье мена насторожило ещё. Но что?

— С тобой, Лиза, несколько сложнее. Ты покрывала государственного преступника. Вы всех обвели вокруг пальца вашей свадьбой, дальше ты была связной, которая пересела на вражеский дирижабль и должна была отвезти в Суассон что? Лиза, это всё очень серьёзно. Поверь, я желаю тебе добра, но потом те же самые вопросы будут задавать другие. И лучше бы тебе ответит мне, а не после третьей степени допроса.

— А если я ничего не скажу, если ничего не знаю — вы отправите меня обратно в темницу? — ужаснулась я, вспоминая крыс, разгуливавших прямо по людям.

— Лиза… — взгляд Фурнье вспыхивает пламенем заинтересованности. — Лиза… — голос его становится прерывистым и охрипшим. Он хватает меня за предплечье, чтобы я не смогла уползти, и нежно очерчивает указательным пальцем контур губ, отчего мне стыдно, щекотно и очень неловко одновременно. — Если будешь правильной девочкой, — он делает многозначительную паузу, — то не отправлю.

— Нет! — всё же нахожу в себе силы сопротивляться ему.

— Подумай внимательно, — он внезапным резким движением задрал мне рукав платья.

— Ох… — выдохнула я. Кожа была чиста, татуировка-паспорт пропала.

— Я же говорил, у нас есть свои способы. Мадам Елизавета Дюран пропала, наставив мужу рога и сбежав неизвестно с кем. Это официальная версия. Пока. А вот дальше я могу найти разное. Могу найти мадам Дюран и отправить её на каторгу. Могу отправить на каторгу девчонку без имени, которую отыскали в обломках дирижабля контрабандистов. А могу найти приятную девушку Елизавету Орешкину… или вообще никого не найти, тут Приграничье.

Сволочь! Он же открытым текстом дал мне понять, что путь на свободу лежит через его постель в прямом смысле этого слова! Да я никогда в жизни, особенно с ним! По крайней мере, добровольно. Он, конечно, может сейчас взять меня силой, но с чего-то ему необходима взаимность. А вот фиг ему. Захочется ему забавляться с безучастным телом — помешать не смогу. А вот мой разум, моё сердце, моя любовь будут навсегда принадлежать тому единственному, язвительному, противоречивому Ладисласу Дюрану!

— Лиза, ты всё-таки в подземелье захотела? — он больно ухватил меня руками за плечи. — Могу устроить повторную экскурсию.

— Да лучше в темницу и сдохнуть, чем меня потащат в постель силой, — выкрикнула в сердцах.

Фурнье неожиданно отпрянул от меня.

— Я настолько тебе противен? — слишком уж ровным голосом произнёс он.

По спине так и дохнуло нехорошим таким жаром. От костра для ведьмы. Я не хочу показывать ему свою слабость, но эти предатели — мелкие слёзы, так и норовят выдать меня с головой. Так, спокойно. Надо подыграть ему, а там по обстоятельствам будет шанс сбежать.

— Силой любовь не завоёвывают… мою ты точно не завоюешь.

— Вот как? Похоже, я напугал тебя. Ну что же, я не желаю,