Гарри Поттер и Вторая Великая Война - Ольга Чернышенко

— Его нет в замке, сэр. Он получил записку и ушел… Полчаса назад…

— Понятно.

Набросить мантию, оглянуться в последний раз и выйти из гостиной. Если не получилось попасть в Министерство, что-то полезное нужно совершить здесь.

На втором уровне Министерства Магии рушились перекрытия. В невообразимом грохоте не потеряться удавалось лишь крепко держа за руки друг друга. Каждый шаг давался с трудом: приходилось уворачиваться от шальных проклятий, а потом… Неожиданно стало холодно и очень тихо. Черные тени слетались как вороны на падаль, убивая надежду и пожирая радость.

Заклинание Патронуса недаром считалось высшей магией. Создать полноценного Заступника удавалось единицам. В серебристой вспышке Гермиона и Рон разглядели поле сражения: замертво падали светлые маги, Пожиратели смерти теснили группу отчаянно сражавшихся колдунов поближе к погибшим, а у дальней стены один из дементоров склонился над знакомой фигурой, одетой в потрепанный коричневый плащ.

— Профессор Люпин, нет!

Крик Джинни привлек внимание дементоров: еще несколько теней приблизились к ним и членам ОД пришлось приложить все силы, чтобы их сдержать. Уродливое существо откинуло капюшон, с силой втянув воздух, как вдруг… Маленький щупленький человечек бросился наперерез, успев-таки закрыть Люпина собой. Эти несколько секунд позволили профессору нащупать волшебную палочку…

— Экспекто патронум!

В зал ворвался отряд авроров, создав численный перевес. Дементоры стали отступать. Парвати и Падма прижимали к себе плачущих первокурсников. Перепуганные Юджин и Норман никак не могли оправиться от пережитого шока: на их глазах дементоры высосали душу из человека в черной мантии, в последний момент успевшего спасти одного из светлых колдунов. Питтер Петтигрю выплатил свой долг.

Новая луна бледным пятном мерцала над Запретным лесом. Тишину нарушали лишь треск сучьев да сбившиеся дыхание волшебника, изо всех сил желавшего не опоздать. После часа в пути в просвете за деревьями показались две огромные фигуры, рассматривающие что-то на земле. Хагрид и Грошик склонились над бесчувственным Драко Малфоем.

— Как он? — Гарри кинулся к Драко и начал поспешно водить палочкой над ним, заживляя открытые раны.

— Гарри?! Что ты здесь…

— Позже, Хагрид! Пульс есть… Его надо отнести в замок.

— Хорошо, — полувеликан осторожно поднял слизеринца на руки — тот застонал, не открывая глаз. — Идем, Грошик… Гарри?

Поттер не сдвинулся с места. Он всматривался в сноп оранжевых искр вдалеке, как раз над тем местом, где они с Роном и Гермионой учились аппарировать несколько месяцев назад. В глазах застывшее понимание и такая обреченность, что даже Грошику с Хагридом стало жутко.

— Я не пойду.

— Но, Гарри…

— У меня есть здесь дела.

Шаг назад, еще один…

— Подожди!

— Отнеси Малфоя в замок. Пусть ему окажут помощь. Кое-кто из седьмого курса, я думаю, справится.

— А ты?

Молчание.

— Прости… Поспеши, Хагрид!

А потом развернуться и бежать, бежать навстречу всполохам, сжимая в руке волшебную палочку… Остановиться за очередным поворотом, опереться рукой о дерево, перевести дыхание… Шагать дальше, решительно, твердо, повторяя тот самый маггловский стишок:

«Будет трудно — крепись…»

Хм, куда уж легче? Но мы стойкие, мы справимся…

«Будет ветер — не гнись…»

Откуда ж ему здесь взяться? Ветру? А сквознячок не помешал бы…

«Будет больно — не плачь…»

Даже если б захотел, не смог бы. Вот Гермиона еще в состоянии плакать, так что совет, скорее, для нее…

«Глаз в ладони не прячь…»

На людях — не собираюсь. А здесь и сейчас просто некогда.

«Если грозы — иди…»

Удивительно безоблачное небо сегодня. Прямо как вся моя жизнь, если не воспринимать ее всерьез.

«Если слезы — сотри…»

Ай! Ветка хлестнула прямо по глазам… Неожиданно так… Ну, вот и совет пригодился.

«Если страшно — держись…»

Не надо о «страшно», ладно? Я же держусь… А что еще нужно?

«Помни, жизнь — это жизнь».

Уж постараюсь не забывать!

Тропинка становилась все шире, пока, наконец, не вывела на просторную зеленую поляну, огороженную лесом с одной стороны и круто обрывающуюся над пропастью — с другой. Ночь выдалась звездной, мерцающей, волшебной…

Гарри, не спеша, осмотрелся. Он отметил великолепный пейзаж вдалеке, остроконечную луну, густую траву под ногами. Воздух был свежим, холодным и очень вкусным. Долгожданный ветерок шевельнул волосы на макушке, заставив улыбнуться и расправить плечи. Вдохнуть, крепко зажмуриться, а потом открыть глаза.

— Гарри… — тихо прошелестело его имя.

Обернуться на зов.

Высокий колдун в черной мантии задумчиво смотрел на него. Шрам полыхнул огнем, но на это не стоило обращать внимание… За шесть лет можно было и привыкнуть.

— Ну, здравствуй, Том.

Вспышкой заклинания группу людей разбросало по разным углам мраморного зала. Появившийся в дверях Пожиратель смерти застыл, увидев эту картину. Но еще больший ужас у него вызвали две вспышки: два зеленых луча летели в сторону Гермионы Грейнджер и Минервы МакГонагалл. Спасти можно было только одну.

— Акцио, Грейнджер! — гриффиндорка впечаталась в человека в капюшоне и отчаянно замолотила руками, стараясь вырваться.

— Отпустите! Пустите меня!

— Да успокойтесь же! — рявкнул знакомый голос.

Маска полетела в сторону. Гермиона обнаружила себя в нескольких дюймах от крайне недовольного Северуса Снейпа. Впрочем, недовольного — это еще мягко сказано. Преподаватель был в бешенстве.

— П-профессор…

— Какого. Вы. Здесь. Делаете? По буквам и внятно!

— Мы, мы случайно… Связующее заклинание… Профессор Грюм отправил нас на четвертый уровень.

— Спятил на старости лет, не иначе! Вы не пройдете туда, этажом ниже великаны, — Северус Снейп встал, поставив на ноги и Гермиону. — Подойдите все ко мне. Живо! Я постараюсь вас вывести…

Пока остальные ученики собирались, Гермиона стояла, не сводя глаз с мертвой колдуньи в хогвартской мантии.

— Профессор МакГонагалл…

— Погибла, — отрезал Снейп.

— Вы… Вы спасли меня…

— Совершенно верно. А теперь пошевеливайтесь! Что тут у нас?..

Профессор внимательно осматривал студентов, время от времени бормоча какие-то латинские формулы и залечивая повреждения. К счастью, никто серьезно не пострадал.

В нагрудном кармане Северуса Снейпа само собой засветилось Сквозное зеркало. Нахмурившись, он вытащил его и выжидательно уставился на ухмыляющуюся физиономию еще одного студента.