Ночь закончится пламенем - К. С. Сун

Я закрыла глаза, уже понимая, к чему все идет. Слова, сказанные Скаем, сами пришли на ум. Он говорил, что жители Симина самые настоящие варвары. Скай не хотел, чтобы кто-нибудь узнал правду обо мне.

«Я не позволю ему рассказать об этом кому-нибудь еще, – мысленно пообещала я себе. – Я убью или его, или себя».

Однако Лэй вдруг отвернулся и велел:

– Одевайся.

Заметив, что я не пошевелилась, он бросил на меня удивленный взгляд и пожал плечами.

– Что ж, если хочешь, можешь остаться в таком виде.

Я метнулась к своим вещам и быстро оделась. Тем временем Лэй снял верхнюю одежду и облачился в халат, который обычно надевают для купальни. Он не потрудился завязать пояс, и теперь я отлично видела его загорелую грудь. Легкомысленное поведение Лэя смущало меня, но, разумеется, я бы никогда не призналась ему в этом.

И тут мой взгляд упал на низкий столик. На нем лежал нож, которым Лэй резал фрукты. Как только он отвернулся, я молниеносным движением схватила нож и спрятала его в своем кармане, а затем села, сделав вид, что тянусь за чайником.

Лэй снова уставился на меня, и в уголках его глаз появились морщинки, словно он едва сдерживал широкую улыбку. Я начала подозревать, что он постоянно посмеивается надо мной, вот только с какой стати? Этот мужчина до сих пор оставался для меня загадкой.

Он занял место напротив меня, грациозно скрестив ноги. Его волосы ниспадали на плечи, и, возможно, по этой причине лицо казалось мягче и моложе. Это не на шутку нервировало меня: как можно быть чудовищем, но выглядеть так невероятно привлекательно?

– Расскажи мне о себе, – попросил он. – Как ты оказалась здесь?

– Ты приказал привести меня сюда, – не выдержала я. – Я ведь твоя пленница!

Он кивнул.

– Не повезло тебе. Приходится выслушивать мои бредни.

Я заподозрила, что остаток ночи мы проведем за бессмысленными разговорами, и потому решила покончить с этим. Поставив чашку на стол, я спросила прямо:

– Ты уже нашел третий осколок нефрита?

Лэй потянулся к моей чашке и сделал из нее глоток.

– А я все думал, когда мы наконец вернемся к этой теме.

38

«Я пересек царство в поисках человека, достойного моей силы, но такого не было. И тогда я оставил ее себе».

ЗАПИСИ ВЕЛИКОГО ЛЕТОПИСЦА, 489 Г.

Мой взгляд сам собой переместился на синяк на его скуле.

– Тебе удалось?

– Нет, – просто ответил Лэй, но я не была уверена, что это правда. – Может быть, ты знаешь, где искать нефрит?

Я промолчала. Закованная в железные кандалы, я никак не могла добраться до разума Симы. Но, естественно, принцу царства Симин не стоило знать об этом.

Лэй наигранно закатил глаза и тяжело вздохнул.

– Ты очень сильно усложняешь мне жизнь, Мэйлин. – Он принялся наполнять мою чашку чаем, но когда рукав его халата задрался, я заметила отблеск стали. – Жаль, что ты такая милая, а я такой недалекий.

– Думаешь, я стану тебя жалеть? – огрызнулась я.

– Хотя бы попытайся, – пожал он плечами. – Большинство людей стараются сделать вид, что я им нравлюсь.

– Я не вижу в этом смысла, раз уж ты все равно убьешь меня.

– Нет, Мэйлин. Я этого не сделаю. Ты слишком ценная пленница.

Я невольно вздрогнула.

– Ты не дождешься от меня помощи.

– Почему? – Лэй склонил голову набок, разглядывая меня, а я на время лишилась дара речи, не веря своим ушам. Как у него хватило наглости спрашивать такое? – Я могу стать очень хорошим союзником.

– Я бы никогда не стала помогать тебе! – прошипела я. – Ты ведь…

– Кто? Дикарь? – перебил он меня, подавив смешок. – Да-да, я слышал, что говорил о нас твой любезный принц Лю. – Лэй принялся неторопливо заваривать бутоны хризантем. – Вы, северяне, считаете, что мы вечно ворочаемся в земле, как черви. Несчастные дикари, брошенные на произвол судьбы, которые едят сырое мясо, хватая его голыми руками, – язвительно произнес он и криво усмехнулся. – Жаль расстраивать тебя, но мы вполне успешно пользуемся палочками.

– Я ненавижу тебя вовсе не из-за того, что ты южанин, – произнесла я, стараясь говорить ровно. – А из-за того, что ты приговорил меня к пыткам, унижению и заточению в тюрьме. Из-за тебя я едва не умерла! Если бы не Отэм, мое тело уже лежало бы в земле.

– Мы не закапываем пленников, – насмешливо сказал Лэй.

Я выдохнула. Он остроумней, чем я, быстрее реагирует и подбирает слова, но я не позволю ему вывести себя из равновесия.

– Если ты таким образом пытаешься подружиться со мной, то неудивительно, что Симин не имеет союзников, – хмыкнула я, бросив на него хмурый взгляд.

Показалось, что глаза Лэя потемнели. Допив вино, он откинул голову назад. Я зачем-то наблюдала за тем, как поднимается и опускается кадык на его шее. Неужели он нервничал?

– Симин не имеет союзников по той причине, что наша казна пуста. Последнее столетие наш народ находился в рабстве династии У, которая выжала из нас и наших земель все соки. Но при этом северные земли Аньлая процветали, получая все то, что награбили воины императора. И после этого кто-то будет утверждать, что в нашей империи воцарился мир?

Я молча пыталась переварить то, что он сейчас сказал. Правда заключалась в том, что я практически не разбиралась в политике или истории и получила лишь те крохи знаний, которые считались достаточными для женщин царства Аньлай. Я искоса взглянула на Лэя. Похоже, ему действительно нравилось вести беседы и даже нравилось разговаривать со мной, хотя я понятия не имела, почему. Возможно, мне стоило выведать у него как можно больше информации, чтобы потом передать ее моим командирам. Тогда все случившееся со мной хотя бы не станет напрасным.

– Так Аньлай является вашей основной целью? – спросила я, одновременно наливая себе свежий чай из бутонов хризантем. – А как же Лэюань?

В уголках его глаз снова появились морщинки. Лэй становился очень красивым, когда улыбался. Ладно… Он всегда невероятно красив. И это значило, что он мог пользоваться этим и вводить других в заблуждение.

– Давай договоримся так: тайна в обмен на тайну, – предложил он, разглядывая меня.

Я сделала вид, что обдумываю его предложение. Это сделка не выгодна ему, ведь Лэй в любой момент может подвергнуть меня пыткам, чтобы выведать все нужные сведения. Но, разумеется, я не собиралась упоминать об этом.

– Ты первый, – наконец