Референт - Полина Грекова

Прежде всего, он сел за компьютер Алины и составил шесть писем. Ровно столько, сколько было основных держателей акций фирмы «Гравис». Одна государственная компания, общественный фонд и четыре частных лица. В общей сложности они владели 85 процентами всех акций, а значит, вместе могли провести любое решение, касающееся менеджмента или финансовой политики. На долю руководства, то есть Нестерова и еще двух-трех человек, приходилось еще 10 процентов, но эти проценты уже роли не играли. В свое время Осокин перевел свои акции на подставные фирмы и теперь порадовался собственной предусмотрительности.

Во всех письмах было одно содержание. Некто предупреждал акционеров о том, что Павел Нестеров, президент акционерной компании «Гравис», занимается прокруткой средств через подставные фирмы.

Осокин хорошо знал дела фирмы, ее слабые места. Знал, что от большинства обвинений будет отмыться очень трудно. А так, чтобы не осталось сомнений, — и невозможно. Вкладывал деньги в заведомо проигрышные предприятия и, кроме того, использовал эти средства для своих личных целей. Пляжи Малибу, рестораны, казино, женщины.

Олег писал с удовольствием, не ограничивая фантазию, не боясь, что этот пошлый набор вызовет недоверие. Наоборот! По опыту он знал, что, чем больше наворотить нелепиц рядом с правдой или полуправдой, тем большие сомнения зароятся в умах акционеров.

Все эти письма он в один день отправил адресатам. Оставалось сделать еще несколько звонков.

Через три дня Анна вошла в офис Павла взволнованной.

— Мне позвонил один из акционеров, — Анна посмотрела на листок бумаги с написанной фамилией, — Попов Роман Сергеевич. Все акционеры просят собрать экстренное совещание.

— А в чем дело? — удивился Павел.

— Хотят видеть полный отчет о деятельности фирмы за последнее время.

— Ничего не понимаю. Зачем? Что-нибудь еще он сказал?

— Нет.

— Странно все это. Очень странно. Мы собирались не так давно. — Нестеров ходил по кабинету. — Насколько я знаю, Олег готовил очередной отчет к концу квартала.

— В его сейфе среди бумаг отчета нет. Правда, мы только начали разбирать.

— Понятно, понятно… Давно уже надо было.

Анна с тревогой наблюдала за тем, как Павел роется в своем блокноте.

— Что ты ищешь?

— Телефон одного человека. Он мог бы заняться этим.

— Матвея Головина?

— Откуда ты знаешь? — Павел с удивлением оглянулся на нее.

— Я же твой референт. Я обязана знать всех. Паша, не торопись. Даже если твой Головин семи пядей во лбу, он не сумеет разобраться за неделю в том, что наворотил здесь Осокин.

— Аня, пойми! Мне не важно, какой он! Увижу, что дурак, — уберу, возьму нового. А разбираться и варианты искать — сейчас нет времени.

Он наконец нашел телефон, потянулся за трубкой.

— Павел, подожди! Послушай меня! Я только прошу тебя немного подождать. Я навела справки о Головине…

— А я повторяю, что его личность сейчас роли не играет! У тебя есть другая кандидатура? Нет? А отчет нужно делать немедленно.

— Ты еще напомни, кто здесь начальник! — У Анны от его упрямства даже выступили слезы. — Посмотри хоть бумаги!

— Какие еще бумаги? — раздраженно спросил Нестеров, по-прежнему держа трубку в руке.

Вместо ответа Анна положила на край стола папку, которую держала в руках:

— Я от твоего имени попросила сделать отчеты по отделам за последний квартал. По всей деятельности — финансовой, юридической, кадровой, технической.

Павел недоверчиво притянул небольшую папку:

— Это все?

— А потом мы с Галиной сделали полный анализ отчетов. Так сказать, внутренний аудит. Не забывай, Галя была правой рукой Осокина. Кое-что она вспомнила, кое-что мы восстановили по отчетам. Из этих материалов можно очень быстро составить общий отчет для акционеров.

Павел глубоко вздохнул, успокаиваясь. Запоздало спохватившись, положил трубку на рычаг. Полистал папку:

— Толково. Хм, надо же… Здорово. Спасибо, малыш. Ты умница. Как ты догадалась, что это потребуется?

Под его внимательным взглядом Анна пожала плечами:

— Просто хотелось разобраться. — Приободренная его похвалой, она решилась: — И вот еще что. В сейфе Осокина мы нашли вот этот список.

Она положила перед Нестеровым еще один листок, испещренный кружками, квадратиками, стрелками, числами. Внутри кружков и квадратиков стояли жирные цифры.

— Что это?

— Мы с Галиной тоже задумались: что? А потом предположили, что цифры обозначают номера из какого-то списка.

— Ценная мысль.

— Подожди шутить!

Она положила рядом рукописный список. Под последовательными номерами в списке стояли названия фирм и организаций. Часть из них была знакома Павлу и Анне — это были партнеры «Грависа», часть наименований они видели впервые.

— Это тоже лежало в сейфе.

Павел бросил на список внимательный взгляд.

— Кажется, это почерк Олега. Хотя он уже давно печатает все на компьютере.

— Тем подозрительней. Понимаешь, мы подумали… — она осеклась, заметив, что он ее уже не слушает.

Впившись глазами в неровные строки, Павел бормотал себе под нос:

— Это проводки денег, обналичка… А это, наверное, счета, на которые переводились деньги. По названиям фирм можно будет определить банки. Милая, вы даже не представляете себе, что нашли! Акционеры правы: мы действительно их крупно надували!

Увидев ее вытянувшееся лицо, он рассмеялся:

— В смысле Осокин надувал! И их, и меня, и наше родное государство. Это пути, по которым он пускал деньги фирмы, чтобы скрыть прибыль. А может быть, и присвоить. Нужно еще раз проверить реестр акционеров. Хотя он вполне мог действовать через подставных лиц.

— Что же теперь делать?

Лицо Нестерова стало серьезным.

— Ломать всю его схему. Причем немедленно! Выявляйте с Галиной все фирмы из списка. И пришлите мне выписку из реестра акционеров. Мне нужно все внимательно изучить. Я на вас надеюсь. Мы еще поборемся! — Он улыбнулся так, будто речь шла о партии в теннис.

Анна вышла из кабинета, чувствуя себя на седьмом небе от счастья, а Павел вернулся на свое место. Какое-то время он сидел неподвижно, сложив руки на столе и глядя перед собой.

Конечно, она молодец. Конечно, с назначением Головина он явно поторопился. Но интуитивно понимал, что это не главное. Начало происходить что-то другое, более опасное. И это что-что ему очень не нравилось. Очень.

Глава 36

Совещание состоялось в пятницу, в одиннадцать часов утра.

Все шесть акционеров разместились за длинным столом в комнате для переговоров. Перед каждым стоял стакан, бутылка с минеральной водой и вычурная пепельница темного стекла работы известного стеклодува — дань моде.