Я буду помнить этот мир (СИ) - "Mingrih"

— Это хорошо, граф. Спасибо Вам за помощь и прошу простить за то, что назвал вас «Тяф». Мне послышалось.

— Нечего. Удачи вам… сэр Рохан…

/Как же бесят меня эти качки… тела изуродованы мышцами, все не естественно… Нужно, чтобы кожа была гладкой и нежной, а не растягивалась и рвалась, как камзол на животе. Ну не чего, я ещё свое получу. Когда придет время, вы все будете молить о пощаде… Благодаря магу, я теперь знаю слабые места имперского дворца, теперь осталось дело за малым — разработать план и найти верных сторонников, а ты… Рохан… ты ещё заноешь у меня… я тебя буду лично пытать… гро, у меня эрекция… — думал граф, пыхча от злобы и быстрым шагом удаляясь в направлении выхода.

Дойдя до своей комнаты, я обнаружил того придворного, который предложил мне сходить в баню. Он стоял, опираясь спиной о дверь, покачивал ногой и что-то насвистывал.

— Ну, привет, я вернулся — положив на его плечо руку, я обратился к мальчонке.

Парень встрепенулся, испугавшись, попятился от меня и низко поклонился.

— Сэр Рохан, прошу простить за неподобающее поведение.

/Странно, тут запрещено свистеть, или императору жалко денег, которые он высвистит?

— Да нечего, все нормально. Я ведь не император, со мной ты можешь говорить на «ты». Так ведь удобнее, нежели постоянно выбирать слова.

Юноша помотал головой, испугано озираясь по сторонам.

— Сэр Рохан, нам нельзя… сразу накажут — шепотом сказал тот.

— Ну, раз нельзя, то нельзя.

Спорить я не стал. Это не мой «огород», нужно ещё привыкнуть к нравам этого мира, потому оставлю всё как есть.

Парень провел меня по коридорам замка. Путь до бань оказался не таким длинным, как я предполагал, а может обстановка и декор скрашивали путь. Каждый новый коридор отличался по тону или цвету, в каждом коридоре были разные двери, с разной отделкой и картинами разной тематики. Сами бани были похожи на бассейн. Не глубокий бассейн с горячей водой. Перед ним стояли лохани, рядом с ними стояли кувшины с разноцветными жидкостями. Предполагаю, что тут особые требования к баням.

Логически предположив, что сначала надо помыться в лохани, а потом уже лесть в горячую воду, я прошел к большой корзине, куда указал паренек.

— Тут можете оставить свою одежду. Сегодня в банях может появиться несколько офицеров или министров, но вы не переживайте. В банях запрещено говорить о политике и работе.

— Спасибо. А ты?

— Я вчера мылся. Вчера и позавчера баня открыта для придворных слуг и рабочих, остальные дни заняты более высокими постами, но император оставил для вас особое разрешение и обязал меня предупредить всех, что вы вне правил и вы гость, а значит вам можно хоть каждый день.

Пока переодевался, я расспрашивал парня о правилах дворца. Как оказалось, во дворце слуг и знать не делили. Они все были равны по правам и также неприкосновенны. Для меньшего смущения, день посещения бани разделили на женский и мужской, а неделю поделили по дням, сделав отдельные дни для отдельных чинов. Императрица имела небольшую баню в своей комнате, а император принимал бани в одиночестве. Сами бани ввели не так давно. Примерно триста лет назад была эпидемия. Люди заражались от прикосновений, после чего император издал приказ о постоянном обмывании в лоханях, а потом приказал разработать бани. Спустя три месяца он выбрал самые простые для изготовления конструкции и приказал ввести в каждом городе, а в малых деревнях продолжает действовать его указ «об регулярном обмывании». Каждый район столицы имеет по две или три общественной бани, в графствах их количество не может быть меньше одной на пять тысяч человек. Очень мудрый император был тогда.

Залез я в воду, спустя тридцать минут, на протяжении которых я беседовал с парнем. Сама баня была великолепна. Горячая вода согревала тело, прохладный свежий воздух шел из вентиляционных труб/траншей, проложенных в стенах, а приятная музыка, игравшая фоном, из магических куполов, расположенных вдоль бортов, расслабляла голову. Все было просто великолепно.

Спустя некоторое время, пока я нежился в воде, в баню вошли люди и начали мыться. Когда они вошли в воду, они сразу направились в мою сторону. Приоткрыв один глаз, я узнал в них двух генералов, которые присутствовали при оглашении плана войны.

Кэттерин. Личная квартира. Столица империи.

После того, как она подстригла Антона, Кэттерин вернулась в свой дом.

/Как же хорошо, что он не возражал, а то его длина волос меня смущала. Слишком сильно походил на эльфа. Не люблю этих высокомерных типов.

Сегодня ей предстоит немного поработать, а так, у неё отпуск. Выбить его оказалось куда сложнее, чем она предполагала. Сначала заполнить кучу бумаг, потом выклянчить у министра по труду справку о том, что она на протяжении пяти лет не отдыхала, после, составить краткий перечень заданий за последние десять лет, с распиской служб, от которых она их получала. После долгой писанины, отнести все императорскому распорядителю, которого надо было уговорить дать её дело первым, потом сидеть в зале ожидания почти три часа, а когда император дойдет до дела с её именем, было ещё не известно.

Сейчас она помоется, наденет платье, которое купила для операции «Слежка», она тогда прогадала с фасоном, кося под простолюдинку, но сейчас оно ей впору. Наденет лучшие туфельки, какие есть и белье.

С самого утра, у Кэттерин кружилась голова. Немного подташнивало и постоянно хотелось напакостить, но здравый смысл и хорошее настроение сдерживали её. Залезть в большую лохань ей помогла одна из младших горничных. В ванной она отмокала, напивая песенку.

— У леди сегодня хорошее настроение? — спросила служанка, расчесывая ей волосы.

— Да. Сегодня я одержала большую победу над министрами. Мне дали отпуск на целый год.

— Поздравляю, госпожа. Вы проведете его со своим возлюбленным?

— Да, мы с Роханом бу… ГРО! — воскликнула Кэттерин, чуть не выпрыгнув из лохани — скоро война на севере, а я опять в своих грезах…

— Госпожа, а разве он не участвует в войне?

— Да, но мне не прогуляться с ним по паркам и скверам, а придется убивать врагов пачками… Когда это все кончится — простонала она, закрывая лицо ладонями.

— Не переживайте, госпожа, вы ведь сегодня можете встретиться с ним — в панике придумывала аргументы служанка, стараясь вернуть хорошее расположение духа её госпожи.

— Только после задания. Сегодня нужно сопроводить одного господина в комнату для совещаний. Потом надо разобраться с отчетами графа Мартирр, которые он сегодня утром написал. Самое интересное, что он был на стороне императора. Я, честно говоря, не ожидала от него такой преданности.

Через тридцать минут отмокания, горничная начала обтирать Кэттерин. Шампуни и гели, маски и снова шампуни. Кэттерин любила свои волосы, любила мыться в лохани. Когда руки горничной ей обтирали, Кэттерин покраснела. Она представляла руки Антона, вспоминала их первую ночь вдвоем. Кэттерин хотела повторить столь красочный и нежный момент близости, но сейчас не до этого. Даже тогда, в постели, когда она пришла спать к Антону, в столичной харчевни, Кэттерин не смела предлагать ему ласку. Она понимала, что сил у того хватит лишь на то, чтобы держаться на ногах.

Сейчас он полон сил, но он в работе, а как порядочная женщина, она должна дать своему мужчине время. Он имеет право быть занятым, он мужчина, у которого плечи нагружены ответственностью.

Помывшись, Кэттерин быстро вытерлась, высушила волосы и переоделась. Уже через час ей сопровождать объект. А через два часа она пойдет к любимому.

Леди Майли. Дом Анса Ардо. Столица империи.

Анс расхаживал по комнате взад и в перед, о чем-то усердно размышляя. Остановившись по среди кабинета, он подошел к своей дочери.

— Ты уверена, что граф что-то задумал?

— Да, отец, он прибыл в империю, помог, написал отчет, но уезжал он с очень довольным лицом. Он задумал что-то. Сейчас будет война с орками, неизбежная война, которая отвлечет все внимание воинов на поля сражений, а император останется с малой стражей.