Закулисье войны. Штрафники, заградотряды, трудовые армии - Валентин Александрович Рунов

пехоты и береговой артиллерии, различные команды, многочисленные военные миссии с персоналом обслуживания и охраны. Они контролировали болгарские аэродромы, морские порты и важные железнодорожные узлы. Там же находились всевозможные штабы и базы, строились бараки, предназначенные для размещения новых контингентов немецких войск в случае их ввода на территорию Болгарии. Общая численность немецко-фашистских войск в Болгарии с учетом частей, отошедших из Румынии в конце августа 1944 года, достигала 30 тыс. человек.

Немецко-фашистское командование по-прежнему стремилось сохранить свои позиции в Болгарии. Оно руководствовалось указаниями Гитлера, который 31 июля 1944 года в разговоре с генералом А. Йодлем сказал, что «без Болгарии мы практически совершенно не в состоянии обеспечить спокойствие на Балканах». В конце августа немецкий посол в Болгарии А. Бекерле заявил, что германские войска в ближайшее время не намерены оставлять Болгарию. Руководство фашистской Германии вынашивало планы организации государственного переворота в Болгарии и прихода к власти в качестве главы правительства лидера болгарских фашистов А. Цанкова, намеревалось перебросить в Болгарию немецкие войска из Югославии.

8 сентября советские войска перешли границу и вступили на территорию Болгарии. Этот переход произошел без единого выстрела: население встречало советских солдат цветами, хлебом-солью. Накануне вступления советское командование установило контакт с Главным штабом НОПА. Советские войска также пришли в Болгарию с мирными целями. Перед пересечением болгарской границы командующий 3-м Украинским фронтом маршал Толбухин Ф.И. обратился к болгарскому народу с воззванием. В нем говорилось: «Красная Армия не имеет намерения воевать с болгарским народом и его армией, так как она считает болгарский народ братским народом. У Красной Армии одна задача – разбить немцев и ускорить срок наступления всеобщего мира».

После этого всю страну охватило антиправительственное восстание. К власти пришло новое правительство, которое тут же объявило войну Германии, а 28 октября подписало соглашение о перемирии с СССР, США и Великобританией.

Одним из первых, кто почувствовал непредсказуемость результатов «восточного похода» вермахта, был венгерский диктатор М. Хорти. 7 сентября 1942 года он прибыл в ставку А. Гитлера под Винницей и потребовал вывода с фронта венгерского корпуса. В. Кейтель пишет: «в сентябре 1941 года в штаб-квартире фюрера меня посетил начальник венгерского генштаба генерал Штромбатели и заявил, что венгерская моторизованная бригада (дивизия) не экипирована для ведения военных действий в условиях русской зимы и должна быть отозвана с передовой еще до форсирования Днепра… Генерал изрядно повеселил меня «глубокомысленными» и с претензией на язвительность замечаниями о «неправильном», на его взгляд, использовании венгерской дивизии на фронте. Мне осталось только порекомендовать ему вначале отучить своих солдат от мародерства и воровства, а потом уже переходить к обсуждению оперативных вопросов».

Тем не менее в начале ноября 1941 года немецкое командование было вынуждено удовлетворить эти требования. Правда, оно требовало от венгерского правительства выполнения своих союзнических обязательств. Но, как оказалось, население Венгрии было более склонным к войне с Румынией, к которой у страны были территориальные претензии, чем к войне с СССР. Об, этом, в частности, пишет в своих мемуарах и В. Кейтель. Так, при встрече с Хорти, тот ему сообщил, что он «не вполне представляет себе, как сможет объяснить парламентариям и всему венгерскому народу столь активное участие Венгрии в войне Германии против СССР. Венгры не готовы к войне даже с пропагандистской точки зрения, особенно если речь идет не о войне против… Румынии. Я ответил ему приблизительно следующее: «Как можно думать сейчас о сведении счетов с румынами, когда вся Европа сражается с большевизмом не на жизнь, а на смерть…»

Осенью 1944 года в Берлине стало известно о желании венгерского правительства М. Хорти выйти из войны и подписать перемирие с СССР. Для того чтобы не допустить этого, 15 октября 1944 года в Будапеште немецкие штурмовики Отто Скорцени совершили государственный переворот (операция «Панцерфауст»). Был похищен сын Миклоша Хорти, в результате чего тот был вынужден отказаться от власти в пользу ставленника Германии Ференца Салаши, который получил диктаторскую власть в Венгрии. После этого в результате сильного германского давления все силы и ресурсы были брошены на продолжение войны. Для восполнения численности Салаши провел тотальную мобилизацию, которой подвергалось все население в возрасте от 12 до 70 лет. Благодаря этому венгры выставили на Восточный фронт целую армию (12 дивизий и 2 бригады), а в августе – сентябре еще две армии (19 дивизий и 2 бригады). Кроме того, в Венгрию были дополнительно направлены немецкие соединения.

Но советское правительство также активно работало в данном направлении. 23 сентября 1944 года советские войска развернули наступление вглубь Венгрии. На освобожденной ими территории к концу года было образовано Временное национальное правительство Венгрии, которое 28 декабря объявило войну Германии, а 20 января 1945 года подписало соглашение о перемирии с СССР, США и Великобританией. Правда, полностью исключить участие венгров в войне против СССР не получилось. Впереди были еще кровопролитный штурм Будапешта и тяжелые бои в районе озера Балатон.

Огромную ставку в решении задач Второй мировой войны А. Гитлер делал на военный союз с Японией. Переговоры о военном союзе Германии и Японии активно велись в 1940 и 1941 гг. При этом вопрос о вступлении Японии в войну с СССР, казалось бы, должен был положительно решиться в самое ближайшее время.

27 марта 1941 года во время пребывания японского министра иностранных дел Мацуока в Берлине Риббентроп заверял своего коллегу, что война против СССР закончится легкой и быстрой победой. «На Востоке, – говорил он, – Германия держит войска, которые в любое время готовы выступить против России, и если Россия займет позицию, враждебную Германии, то фюрер разобьет Россию. В Германии уверены, что война с Россией закончится окончательным разгромом русских армий и крушением государственного строя». В ответ Мацуока заявил Риббентропу: «Япония всегда была лояльным союзником, который целиком отдаст себя общему делу». Тем не менее правительство Японии ограничилось лишь обещанием предпринять военные действия против владений США и Англии на Тихом океане.

Германия же продолжала верить в уступчивость японского правительства. 28 июня 1941 года Риббентроп телеграфировал немецкому послу в Токио генералу О. Отту: «Поскольку Россия находится в состоянии, близком к развалу… просто недопустимо, чтобы Япония не попыталась решить проблему Владивостока и района Сибири, как только будут завершены военные приготовления. Я прошу вас использовать все имеющиеся средства, чтобы настоять на вступлении Японии в войну против России в самые ближайшие сроки… Чем скорее она вступит в войну, тем лучше. Наше естественное желание – встретиться с представителями Японии на Транссибирской магистрали еще до начала зимы».

Но Гитлер просчитался в своей политической игре с Японией, от правительства которой, кстати, даже