Черный полдень - Павел Корнев

– Какая еще цепь? – покрутил пальцем у виска пиромант. – Не проснулся, парниша?

– Вера? – повернулся я к девушке, накладывавшей заплату на свежую прореху в полушубке. – Ты-то хоть ее видишь?

– Нет, – покачала головой девушка.

– И я тоже, – не стал дожидаться моего вопроса Николай, уже успевший собрать оба пистолета.

– «Связанные одной целью, скованные одной цепью», – издевательски пропел Напалм.

– Да пошли вы! – психанул я из-за идиотизма ситуации. – Жги, говорю!

– Ладно, – как-то очень уж нервно хихикнул Напалм и провел указательным пальцем мне по запястью. – Здесь?

– Здесь, – кивнул я и тут же, выругавшись, отдернул руку: вырвавшееся из-под неровно остриженного ногтя пироманта почти бесцветное пламя прошло сквозь оказавшуюся вполне себе нематериальной цепь и опалило кожу. Сразу же горелыми волосами завоняло. – Твою мать!

– Я ж тебе говорил… – хмыкнул Напалм и подул себе на палец.

– Гордись теперь до пенсии, – буркнул я и, вздрогнув, резко обернулся ко входу.

– Что, уже и голоса мерещатся? – съязвил пиромант.

– Показалось, – обливаясь холодным потом, присел я у буржуйки. Вот именно, что голоса. Вкрадчивые, непонятные слова возникали будто в голове, и от холодной отрешенности интонаций сразу заломило виски. – Все, пора идти.

– Куда это ты собрался? – во все глаза уставилась на меня Вера. – Черный полдень на носу. И на улицах никого – дружинники сразу сцапают.

– Какая муха тебя укусила? – поддержал девушку пиромант. – Переждем лазурное солнце, тогда и будем из Форта выбираться.

– Нельзя здесь оставаться. – Я оттянул от горла показавшийся слишком уж тугим ворот свитера. Очертания стен незаметно поплыли и начали кружиться вокруг меня, закрытый фанерой оконный проем налился чернотой, а пол под ногами едва ощутимо покачнулся. И голоса…

– Почему нельзя? – возмутилась Вера.

– Вычислят! Пока есть время, надо нору менять. – Я с трудом вынырнул из накрывшей с головой волны безумия. – У меня на примете есть пара мест.

– Да никуда мы не пойдем! – заорал Напалм. – Какого хрена?!!

– Ну и не идите, – спокойно пожал я плечами. Вообще – идеальный вариант. Сам как-нибудь справлюсь. Да и спокойней без них будет, очень уж слова координатора самозваного в душу запали. Хотя он мог именно такой реакции и добиваться.

– Лед прав, – неожиданно поддержал меня поднявшийся на ноги Ветрицкий. – На одном месте оставаться слишком опасно.

– Коля, какая муха тебя укусила? – обернулся к нему пиромант. – Вы сговорились, что ли?

– Хозяин – барин, решил оставаться – оставайся, – начал одеваться Николай, пожалуй, ничуть не сомневавшийся в том, какое решение в итоге будет принято. Мне показалось, что синяк у него на лице начал немного сходить, а вот левая кисть, напротив, опухла еще сильнее. – Но мое мнение – надо отсюда убираться.

– Да что за фигня! – заорал вконец разъярившийся пиромант. – Здесь оставаться слишком опасно, а по улице шастать – это нормально?! Идиотизм! У нас в запасе час – не больше!

– Не кричи, – попросил его я, надевая фуфайку. – Никто тебя на улицу не гонит, оставайся.

– Надо держаться всем вместе, – неожиданно заявил насупившийся Напалм и тут же заработал удивленный взгляд Веры. – И я считаю – сейчас не время куда-либо ломиться.

– Наоборот, – возразил я и подошел к выходу из квартиры, невольно опасаясь, как бы вновь не закрутил вихрь смешанной с безумием клаустрофобии. – Сейчас даже дружинники с улиц попрятаться должны. Кто-кто, а они о своих шкурах всегда в первую очередь заботятся. Проблем быть не должно.

– Ну и куда мы пойдем? – воткнула иголку в клубок ниток по-прежнему скептически настроенная Вера.

– В «Кишку», – ошарашил всех я. – А что? Там нас точно искать не будут, и Черный полдень под землей спокойно пересидим. Деньги есть – с голоду не помрем, да и с ночлегом проблем не будет.

– Там народу сейчас… – сморщился Николай, – не протолкнуться.

– Это и здорово – в толпе затеряться проще. – Я вытащил один из блокировавших дверь металлических прутьев. – Воля ваша, с собой никого силком не тащу…

– Обожди, – попросил как-то очень уж осунувшийся при упоминании «Кишки» пиромант. – У меня знакомые неподалеку отсюда живут, они всегда на Черный полдень в «Западный полюс» уходят. Можем у них зависнуть.

– Идея неплохая, – усмехнулся я, чувствуя, как потекла по спине тоненькая струйка пота, а обшарпанные стены вновь начинают искривляться. – Но мне, сам знаешь, после какой инъекции, повышенный фон магического излучения противопоказан. Последний раз говорю: или идете со мной в «Кишку», или идите куда хотите.

– Я с тобой, – пошел на выход Ветрицкий.

– Черт с вами! – с досадой махнул рукой пиромант. – Вер, ты что скажешь?

– Ты же сам говорил – разделяться неудачная затея. – Девушка принялась собирать свои нехитрые пожитки. – Пойдем вместе…

– Давайте в темпе. – Мне никак не удавалось для себя решить, радоваться такому повороту событий или огорчаться. Да ладно, чего уж теперь. Вместе веселее.

Прислушиваясь к доносившимся откуда-то снизу крикам, я вслед за Ветрицким вышел в коридор и поморщился от пронзившей отбитую пятку боли. Хорошо хоть уже отпускать начало…

На улице оказалось погано. Не холодно, сыро, ветрено или неуютно, а именно – погано. Воздух враз застудил лицо и заморозил ноздри. Глаза заслезились от светившего с безоблачного неба лазурного солнца, немного размазанное пятно которого уже миновало зенит и неуклонно опускалось к зависшему почти над горизонтом земному светилу. От неестественно искривленных теней и как бы плывущей из-за невидимого марева перспективы ум начал заходить за разум, и, пониже опустив на лоб шапку, я заспешил к соседнему дому. Пусть там тропинка в снегу и пожиже, зато в теньке.

– Нам прямо, – предупредил Ветрицкий. – Если мы к Красному хотим выйти…

– У тебя с глазами как, не ломит от солнышка? – хмыкнул я.

– Есть немного, – признался парень.

– Тогда дворами пойдем, там хоть дома от лазурного солнца прикроют.

– Давайте быстрее, – огляделся щурившийся Напалм и потер покрасневшие от мороза щеки. – Холодно…

– Пошли, – спрятал я ладони в рукава фуфайки. Надо ж было варежки потерять! Как бы так пальцы не обморозить. Если уж пироманта проняло. Первый раз его замерзшим вижу.

Неудивительно, что на улице народу никого. Даже дружинников не видно. Пустота. Дворы словно вымерли. Хоть фильм о последствиях применения нейтронной бомбы снимай. И если б не опостылевшее лазурное солнце, то на жизнь нам было бы грех жаловаться. Уж лучше так вольготно прогуливаться, чем по темным углам да подворотням от ментов шкериться.