Тина ван Лигалон - Лора Андерсен

— Когда я вырасту, я не буду носить обувь!

— Почему, Лион? Все люди носят обувь.

— А я — не буду.

Устав с ним спорить, Тина вышла из комнаты.

Креил вернулся домой раньше обычного. Тина ждала его в гостиной и сразу спросила:

— Что случилось? Почему Адам у нас?

— Я отвез Елену в психиатрическую клинику, — устало объяснил Креил. — Некому побыть с ребенком. Они здесь одни, ни родственников, ни знакомых.

— Что с ней?

— Пока не знаю, но боюсь, тоже, что и со всеми.

— Психическая зависимость?

Креил мысленно кивнул.

— Боюсь, мы были слишком долго вместе.

— Эта… зависимость всегда возникает?

— Как правило. Елена зациклена на Адаме. Это ее и защищало, хотя она была очень привязана ко мне… но чтобы дошло до зависимости…

— Не переживай раньше времени. Может, что-то другое.

— Что другое, Тина? — спросил Креил с горечью. — Нужно смотреть правде в глаза. Когда я приехал, она была без сознания.

Креил долго молчал, не решаясь спросить.

— Тина, как ты отнесешься? Если это зависимость, и Елена останется в клинике, я хотел бы, чтобы Адам жил с нами. Он родился неполноценным. Сейчас, я выправил генетику, когда его лечил, но, ты понимаешь, меня он хорошо знает, а как такой ребенок приживется в чужой семье… Это если удастся найти семью…

— Креил, — Тина остановила его речь, стараясь подавить нахлынувшие воспоминания о своем неполноценном ребенке, умершем сразу после рождения. — Зачем ты меня убеждаешь? Неужели ты думаешь, я буду возражать?

— Спасибо.

— Не за что, — Тина слабо улыбнулась. — Не переживай. Все утрясется.

Когда Креил позвонил Строггорну с просьбой посмотреть Елену, у того не было сил даже выругаться. День Строггорна был расписан по минутам, а в сутках было по-прежнему всего 24 часа. Иногда ему начинало казаться, что проблемы Креила с женщинами никогда не закончатся.

Он смог выбраться в клинику, где лежала Елена, только поздно ночью. Ги Ли встретил его у четвертого операционного блока.

— Как она? — быстро спросил Строггорн.

— Реакция на обезболивание — положительная.

Строггорн сразу остановился.

— Не может быть?

— Елена пришла в себя. Просила отпустить ее домой.

— Замечательно! Но я ее все-таки посмотрю.

Елена была жутко напугана: очнувшись, она обнаружила себя привязанной к кровати. И никакие уговоры не смогли убедить врача развязать ее и отпустить домой.

Строггорн вошел в операционную и зашел под операционный купол, куда Ги Ли уложил Елену. Она просто побелела от страха, когда увидела Строггорна. Он улыбнулся ей мысленно.

— Чего вы так испугались, Елена? Я не кусаюсь, честное слово.

— Что со мной?

— Сейчас узнаем, минут через двадцать. Я только хотел сказать, чтобы вы перестали так бояться. С вашим сыном все в порядке. Он у Креила. Вы Советнику Креилу доверяете?

— Доверяю, конечно!

— Ну вот. Сейчас расслабьтесь. Это не больно, честное слово.

Пси-экран опустился низко над головой Елены.

— Смотрите на экран, хорошо?

Строггорн подключился к аппаратуре и действительно потратил не более двадцати минут на обследование.

Как только он закончил, Ги Ли нервно спросил:

— Ну что, Советник?

— Можете идти, развязывать пациентку.

— А… оперировать?

— Ее не нужно оперировать. К счастью.

Строггорн оделся и подождал, пока Ги Ли выведет Елену из-под купола и усадит ее в кресло.

— Что со мной? — обреченно спросила Елена.

— У вас тяжелейшее нервное переутомление. Когда вы отдыхали последний раз?

Елена нахмурилась.

— Не помню.

— Зато я помню. Еще до рождения Адама. И двенадцать лет ухаживаете за больным ребенком! Кому же это по силам? Вы же еще и телепат, чувствовали его боль… — Строггорн остановился, потому что Елена начала плакать. — А вот плакать не нужно. Подлечим вас пару недель, потом поедете, обязательно! — отдохнуть. И без ребенка, конечно.

— Я не могу. Мне не с кем оставить Адами.

— Поживет пока у Креила. Вы должны беречь свою психику! Не забывайте, телепаты живут больше двухсот лет, вряд ли вы захотите провести их в психушке.

— Сколько?

— Больше двухсот лет. Поэтому вы должны себя беречь. Понятно?

— Спасибо вам.

— Не за что. Спасибо вам, что не получили зависимость от Креила. Задали бы нам работы! Поправляйтесь. У вас замечательный врач, — добавил Строггорн, а потом удивленно посмотрел на покрасневшего Ги Ли и смущенную Елену.

Креил не ложился спать, но и работа никак не лезла в голову. А когда Строггорн, наконец, позвонил и сказал, что с Еленой ничего страшного не случилось, ощутил огромное облегчение. Он осторожно подошел к спальне Тины, пытаясь прослушать, спит ли она. Створки раскрылись, Тина стояла в проеме.

— Я не сплю. Что там? — она вслушалась в его мозг. — Все хорошо?

— Нервное переутомление, — вместо радости он почему-то ощущал опустошение.

— Замечательно. Теперь ты можешь вернуться к работе, — сказала Тина. Мысленно Креил был уже в институте.

Через несколько дней Ги Ли разрешил Креилу навестить Елену. По дороге Креил купил огромный букет роз.

Елена плавала в бассейне и изумленно и радостно уставилась на букет.

— Креил, ну зачем… У тебя не будет неприятностей с женой? — Елена выбралась из бассейна и закуталась в огромное махровое полотенце, которое протянул ей Креил.

— Не будет. Тина все понимает. Я хотел пригласить тебя в ресторан.

— Тебя опять будут ругать, что ты отвлекаешься от работы!

— Мы не долго. Ги Ли отпустил тебя на пару часов. — Креил вспомнил, что Ги Ли просил его зайти, но не сказал зачем.

— Хорошо. Если недолго. Не хочу, чтобы у тебя опять были из-за меня неприятности. Я только переоденусь в сухое.

Через пятнадцать минут они уже сидели в такси. Елена так торопилась, что даже не стала пользоваться косметикой и лишь чуть-чуть подсушила волосы.