Warm. Генезис - Сергей Анатольевич Панченко

— Верю, как в самою себя, но последний час нашей жизни хочу принять совместно, всей семьей, а не по очереди. Не хочу прожить оставшиеся дни в страдании. И девчонок жалко. Для них это всё какая-то игра и я хочу, чтобы они так и считали до конца.

Только сейчас Валера понял, что творилось в голове жены, о чем она думала, не выдавая своих мыслей ни словом, ни жестом. Оказалось, что она продумывала последний момент жизни их семьи, о котором Валера старался вообще не думать, непонятно на что надеясь. Осознание скорого конца накрыло его своим откровением. Он взял лицо Ольги в ладони и поцеловал ее в губы, ощутив солоноватый привкус слез на них.

— У нас всё будет хорошо, — Валера обнял жену. — Только я должен убедиться в этом. Не хочу, чтобы наш дом провалился в преисподнюю, — его голос дрогнул от сентиментальности момента.

— Неисправимый герой, — пошутила сквозь слезы Ольга. — Будь осторожнее.

— Считай до двухсот, — посоветовал Валера.

— Не буду, не хочу вообще отмерять время, пусть оно станет бесконечным для нас. Будь мужчиной, сдержи слово и вернись, а я пошла играть с девчонками.

— Не переживай, не в первый раз, и кстати, я вернусь голодным и это не намек.

— Через четыре минуты? Ты научился перерабатывать еду в желудке в кислород?

— Какой это желудок? — Валера похлопал себя по изрядно похудевшему животу. — Бледное подобие. Просто после прогулок на свежем воздухе всегда аппетит появляется.

— Да уж, на свежем… ладно, пообедаем всей семьей, когда вернешься.

Валера направился к гардеробу, чтобы натянуть на себя брезентовую куртку и кирзовые сапоги, в которых находиться на улице было не так опасно. Ольга ушла в спальню к детям. Оттуда сразу же раздался задорный смех. Сердце сжалось от мыслей о том, что скоро этот бункер наполнится гробовой тишиной. Валера вздохнул, нагнулся над кислородным баллоном, потравил немного газа, разогнал его рукой, чтобы смешался с воздухом комнаты, подышал и выскочил за дверь.

Кровь немного перенасытилась кислородом, вызвав эйфорическое опьянение и избыток энергии. Валера выбежал через гараж к воротам, а затем на улицу. Уличный воздух, касаясь кожи, казался теплым и влажным, замершим в безветрии. Туман почти рассеялся, открыв взгляду удивительную картину изменений, случившихся с дачным поселком. Если бы не редкие приметные места, сохранившиеся после катастрофы, то можно было запросто подумать, что это совсем другое место.

Все вокруг стало одного цвета, будто землю припорошило черно-коричневым снегом. Редкие стволы деревьев, не сгоревшие полностью, дома, не развалившиеся во время землетрясения и пожара, раскиданные по черному полю в случайном порядке, выглядели как остатки разрушенного кладбища. Крестами и склепами над могилами людей. Почему-то верилось, что такому миру кислород больше не нужен. Окружающая действительность выглядела покойно уныло и тоскливо, вгоняя в депрессию.

Валера вспомнил, что выбрался из дома не затем, чтобы предаваться эмоциям. Его ждали дома, в сохранившемся райском местечке, куда хотелось скорее вернуться. Он обежал, утопая в грязи, вокруг своего внешнего домика через соседский двор. Никаких признаков появившихся новых трещин или даже проседания грунта он не заметил. Только лужи, подогреваемые жаром прогретой земли, окружали его.

Кислорода в легких еще хватало. Валера решил, что у него есть время забраться по железной лестнице, приставленной к чердаку, чтобы осмотреться получше. Железная лестница покрылась ржавчиной и солевым налетом, оставшимся после испарения влаги. Агрессивная среда не щадила железо. Оно шелушилось ржавыми чешуйками под руками и ногами.

Валера добрался до последней ступени и огляделся. Ему пришла мысль, что мир стал похож на декорации к фильму про чужую планету. Влажный, горячий мир, в котором живут призраки умерших людей и животных, напоминающие о себе ночью пугающими завываниями. Порыв ветра снес поднимающийся от земли туман, на несколько секунд открыв место, где находилась расщелина. Валера пригляделся, но не смог ее увидеть. Ему показалось, что на том месте сейчас блестит водная поверхность. Он не стал верить глазам, понимая, что новая действительность может подкидывать любые картинки с такого расстояния.

Легкие начали требовать кислород. Валера резво слез с лестницы, забежал на кухню и спустился в дом.

— Валера, это ты? — спросила через дверь спальни Ольга.

— Нет, это не я, — пошутил он.

От самой мысли, что к ним могут зайти гости, на мгновение стало уютно, как будто удалось обмануть себя и поверить, что ничего не случилось.

— Захвати со стола свой обед и иди к нам? — позвала супруга.

Валера разделся, сполоснул руки в тазу с водой, захватил со стола тарелку, накрытую другой тарелкой, и подошел к двери. Постучал в нее костяшкой указательного пальца.

— Тук-тук, можно войти? — спросил он.

В ответ не донеслось ни звука. Валера почувствовал, что это неспроста. Он приоткрыл дверь и заглянул в спальню. Неожиданно загорелся главный свет. Из-за кровати показались веселые мордахи девчонок, наряженные в самодельные треугольные колпаки. Ольга выглянула из-за двери и громко закричала:

— С днем рожденья! С днем рожденья!

— С днем рожденья! — подхватили дети.

Валера опешил, не зная, как отреагировать на это неожиданное поздравление. До его дня рождения оставалось еще несколько месяцев. В голове закружился рой предположений, зачем надо было устраивать ненастоящий день рождения. Красноречивый взгляд жены заставил его догадаться.

— Ураааа! — выкрикнул он и схватил девчонок на руки. — Какие вы молодцы, что не забыли. У меня память совсем дырявая.

— Дырявая, — засмеялась Есения.

— А у нас для именинника подарок, — Ольга взяла в руки коробочку, наспех обклеенную разноцветной бумагой.

Валера спустил детей на кровать и взял в руки протянутый подарок.

— Интересно, что там? Я всегда хотел игровую приставку, — он аккуратно развязал бант и отогнул крылья коробки.

— Нет, там не приставка, — проговорилась Агата.

В куче наломанного вручную пенопласта лежала бутылка пива, пакет с сушеной рыбкой и открытка. Валера взял открытку в руки.

— Спасибо, девчат, что не забыли, — он подошел ближе к диодной лампе, чтобы прочитать пожелание вслух, — семья Мирошниковых желает своему мужу и папе здоровья, здоровья и еще раз здоровья, чтобы его хватало на то, чтобы любить, радоваться жизни и позволить себе бутылочку пива. С Днем Рожденья. Оля, Агата и Есения, — Валера смахнул слезу покатившуюся по щеке. — Спасибо, девчата, не ждал… что вспомните.

Он взял пиво в руки и привычным движением открыл пробку зубами.

— Ого! — удивилась Есения. — Класс.

— Папа всегда так открывает, — произнесла Агата со знанием дела.

— Но только очень редко, — Валера сделал глоток теплого пива.

Несмотря на это, оно все равно показалось ему божественно вкусным. Он протянул бутылку Ольге.

— И как ты вспомнила-то?

Ольга взяла