Между нами лёд. Книга первая - Дарья Ларина

С этими словами Громов свободной рукой толкнул дверь, заходя в огромное помещение, заполненное спортсменами, тренерами, представителями средств массовой информации и официальными лицами.

– Ты понимаешь, что через считанные минуты это увидит весь мир? – раздраженно шепнула Таня, замечая среди сборной Польши ошарашенную Волченкову, а затем обвела взглядом всех остальных. Большинство присутствующих улыбались, с удивлением наблюдая за партнерами. Многие даже перестали есть.

– Мне плевать, – качнул головой Евгений.

– Друзья так не поступают! – стукнула кулаком по широкой спине Таня.

Громов ничего не ответил. Он дошел до стола, за которым сидели Ксения с Димой, и остановился, наконец, опустив партнершу.

– Всё своё ношу с собой? – поинтересовался у Жени одиночник, на пару с Ксюшей едва сдерживая смех.

Таня раздраженно одернула вниз куртку, садясь за стол к друзьям, и приветственно поцеловала подругу в щеку.

– Присмотрите за ней, пока я схожу за едой?

– Будет сделано, – кивнул Дима, протянув Жене ладонь для рукопожатия.

– Благодарю, – всё с той же улыбкой ответил Громов и, пожав руку одиночнику, направился к линии раздачи.

– Он уже носит тебя на руках! – восторженно воскликнула Ксения.

– Он носит меня на руках каждый день, – мрачно отвечала Таня. – Мы партнеры, если ты не забыла.

Ксюша от такого тона подруги недовольно поджала губы, отмечая, что та, судя по всему, не в лучшем расположении духа. Фигуристка собиралась выяснить причину такого настроения, но Дима напомнил, что через час у неё тренировка на льду и нужно собираться. Он вызвался её проводить, и Таня осталась за столом одна. Обернувшись, она увидела направляющуюся к ней Волченкову. Ничего хорошего разговор с этой фигуристкой сулить не мог. И чем ближе становилась Лена, тем больше напрягалась Таня, мысленно надеясь, что Громов увидит это и вернется к партнерше как можно скорее.

– Привет, – улыбнулась Лена и опустилась за стол. – Уже присматриваешь себе нового партнера? – поинтересовалась Волченкова, вспомнив о том, что Женя как-то обмолвился ей, что этот олимпийский цикл будет, скорее всего, последним в его карьере.

– Что ты имеешь в виду? – старалась оставаться невозмутимой Таня.

Волченкова ликовала, понимая, что Евгений ещё об этом свою партнершу не уведомил, и она будет первой, кто сообщит эту новость.

– Он уйдет после этого сезона, – ответила Лена, с огромным трудом сдерживая победную улыбку. – И ты останешься одна.

Не было и дня, чтобы Таня не думала о том, как изменится жизнь, когда Громов перестанет быть её партнером. Она прекрасно понимала, что является для него временным вариантом. Понимала, что Алиса, скорее всего, права, и, выбирая из них двоих, он предпочтет Калинину. Понимала. И настраивала себя на то, что рано или поздно придется его отпустить. Что сказка, в которой она находится в руках прекрасного принца – явление краткосрочное. Понимала и заставляла себя наслаждаться, пока была такая возможность.

Но известие от Волченковой всё равно стало неожиданностью. Крайне неприятной и даже болезненной. Тане было обидно, что Громов не сказал об этом сам ещё в начале их совместной карьеры. Это было бы честно по отношению к ней.

– Ну, ладно, – всё-таки улыбнулась Лена, замечая, что разговор Евгения и немецкого фигуриста Томаса подходит к концу, и ей срочно нужно ретироваться. – Я пойду.

Волченкова встала из-за стола, но не отошла сразу от Тани, а на секунду задержалась.

– Если между вами действительно что-то закрутилось, – неожиданно начала она, призывая собеседницу поднять глаза, – то дам дружеский совет: Женя не терпит лжи. Соврешь ему однажды – потеряешь навсегда.

Партнерша Громова ничего не ответила, смотря на стол и с трудом сдерживая подкатывающую злость и слёзы. По её реакции Лена понимала, что добилась нужного эффекта. Она хлопнула Таню по плечу, случайно попав именно по тому, что беспокоило уже несколько дней. Этот жест заставил Таню содрогнуться, а Волченкову – поспешить к своим коллегам по сборной.

Евгений сел за стол к Тане и поставил перед ней поднос с завтраком, но та будто перестала что-либо видеть. Она смотрела в одну точку перед собой, никак не реагируя на партнера.

– Расстроилась, что Ксюша с Димой ушли? – предположил Громов.

Алексеева молчала, не поднимая глаз на партнера. Не хотелось его видеть.

– Обиделась, что пронес тебя на плече? – продолжал Евгений.

В ответ снова напрягающая тишина.

– Да что случилось? – раздраженно спросил он.

Таня медленно подняла на него блестящие глаза, полные невиданной ранее ненависти. Громов от такого взгляда, абсолютно не свойственного Плюше, на несколько секунд оторопел, будучи не в силах даже догадаться о том, что могло его вызвать.

– Почему ты… – внезапно охрипшим голосом с трудом начала Таня, из последних сил сдерживая слёзы. – Почему не сказал?

– Не сказал что? – недоумевал Евгений.

– Что это твой последний, – она прикрыла глаза, делая глубокий вдох, – сезон.

Только сейчас Громов понял масштаб трагедии. Он приподнялся, обводя взглядом всю столовую и понимая, что это дело рук Волченковой. Однако Лены в помещении не было.

– Ешь, – строго произнес Евгений, садясь обратно. – Поговорим обо всём в номере.

– Нам не о чем разговаривать, Женя, – горько усмехнулась Таня, чувствуя, как одна слеза всё же сорвалась вниз и быстрой дорожкой скользнула по щеке.

– Таня, сядь! – прорычал Громов, схватив за запястье, когда она намеревалась уйти.

– Мне больно! – возмутилась Таня, пытаясь вырвать руку из крепкого хвата партнера. – Отпусти!

Евгений видел, что на них смотрят почти все присутствующие, а служба безопасности успела заметно напрячься. Он разжал ладонь и наблюдал, как стремительно Таня покидала столовую. Несколько секунд Громов сидел в одиночестве, но затем, громко ударив рукой по столу, поднялся из-за него, понимая, что должен пойти за партнершей.

Таня быстро шла по олимпийской деревне, не замечая ни прохожих, ни выглянувшего солнца, ни криков Громова за спиной. Она мельком заметила идущую навстречу Алису. Бывшая партнерша Евгения в ранее несвойственной по отношению к Тане доброжелательной манере поприветствовала её, но Алексеева прошла мимо. Калинина проводила её взглядом, неодобрительно нахмурившись. Когда она обернулась, то встретила уже Громова, бегущего ей навстречу.

– Доброе утро! – улыбнулась Алиса, но Евгений стремительно пронесся